С кем драться на дуэли

Ответ на ответ Марка Солонина

Марк Солонин, с которым мы вместе были объявлены врагами народа Российским Военно-историческим обществом на их знаменитой выставке «Мифы о войне», оказал мне честь, ответив на мою статью в «Новой». Я в ней говорил, что одной из форм ответа на антисемитские выпады должен быть спокойный анализ того, как именно евреи участвовали в красном терроре. Мое первое впечатление от его ответа, к сожалению – некоторые передержки по содержанию и стилистическое приближение к той границе, за которой начинается хамство. Но потом я подумал, что раз столь уважаемый и достойный человек так увидел мой текст, значит, это я что-то плохо объяснил. Поскольку вопрос представляется очень важным, попробую, не вступая в полемику с его, наверняка, справедливыми замечаниями, максимально кратко изложить свою позицию еще раз.

В обществе широко распространено представление об особой роли евреев во многих российских трагедиях, в частности, в организации террора. В словосочетании чекист-еврей для многих наших сограждан важно именно слово еврей. Это представление лежит почти на поверхности, готово актуализироваться в любой момент. Именно поэтому высказывание Толстого о черте оседлости, наганах и русских храмах привлекло к себе такое внимание – он сказал то, о чем многие думают. Это – ментальная реальность, феномен общественного сознания, который не исчезнет от того, что мы будем его игнорировать.

Можно на это не реагировать никак, не желая вступать в дискуссию с людьми с примитивно-агрессивной картиной мира. Дворяне не дрались на дуэли с лакеями. Но я не дворянин, я разночинец и готов драться с кем угодно.

Дальше – развилки. Если представление о непропорционально большой роли евреев в организации террора не соответствует действительности, его надо опровергать. Как опровергались «Протоколы сионских мудрецов», кровавый навет и прочее. Кстати, небезуспешно. Даже от самых озабоченных антисемитов давно не слышно о крови в маце.

Если же это правда, то надо анализировать причины, как общие для всех дискриминируемых этнических и/или конфессиональных групп, так и специфические для выходцев из еврейской среды.

Это, с моей точки зрения, надо делать, как минимум, по двум причинам.

Во-первых, если не говорим мы, то говорят за нас. И то, что говорят – это не просто средневековая дикость, это подготовка новых погромов, их идеологическое обоснование. Если они публикуют списки палачей-евреев, то наше презрительное игнорирование этих списков только помогает энтузиастам разоблачения еврейского заговора против русского народа.

Во-вторых, это важно для нас самих. Не говорю за всех – для некоторых из нас, для меня, например. Мое еврейство – позитивная часть моего самосознания, притом, что я не религиозен, не соблюдаю и даже не очень знаю традиции, женат на этнически русской женщине и т.д. Но мне приятно осознавать, какой огромный, совершенно несоизмеримый с численностью нашего народа вклад евреи внесли в мировую цивилизацию. Еврейство как-то предопределяло достижения Фрейда и Эйнштейна, Маркса и Мандельштама, Спинозы и Цукербергера. Так же, как оно, наверняка, имеет отношение к воинским подвигам евреев и в древности, и сейчас – во время Второй мировой войны и в современном Израиле. Среди евреев, оставивших след в истории, были религиозные и светские, иудеи и христиане. Были люди, хранившие свою связь с еврейской культурой и отвергающие, отрицающие такую связь. Но все они были евреями и многие сегодняшние евреи гордятся этим фактом.

Но если мы считаем евреями христианина Мандельштама, атеиста и ниспровергателя религии Маркса, если мы помним об этом – есть вариант забыть, но мы помним! – то имеем ли мы право забывать, что евреями были Свердлов, Зиновьев и Каганович? К этому факту можно относиться по-разному – как к случайности, как естественному для любого народа выбросу, как к закономерному следствию дискриминации. Но к нему надо относиться.