Original Material
«Прыжок веры» пакета Яровой
Вокруг «закона Яровой» создалась абсурдная ситуация: воплотить в жизнь невозможно, а публично согласиться с его несостоятельностью власти боятся. Как следствие, озвучиваемые способы реализации больше похожи на «метод тыка».
Есть история про первый айпод и Стива Джобса. Глава Apple считал, что первый прототип плеера слишком большой, и, в качестве демонстрации своей правоты, бросил изделие в аквариум. После того, как плеер коснулся дна, на поверхность начали подниматься пузырьки. «В этих пузырьках воздух, — сказал Джобс. — Это значит, что свободное пространство в корпусе имеется. Идите и сделайте его меньше». Такое ощущение, что чиновники и политики решили применить метод Джобса на всю интернет-отрасль в России, но при этом они всё же понимают, что если пойдут пузырьки, это для отраслевиков будет означать «нечто нехорошее». Поэтому словно «методом научного тыка» они выдумывают всё новые методы внедрения «пакета Яровой» в жизнь, с умным видом рассуждая — а не помрёт ли испытуемый, если подержать его под водой не неделю, а всего часик?
Аргументация годовалой давности, озвученная экспертами ещё на заре появления законопроекта за авторством депутата Ирины Яровой и сенатора Виктора Озерова, только сейчас отдельными фрагментами доходит до властей, поэтому они вроде как уже готовы идти на диалог с операторами связи, правда, всё равно это не выглядит конструктивно, и операторы, видимо, измученные уже постоянными спорами с мало что понимающими в современных технологиях чиновниками, вынуждены с ними соглашаться.
Например, на совещании в Правительстве под председательством вице-премьера РФ Аркадия Дворковича представители российских ведомств и сотовые операторы решили обсудить создание «пилотной зоны» для реализации требований «пакета Яровой». Операторы и чиновники должны понять модель технической реализации норм закона, проанализировать итоговые оценки финансовых затрат со стороны компаний и ход подготовки подзаконных актов. Представители «Мегафона» и МТС уже высказались в поддержку идеи создания пилотной зоны, поскольку это, по их словам, позволит и операторам связи, и производителям оборудования получить информацию о технической возможности реализации этого закона, а также также понять, насколько вообще приоритетны различные типы хранимой информации.
Идея о пилотной реализации проекта была озвучена министром по вопросам Открытого правительства РФ Михаилом Абызовым на заседании экспертной рабочей группы федерального уровня, которая рассматривала общественную инициативу об отмене «закона Яровой» в январе 2017 года. Вполне прогнозируемо эксперты рабочей группы признали поправки в «антитеррористическое законодательство» соответствующими Конституции, хотя с этим можно поспорить, поскольку согласно поправкам, записываться, расшифровываться и сохраняться обязан весь трафик, таким образом нарушая Статью 23 Конституции РФ о праве каждого гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и доброго имени. Согласно второму пункту вышеупомянутой статьи, «каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения», а «пакет Яровой» автоматически лишает граждан этого права. В целом, можно сказать, требования петиции, собравшей в короткие сроки сто тысяч подписей на сайте Российской общественной инициативы (РОИ) за полную отмену «пакета Яровой», можно считать проигнорированными властями. На наш взгляд, это дикредитирует такие передовые институты власти, как электронные петиции, а также показывает полное отсутствие обратной связи между властью и народом — по крайней мере, той его части, которая представлена пользователями интернета.
Что собой представляет «пилотная зона» и кем она оплачивается, пока неясно, и, подозреваем, это будут одними из самых принципиальных вопросов — почти как с хранением трафика, расходы на который операторы брать отказываются, предлагая создать централизованную модель хранения, чтобы этим занимались не сами поставщики связи, а некий уполномоченный государственный орган. Ранее замглавы Минкомсвязи Алексей Волин сообщил, что с силовыми ведомствами достигнута договоренность о сокращении объемов хранения трафика пользователей примерно в 10 раз за счет отказа от хранения интернет-видео, IPTV, торрентов и ряда других информационных ресурсов, на которые приходится около 80% трафика. Переход к хранению информации в течение полугода, как это предусмотрено законом, будет поэтапным, начиная с меньших сроков, отмечал Волин. При таком подходе к реализации «пакета Яровой», по оценкам Минкомсвязи, затраты сотовых операторов сократятся до 100 миллиардов рублей с 5 триллионов рублей (эксперты озвучивали цифру в 10 триллионов руб.). При этом оценки операторов значительно выше и все равно превышают их годовую выручку. Напомним, эксперты из параллельной вселенной сообщали одному из соавторов «пакета Яровой» сенатору Озерову вообще презабавную цифру в три миллиарда рублей. Ну да бог ему и преподаватель по математике в этом судья.
Вопрос финансирования малопонятного закона до сих пор никак не решён. Ранее в прессе говорилось о компенсации операторам государством расходов, связанных с реализацией «пакета», из из средств фонда универсальной услуги (УУС), но глава Минкомсвязи РФ Николай Никифоров назвал это слухами.
Вероятно, после этого и будет понятно, во сколько операторам и провайдерам обойдется исполнение закона. Сейчас что-то точно подсчитать действительно нельзя, утверждает член генерального совета «Деловой России» Дмитрий Мариничев. «Если говорить о хранении тотально всего трафика, — говорит он, — то да, это в порядке 2 трлн. Если говорить о выборочном хранении или уменьшении сроков и тому подобное, то, конечно же, объем необходимых средств будет уменьшаться. Однако сама суть этого закона и сама задача, она просто будет бессмысленная, если начать выбрасывать какой-то определенный вид трафика. Во-вторых, это технологически станет еще более сложным для операторов, чем хранить там вообще все или какой-то промежуток времени».
Экспертный совет при Правительстве РФ, между тем, раскритиковал проекты нормативных актов, разработанных Минкомсвязью для реализации «закона Яровой», опубликованные для обсуждения в декабре 2016 года. В них министерство уточняет требования к исполнению антитеррористического пакета, соавтором которого выступила глава думского комитета по безопасности Ирина Яровая. Авторы отзыва констатируют, что реализация требований окажет негативное воздействие на деятельность операторов связи, «фактически приведет к убыточности их бизнеса и его сворачиванию» или повышению цен на услуги как минимум в два раза. «Закон Яровой» на практике нельзя выполнить, поскольку нет необходимого программного обеспечения, добавляют эксперты.
Не решены и другие технические вопросы. В частности, отсутствуют требования к составу и структуре информации, которую должен хранить оператор связи, подчеркивают в рабочей группе. Также не обозначены требования к системам мониторинга хранимой информации и к организации ее защиты, доступа и допуска к ней. По-прежнему непонятно, обязан ли оператор связи хранить транзитный трафик и данные абонентов, которые находятся в роуминге. Когда абонент не в сети своего домашнего оператора, тот «не может технически обеспечить получение и хранение полного объема метаданных и, как правило, содержания самих сообщений», отмечают эксперты. Помимо экспертного совета свои отзывы представили и участники рынка. Так, представитель «Вымпелкома» отмечает, что предусмотренные проектом системы хранения сообщений необходимо сертифицировать, протестировать и провести опытную эксплуатацию. «Ближайший реалистичный срок реализации» требований по выполнению «закона Яровой» — не раньше 2023 года, указывает он: предлагаемые сроки реализации закона невыполнимы из-за отсутствия технических требований к средствам хранения, а также «беспрецедентного размера необходимых инвестиций». По мнению главы аналитического отдела Российской ассоциации электронных коммуникаций Карена Казаряна, вопросы к исполнению «закона Яровой» остаются открытыми, потому что «ответственность на себя никто брать пока не собирается». Чтобы реализовать закон, необходимы конкретный заказчик, требования к системе и техническое задание, считает он.
Откуда брать деньги? Как реализовывать? Кем реализовывать? — эти вопросы вот уже скоро год остаются без ответа. Но больше всего тревожит здесь главный вопрос — ЗАЧЕМ? Изначально «пакет Яровой» практически всеми экспертами рассматривался как бессмысленный, никоим образом не помогающий в борьбе с терроризмом. Это всего лишь очередной способ тотальной слежки за собственными гражданами без какой-то определённой цели, без наличия для этого технических и финансовых возможностей. Неправительственная организация, осуществляющая мониторинг, расследование и документирование нарушений прав человека Human Rights Watch летом прошлого года говорила, что «новое российское антитеррористическое законодательство чревато неоправданным расширением электронной слежки и подрывом прав человека и интернет-безопасности». Власти настаивают на том, что поправки необходимы для эффективной борьбы с терроризмом в России. Однако в конечном счете новые нормы будут создавать угрозу для безопасности, но не помешают террористам использовать шифрованный трафик, отмечает Хьюман Райтс Вотч. Интернет-компании и телекоммуникационный сектор сегодня все больше пользуются шифрованием, чтобы защитить пользователей от киберпреступности и других недобросовестных лиц, которые охотятся за персональной информацией. В цифровой век в электронном виде сплошь и рядом передаются конфиденциальные данные: от финансовой информации и коммерческих секретов до электронных транзакций и данных о здоровье. Антитеррористические нормы будут вынуждать компании ослаблять защиту трафика, а это будет создавать риски несанкционированного шпионажа, кражи данных и пр. для российских пользователей и бизнеса.
Одним из критиков «пакета Яровой» также изначально выступал бывший сотрудник американских спецслужб Эдвард Сноуден. После принятия парламентариями скандального законопроекта, Сноуден призвал Президента Путина не подписывать его (чего, к сожалению, не случилось): «Шестимесячное хранение контента — это не просто опасно, это непрактично. Массовая слежка не работает. Этот законопроект заберёт деньги и свободу каждого россиянина, но не обеспечит должного уровня безопасности. Он не должен быть подписан». Недавно он в очередной раз выступил против пакета «антитеррористических законов»:
«Я не русский, и не могу голосовать, но даже постороннему видно, что закон #BigBrotherLaw Яровой нарушает не только права, но и противоречит здравому смыслу».
Хештег #BigBrotherLaw пользователи твиттера применяют в сообщениях о законах, которые позволяют государству вторгаться в личную жизнь своих граждан.
На наш взгляд, правильно поставил вопрос интернет-предприниматель и консультант ПИР-Центра Олег Демидов об отсутствии любых обоснований в эффективности принятого прошлым летом скандального закона о тотальной слежке за гражданами РФ:
И вот здесь мы подходим к одному из главных вопросов, возникающем при анализе всех нынешних «шаманских плясок» вокруг «пакета Яровой». Принятый прошлым летом закон настолько абсурден по своей сути, что факт его абсурдности и ненужности принявшие участие в разработке, лоббировании и продвижении «антитеррористических поправок» люди, пожалуй, просто боятся признать. Поэтому, не в силах совладать с реальностью, они совершают своеобразный «прыжок веры», обращаясь к своим убеждениям как в догме, религиозной доктрине как к пути примирения со своим абсурдным существованием.
Тогда многое становится понятным. Операторы, пользователи интернета, эксперты и правозащитники просто обязаны уверовать в высокое, почти сакральное предназначение этого закона, примирившись с тем, что его придётся претворять в жизнь всему российскому обществу, набивая шишки в совершенно очевидных местах.
Читайте также:
?
?
?
Минкомсвязь не облегчит жизнь операторам в части требований «пакета Яровой»
?
ФСБ не торопится готовить подзаконные акты по тотальной слежке