Рок-н-ролл для Ильдара Дадина

Почему тема политзаключенных находится в глухом андерграунде

Задумывали фестиваль «Рок против пыток» с участием звезд первой величины. Хотели собрать денег для Дадина и других политзаключенных. Хотели показать, что вместе — мы сила. А кончилось все концертом перед сотней друзей и знакомых в крошечном клубе у метро «Семеновская». Собрали 29 400 рублей. Это, конечно, лучше, чем ничего, но это почти ничего.

Панк-бард Вова Понимающий уверяет меня, что все в порядке. Такие мероприятия проходят регулярно. Лучше всего получается у анархистов, это мощная субкультура.

— Много народу приходит?

— По-разному. Бывает, человек 200.

Со сцены он поет: «Свобода дороже денег, а правда дороже свободы». Но, видимо, не для всех.

Дело Дадина имело большой резонанс. Если сложить вместе все лайки и перепосты на эту тему, получим аудиторию, которая вполне могла бы заполнить спорткомплекс «Олимпийский», а то и больше. Где же все эти люди? Загадка.

Проект Понимающего называется «Политзэк» и состоит, собственно, из него. Выглядит Вова сильно. Спортивный костюмчик с засученными рукавами, обильно татуированные руки, кепка сдвинута на затылок. Главный хит — «Хаос вокруг Кремля». «Я пою о дружбе и взаимопонимании», — говорит он. Тезис — для «Олимпийского».

Концерт придумали активисты протестного фестиваля «Муза непокорных», который проходит каждый год в Сахаровском центре. Если коротко, они и есть сегодня контркультура. Прямые наследники квартирников и подпольных концертов 1980-х. Привет из той эпохи передал Сергей Попов, лидер группы «Алиби», один из старейших русских музыкантов вообще, начал выступать аж в 1967-м.

Самая старая песня, которую он пел в тот вечер, датирована началом 1970-х. Ничего не изменилось?

— Изменилось, конечно, но суть примерно та же. Отличие в том, что не надо литовать песни, нету цензуры. Пока. Хотя на одном фестивале меня попросили показать тексты перед выступлением. И в органы вызывают периодически, как при советской власти.

Два года назад в Дубне при до конца не выясненных обстоятельствах погиб Сергей Пестов, барабанщик другой группы Попова — «Жар-птица». Причина, как говорят, — побои в полиции. Пытки и насилие для Попова — это еще и личная тема.

Он поет песню со словами «Жена особиста родила пистолет» и показывает со сцены самодельный плакат «#Хватит врать и воевать». В пику прилепинской акции «Хватит убивать», после которой тот уехал воевать на Донбасс.

— Эти люди, — говорит он о музыкантах с милитаристскими взглядами, — нарушили старую заповедь рокеров: ни при каких обстоятельствах не поддерживать войну. Они не рок-музыканты, а рок-фашисты!

В процессе организации активистам отказали два клуба и несколько звезд, вполне оппозиционных по убеждениям. Одна звезда сказала, что занята, а другая — вообще не поняла, о чем речь. Не в упрек, но с трудом представляю, кого-то уровня Макаревича в этом клубе, с этими людьми на одной сцене… Не тот масштаб. А что надо сделать, чтобы был тот? ..

Маргиналы, контркультура, андерграунд. Ни малейшего намека на коммерческую упаковку, ни малейшего желания понравиться кому-то, кроме своих друзей. На сцене люди в свитерах и джинсах, в зале люди в джинсах и свитерах. Не надо выделываться, все свои, все всё понимают. Вот седой интеллигентный мужчина, я видел его на антифашистском марше 19 января. Он шел и кричал: «Свободу узникам 6 мая!» Стоит в зале у стенки и опять кричит ту же фразу, с теми же интонациями, и одет, по-моему, так же. У входа курят и обсуждают, кто в какой камере сидел. Без злобы, без страха, даже с каким-то болезненным удовольствием. Видно, что ностальгируют.

И постоянное ощущение стрёма, опасности. «Как на подпольном сейшене», — сказал мне Попов. Сюда тоже могут прийти. Нодовцы, Центр «Э», кто угодно. Три раза заходила полиция. Сначала участковый, потом полицейский-одиночка, а потом целый патруль. Поговорили, посмотрели документы, ушли.

Организаторы говорят: «Давайте закроем дверь и скажем, что у нас частная вечеринка». Но по сути это и есть частная вечеринка.

А теперь арифметика, сухие цифры. По статистике в стране чуть больше 100 политзэков. По словам Насти Зотовой, жены Дадина, из колоний поступило 15 письменных жалоб и несколько непроверенных сигналов. «Люди говорят: «Меня бьют, но я вам ничего рассказывать не буду, иначе прибьют и в петушатник отправят». К ним всем надо засылать адвокатов».

И вот 100 человек зрителей, 29 тысяч. До концерта мы с Настей прикидывали, что будет тысяч 40. Это два дня работы двух адвокатов в Карелии, в забытых богом ИК. А получилось не 40, получилось гораздо меньше.

Настя Зотова:

— Прошла новость о том, что приостановлена проверка по факту избиения журналистов. На Facebook 500 просмотров. А у какой-нибудь гопнической статьи о том, с какими бабами надо спать, с какими не надо, могут быть миллионы. Такое у нас общество, другого общества нет.

Понятно, что проблему пыток так не решить. Это проблема даже не политическая, она человеческая. Почему один человек мучает другого? Не из-за политических убеждений. Не из-за следственной необходимости. Просто хочет мучить и мучает. И получает от этого удовольствие.

— Мы специально следили, — говорит Зотова, — в феврале Путин два раза сказал: «Ребята, пытать нехорошо». И никакого эффекта, пытки не прекратились. Мне на почту постоянно приходят фотографии, как бьют женщин в тюрьмах Мордовии. Из Кировской области приехал человек со следами пыток. Поток не прекращается.

— И в чем причина?

— В безнаказанности. Вот смотрите. Здесь много моих друзей, если я захочу, они свяжут вас, привяжут к батарее и набьют морду. И ничего нам за это не будет. Представляете?

Я представил, мне стало страшно.

— А знаете, кем Дадин хотел стать в юности? Полицейским. Если б ФСИН реформировали, мне кажется, он бы туда пошел…

Хэдлайнер концерта — «Аркадий Коц», наша главная протестная группа. Кирилл Медведев выходит в майке с надписью «Antifascist never sleeps» и затягивает песню, которую когда-то пел на Болотной:

Видишь ли эти стены?
За ними мы все живем,
И если их не разрушим,
То заживо здесь сгнием.
Давай разрушим эту тюрьму…

И сразу повеяло свежим ветром, миллионными маршами, свободой, чем-то настоящим, неандерграундным. Но звякнул последний аккорд, и я опять увидел низкий потолок в зале клуба.

…Ночь. Выходим на улицу. Над метро «Семеновская» нависает громада кинотеатра «Родина». Рядом с ним горит вывеска «Красная Заря». Небо черное. Бывают такие ночи, когда ни одной звезды.