Гендерный ужас

Поэтесса Оксана Васякина выложила в инстаграм видео: “Меня пригласили на феминистский фестиваль. Горизонтальный феминистский фестиваль. И спросили: “О чем вы будете читать свои стихи?” Ну, я им и ответила, что мои стихи – это стихи о женщинах, которые борются с насилием, и мои стихи призывают женщин к тому, чтобы объединяться, бороться с насилием и мстить за него. Всё очень просто. А мне ответили вот что: – Оксана, а есть у вас желание и возможность прочитать что-то более миролюбивое? Нам к вечеру нужно будет, наоборот, создать атмосферу мира и единства на почве... F*ck you!”

Благодаря скриншотам из ФБ-мессенджера Оксаны мы можем узнать, чем тогда закончился разговор с некоей Ириной Изотовой:

– Нам к вечеру нужно будет, наоборот, создать атмосферу мира и единства на почве признания ценности и уникальности каждого. То есть призывы к мести не вписываются в концепцию.

– Тогда я лучше откажусь от участия, потому что мои тексты не вписываются в концепцию “миролюбивости”.

– Очень жаль.

– Нет, не жаль. Поэзия сегодня – это не чтение умильных стихов в ламповой атмосфере, извините если я груба.

“Ее сообщения оскорбили меня как поэтессу и как феминистку, уже после я увидела в программе, что в конце, после поэтических чтений они планировали вынос Пирога Мира”, – пишет Оксана. Вот так цикл стихотворений “Ветер ярости”, посвященный лесбийству и женщинам как к консолидированной силе, противостоящей насилию, оказался за рамками московского феминистского фестиваля. А место поэта, место голоса движения заняла Сююмбике Давлет-Кильдеева, планирующая рассказать, какие стихи считают феминистскими и почему.

"Елена, здравствуйте! Я показала фотографии представителям площадки. К сожалению, они отказываются их выставлять, так как не соответствуют стилистике площадки в тот день. Согласовывает это дело много людей. Приходите просто так!" – написала Ирина Изотова Елене Боцман, одной из старейших ЛГБТ-активисток России и основательнице Клуба свободного посещения. Исполнять собственные песни или рассказывать о женских коммунах со сцены Елене Боцман запретили.

Екатерине Бахреньковой, активистке Женской исторической ночи, организаторы позволили сделать фотовыставку, но за две недели до начала фестиваля запретили выставлять картонные фигуры: “Наша арт-группа планировала специально для фестиваля сделать большие картонные женские фигуры женщин-гуманисток и правозащитниц: Горбаневской, Керсновской, Марии Покровской, Симоны де Бовуар... Что именно не понравилось в этой ранее согласованной идее, я не знаю”.

Ни одна из групп женского исторического движения не попала в официальную программу, однако первая лекция фестиваля называется "История женского движения и феминизма" и читает ее… мужчина – Сергей Витяев, кандидат философских наук, преподаватель МГИК. Инициатива “Женская историческая ночь” в России постоянно находится в роли зайца, за которым гонятся мужчины – представители академических кругов, провластных патриотических движений. Среди людей, пытавшихся оккупировать инициативу, был член Совета по культуре при губернаторе Калининградской области. Так что никого не удивит появление очередного патриарха, присваивающего право говорить о женской истории на площадке, само название которой подразумевает мейл-фри.

Бодипозитив-движение в России развито на несколько порядков лучше, чем историческое. Но о бодипозитиве в официальной программе фестиваля не было сказано ни слова. Катя Хорькова, администратор сообщества Body Positive в контакте (66 320 человек) рассказывает о свой беседе с Анной Гилёвой:

– К сожалению, программа уже закрыта, поэтому мы не сможем добавить вас в выступающие, но будем рады видеть вас на фестивале. Регистрируйтесь и приходите.

– ...а когда была закрыта программа? Просто я (как и мои коллеги, админящие несколько фем-пабликов ВК) узнали об этом мероприятии буквально вчера. Наш паблик является самым крупным фем-сообществом в рунете, создающим оригинальный контент, и никакой информации мы не получили. Будут ли еще мероприятия подобного рода? Как об этом можем узнать мы?

– Екатерина, рады вашему интересу к событию, и повторю, что будем рады видеть вас. Программа – это видение организаторов: "Теорий", DI Telegraph и кураторов, и она была закрыта какое-то время назад. Будем рады дать почин разным и частым событиям на эту тему. Уверены, что мы будем не единственными их организаторами”.

Катя Хорькова продолжает: “Это мероприятие не имеет отношения ни к какому феминизму. Это просто модное в Европе слово, которое, очевидно, решили продвинуть в России для "интеллектуальной молодежи", которая слава богине, наверное, не сталкивалась с ужасом, с которым сталкивается та часть женщин, у которых нет доступа к подобным эвентам в принципе(...).”

Феминизм не бывает настоящим или ненастоящим. Феминизм – это не столько о гендерном равенстве, сколько о женщинах

Радикальный медиафеминизм и феминизм социальных сетей на фестивале не представлен. Ольгерта Харитонова, редактор радфем-журнала “Остров” (выходит с 1999 года) и администратор группы “Школа феминизма” (13 000 участников), пишет: “Феминистский фестиваль не может не быть горизонтально устроенным – это аксиома(...), не может быть авторским(...), не может быть сделан без обсуждения среди различных феминистских групп, без привлечения их к организации(...). Феминизм не бывает настоящим или ненастоящим. Просто какие-то явления и тексты относятся к феминизму, то есть они – феминистские, а какие-то не относятся. Феминизм – это не столько о гендерном равенстве, сколько о женщинах. Поэтому он и называется "Феминизм". НИКАКОЕ мужское объяснение любого феминистского вопроса НЕ свободно от менсплейнинга. Поэтому по всем феминистским вопросам должны высказываться только женщины(...).

Итак, для Школы феминизма, Body Positive и для других известных фем-медиа не нашлось места в программе. Зато площадку получила Залина Маршенкулова, автор порносекуальных статей на сайте “Сноб”, создательница ресурса Breaking Mad, призванного развлекать публику чернухой. Залина хочет, чтобы люди не относились слишком серьезно к своей никчемной жизни и не боялись возможной смерти: “Умереть можно очень здорово, круто и классно”. На феминистском фестивале Залина представит тему "Что делать, если ты женщина и хочешь убивать, а тебя заставляют строить любовь?".

Юлия Таратута, главный редактор Wonderzine, 25 минут будет рассказывать о феминизме в глянце и медиа. На сайте Wonderzine в центре страницы висит большой рекламный баннер “Что носить весной. 10 новых хитов гардероба”. Следует читать: как подороже продать своё тело. А вокруг публикуются псевдофеминистские тексты.

А что с темой насилия над женщинами? Теме домашнего и сексуального насилия на феминистском фестивале посвящено целых 50 минут. Выступят Анна Ривина из проекта "Насилию.нет" и фонда "СПИД.ЦЕНТР" и представительница Центра помощи пережившим сексуальное насилие “Сёстры”. "К нам обратилась организатор фестиваля Ирина и попросила выступить, представить центр. Мы обычно откликаемся на предложения фем-сообщества, нас объединяет тема борьбы с насилием. В программе заявлено мало остросоциальных тем, почти не представлены социальные и сервисные организации, и мы посчитали, что рассказ о работе центра будет полезен”, – пишут “Сёстры”. В программе фестиваля рядом с Анной Ривиной – рекламный блок от независимой лаборатории INVITRO.

Особенное место в программе фестиваля занимает брат-близнец изнасилования – алкоголь. Суфражизм и антиалкогольная кампания шли рука об руку по всему миру. Видимо, поэтому Галина Пашинская, “продюсер партнерств, независимый эксперт по вину, основатель ISG-event” (кто-нибудь знает, что это такое?), решила провести для москвичей мастер-класс с дегустацией "Мужское и женское в винах. Гендерная деконструкция вина”. Всё же лучше, когда женщин насилует не просто пьяный садист, пьяный специалист по гендерной деконструкции.

Ксения Булак (группа “Выходной без парней”) в тексте о готовящемся фестивале тоже поднимает тему насилия над женщинами: “Свадебным генералом фестиваля будет Ирина Прохорова, она выступит последней и расскажет “о парадоксах репутации феминизма в России”.

Ксения Булак продолжает перечислять пункты антипрограммы: “Про запрет абортов, острейшую сейчас проблему, – ни слова. Про насилие в родах – ни слова. Про положение женщин на Северном Кавказе – ни слова. Про лесбиянок на таком суперлиберальном фестивале, где так много говорят о трансгендерах, – ни слова...”

С ней солидарна Екатерина Евдокимова из московского женского исторического движения:

“Почему не поднимаются актуальные проблемы женщин в России, такие как домашнее насилие, равная оплата труда, травля жертв изнасилования в СМИ, проблемы абортов, внутренняя мизогиния, проблема того, что в государственной думе количество женщин всего около 15%? Как феминистский фестиваль могут проводить люди, не знающие политической повестки русского феминизма?”

Рассказ о женском движении невозможно представить без упоминания урбан-феминизма, веган-феминизма, антирасистского феминизма, антивоенного феминизма и без движения за экономическое освобождение женщин.

Увидев программу фестиваля, московские урбанофеминистки решили не отправлять заявку на участие.

Веган-феминистки ничего не слышали о фестивале, но по тому, что программа не веганизирована (нет веган-кафе, зато есть невеганское вино и антивеган-пропагандисты), можно предположить, что организаторы тоже ничего не слышали о веган-феминизме.

Позицию организаторов по поводу антирасизма отражает незаявленный доклад по черной женской истории, а также цвет кожи всех участников фестиваля.

Как-то так получилось, что ни один из участников не представляет женщин-инвалидов. Тут я не могу не согласиться с организаторами. Во-первых, что инвалиды могут знать о проблемах женщин, а во-вторых, они же вообще не в формате фестиваля. Они же неприятные, несчастные, а приказ был – не омрачать.

Крым наш, Алеппо наш, феминизм тоже наш. Время захвата чужих земель

Давайте узнаем, как обстоит дело с антивоенным месседжем на фестивале. Что будет говориться об интернациональной солидарности с женщинами других стран, о проблемах беженок, об изнасилованиях на войне, о безнравственности государственного инвестирования в ВПК? А нет таких тем в программе фестиваля. Неформат. Да и какие сейчас в Москве пацифисты, правда? Крым наш, Алеппо наш, феминизм тоже наш. Время захвата чужих земель. Ирина Изотова пишет: "Полит агитация и другие формы активного призыва не приветствуются, так как это вызовет только негативное отношение аудитории фестиваля к клубу Задача фестиваля – создание поля для прироста знания, а не попытка убедить кого-то в чем-то".

Экономическая независимость считается ключом к женскому освобождению. Современные феминистки во всем мире говорят о безусловном базовом доходе, оплате репродуктивного и домашнего труда. Наверное, и на фестивале, который планирует рассказать нам, “чем на самом деле является феминизм и почему он нужен каждому”, выступает какой-нибудь эксперт по экономическому освобождению? Может, один из пяти мужчин – участников фестиваля, лектор Кирилл Мартынов, доцент ВШЭ, рассказывает про зарплату гражданина?

Планировалось, что Мартынов будет читать лекцию “Почему я феминист. Мужской взгляд”. Наверное, кто-то намекнул организаторам, что границы нормы существуют даже у безумия. Поэтому тему Мартынова заменили на “Гендерный ужас: почему российское общество считает феминизм врагом”. Так Мартынов преодолел биологические обстоятельства и забрался на женскую сцену, не только заняв место женщин и лишив их права голоса (что особенно символично в год столетнего юбилея женского избирательного права в России), но и получил возможность вещать и поучать женское движение.

Who is Mr. Martynov? – спросит читатель. Он успел поработать в Фонде эффективной политики Глеба Павловского (трамбовал грунт для путинского режима), в Академии народного хозяйства при Президенте РФ (преподавателем), в Федеральном агентстве по делам молодежи (пресс-секретарем), в либеральном клубе "Единой России" (координатором), в ВШЭ (преподавателем) и так далее. Но это не самые увлекательные моменты жизни нашего мачо-феминиста.

Мир тесен. Я уже встречалась с гражданином Мартыновым на заре русского управляемого национализма. В 2004 году он создал ЖЖ-сообщество “Младопатриоты”, где варили совково-патриотическую кашу: “Наше "мы" важнее, чем наши "я", потому что мы – ближе к России. Наш праздник – 9 мая, наше слово – русское, наш день – завтрашний. У русского патриотизма есть другое лицо, наша цель – доказать это. Сегодня наше оружие – интернет. Враг будет разбит. Дружбе – крепнуть.” Задачей младопатриотов было “бить "свою русскоязычную сволочь", пятую колонну, бить не пустой руганью, а самим фактом своего существования”.

Когда Родина прикажет быть феминистом, у нас феминистом становится любой

В то же самое время в личном дневнике Кирилл Мартынов писал о “русской крымской земле, безумием и предательством оторванной от России”, о своем натужном православии, искал корни: “Наше поколение – последнее, которое слышало о войне из уст солдат-победителей, наших дедов и прадедов. И нашим долгом будет нести их память в будущее. Великая Отечественная – это то, что объединяет всех нас, несмотря разницу в политических и религиозных убеждениях. И в календаре есть две священные даты, которые мы будем помнить всегда, пока жива Россия и русская речь: 22 июня и 9 мая”.

С сообществом троллей “Младопатриоты”, нападавшим на веганство, разобрался коллектив моего сайта hippy.ru, удалив из сообщества, а также из блога одного из админов haeldar все посты в 2004 году.

В 2007 году случилось "Новгородское дело". Сожительница Кирилла, Антонина Макарова, обвинялась в покушении на убийство собственной дочери Алисы (перелом нижней челюсти слева, полный вывих трех зубов, сотрясение головного мозга, ушибленная рана подбородка и кровоподтек правой паховой области), получила обвинительный приговор. После чего исчезла вместе с дочерью.

По странной случайности в сферу моих интересов входит изучение случаев самоубийств матерей с детьми, общественное отношение к инфантициду и причины, по которым матери предпринимают подобные шаги. Так вот сравнение множества случаев групповых самоубийств показывает, что дети сами просто так с высоты не падают. Оставление женщиной ребенка без присмотра тоже имеет определенные причины, связанные с ее окружением и социальным статусом. Феминистская точка зрения не выдает представителям институционально угнетенного класса – женщинам – ярлычка “виновна”.

Антонина и ее дочь Алиса бесследно исчезли. А Кирилл не исчез. Наоборот – сетевая волна вынесла его на берег правозащитной деятельности. Мало-помалу он стал рукоподаваемым в левеньких кругах, стал редактором отдела политики “Новой газеты”. А теперь объявил себя феминистом.

Мартынов высмеивал, унижал, обесценивал мнения женщин, издевался над отсутствием ресурсов, бравировал привилегиями

Когда “Школа феминизма” начала обсуждение фестиваля, инициированного и руководимого “сверху”, именно Кирилл прибежал в компании друзей и троллей и начал писать твиты вроде: “Душный совок: "настоящие феминистки" учат "ненастоящих", как надо проводить фестивали, но сами ничего не проводят”; “Феминистка Ольгерта Харитонова обвинила меня в том, что я зарабатываю деньги на женской истории. Спрашивал, где можно получить свою долю”; “Настоящие феминистки сообщили, что "авторских фестивалей" в феминизме быть не может (только согласованный с ними), все исключения – сексизм”; “Шли вторые сутки интеллектуальной дискуссии”; “250 комментариев дискуссии с российским радфемом, обещают скоро стереть, к концу становится смешно”; “Настоящий фемфестиваль пройдет в Москве под лозунгом "Я стала лесбиянкой, получится и у вас".

Все участники дискуссии могли видеть, что Мартынов высмеивал, унижал, обесценивал мнения женщин, издевался над отсутствием ресурсов, бравировал привилегиями, безнаказанностью и достижениями, доминировал, самоутверждался и троллил. Стиль его общения с женщинами в пространстве женского сообщества был стилем абьюзера. К слову, оккупация чужого пространства не может быть нормализована, она всегда аморальна и патриархальна. Это полезно было бы запомнить всем жителям России, а не только Мартынову. Многие старые друзья Мартынова, в том числе Алексей Байков, тот самый haeldar из “Младопатриотов”, поддерживали троллинг над феминистками. В конце концов Мартынов начал многоуровневую травлю поэтессы Васякиной, даже не осознавая, в какую армию записывается. Сеть теперь обсуждает, можно ли было позволить Васякиной читать стихи, что никак не отменяет того факта, что организаторы фестиваля сами не читали цикл стихов “Ветер ярости”, который Оксана планировала прочесть.

В связи с этим меня мучает вопрос. А что, у кремлевских политтехнологов вообще не осталось других карт, кроме этого помятого джокера? Нельзя ли было для феминистского направления выбрать какую-то неведомую шестерку, не пришнурованную за все дырочки к Путину и партии власти, не имеющую в CV ребенка, упавшего с третьего этажа и без вести пропавшей сожительницы, младопатриотов, крымнаша? Может быть, и выгорел бы тогда проект “Управляемый феминизм”. Судя по всему, вариантов просто не было. И когда Родина прикажет быть феминистом, у нас феминистом становится любой.

Еще один лектор, Владимир Долгий-Рапопорт, учредитель футбольной школы для девочек, получил 25 минут времени на лекцию "Женский футбол: просто перестаньте стесняться". Именно этого совета и ждали все женщины. Просто расслабься и получай удовольствие от омерзительной садистской игры, будь как мы, настоящие мужчины. Просто расслабься, беги и нападай на других людей, причиняй им боль, учись ползти по чужим телам наверх пирамиды победителей, и ты забудешь, что тебя с детства ограничивали в малейшей физической нагрузке, приучали к статусу раба, поведению раба, особой внешности раба, унижали на каждом шагу, избивали и насиловали, принуждали к беременности, запрещали аборты, мешали любой твоей реализации, бросали без копейки денег с детьми, пытали в тисках брачной-уличной проституции. Просто расслабься, – говорит нам гуру Владимир.

Группа “Радфем цитатник” обратила внимание на то, что несколько лекторов относятся к "Секспросвету". "Секспросвет" с феминистской точки зрения – новый порнокультурный проект, обесценивающий женщин, распространяющий культуру изнасилования, нормализующий патриархальный секс и унижающую человеческое достоинство деятельность.

Например, в списке лекторов "Секспросвета" – Елена Рыдкина, “секс-евангелист, секс-коуч, автор тренинга Sex 2.0, со-основатель Sexprosvet 18+Фетиш & БДСМ культура”. Секс-евангелист. Именно так называется должность Елены на сайте спонтанных знакомств Pure. Из лекторов фестиваля в списке авторов "Секспросвета" Татьяна Никонова, Анна Ривина, Кирилл Мартынов (sic!), Сергей Кумченко.

Идейный лидер радикальных феминисток Татьяна Керим-Заде, переводчица “Учебника для женщин, подвергающихся насилию” (Консуэло Барэа), автор блога “Acción Positiva”, деконструирующего патриархат, назвала программу фестиваля “феминизмом эпохи развитой порнократии” и написала текст о том, какие признаки отличают феминистские инициативы. Кстати, у меня тоже есть текст о том, как проводить горизонтальный фемфест, обобщенный норвежский опыт.

Настасья Сом из Москвы написала следующее: “Как радикальную феминистку меня возмущает то, что организаторка (...) использует в названии своего "авторского" мероприятия слово, означающее серьезное политическое движение, имеющее определенные принципы и условия, полностью их игнорируя: на фестивале принимают участие большое количество мужчин-спикеров, не имеющих никакого отношения к Российскому феминистскому движению, а так же не выступавших ни разу в рядах феминисток на различных массовых мероприятиях. Немаловажно и то, что, создавая мероприятие, эксплуатирующее слово "феминизм", организаторка фестиваля подсовывает его потенциальным участницам и, что хуже всего, слушательницам, "пустышку", лишенную какого-либо политического заряда, сводящую фокус внимания с реальных проблем женщин России и всего мира на вопросы сомнительной значимости”.

Самый актуальный феминистский холивар в наши дни – это транс-холивар. Во многих странах выкристаллизовывается идея, что женские пространства – только для женщин, а трансперсоны должны создавать собственные пространства – движения, коммуны, фестивали – и не имеют права оккупировать достижения женского движения. Для разграничения пространств протеста в 2016 году коллективом “Женской исторической ночи” во многих странах одновременно была проведена “Квир-историческая ночь”. На обсуждаемом фестивале двое мужчин – Сергей (временами Роза) Кумченко и Евгений Шорыгин планируют рассказывать про “Феномен трансгендерности” и про “Квир для чайников”.

Настало время задать вопрос: а кто же построил для нас этот идеальный паноптикум? Кто ввел древнесоветскую цензуру на всех уровнях, включая регистрацию при входе? В качестве козла отпущения нам предлагают куратора Ирину Изотову, недавно вернувшуюся из Европы после (вы не поверите) академического изучения феминизма и гендерной теории и выигравшую конкурс “Теорий и практик”. Вы когда-нибудь слышали, чтобы кто-то организовывал феминистский фестиваль, потому что выиграл конкурс? Полное отсутствие у Ирины какой-либо политической биографии и ее выдающаяся наивность смущает настолько, что хочется посмотреть по сторонам и найти кукловода.

Все говорят о заказчике, используя конструкции без имен. В том числе лица, указанные в качестве “Команды”. “Команду”, дававшую указания Изотовой, составляют шеф-продюсер фестиваля Анна Гилёва – человек без политических взглядов, с НТВ-шным прошлым, Дарья Кук из ВШЭ и Галина Пашинская, “продюсер партнерств”.

Diana Abris, пользователь ВК из Нижнего Новгорода пишет, что “изначально формат был задан не как горизонтальная площадка, где решения принимаются консенсусом, а как авторский проект Иры, который выиграл конкурс. Но в итоге даже ее идеи ей реализовать полностью не дали. Ира мне говорила, что зла на грантодателей, потому что они ставят свои условия и с ними не получается договориться”.

Сама Ирина Изотова ничего не говорит про своих хозяев, а призывает: "приходите узнать, чем на самом деле является феминизм, и почему он нужен каждому” (из программы фестиваля), “Друзья, Moscow Femfest – это место для открытого диалога, нетворкинга и людей, которым важно получить прирост знания. Он далек от идеологии. Нам важно создать дружелюбное пространство для тех, кто жаждет расширить границы своего видения. (...) Программа настолько разнообразна, что, уверена, большинство из вас найдет в ней кусочек по душе”.

Между буквами T и P сидит &, маленький волшебный путиноид

Организаторы фестиваля – коворкинг TELEGRAPH и платформа "Теории и практики". Какое значение для TELEGRAPH имеет фестиваль? Это проходное событие в списке других бессмысленных мероприятий, которые более всего напоминают сорта жвачки для умиротворённого планктона: думать о чем угодно, кроме кремлевской обезьяны.

Знаете, какие ближайшие события соседствуют с фемфестивалем? “Увлекательный карьерный форум для молодых специалистов технической сферы” и “карьерное мероприятие для молодых специалистов бизнес сферы”.

“Теории и практики” – собственность издательства группы “Альпина”, боссы которого широко известны как феминисты. Это Александр Лиманский, Алексей Ильин, Сергей Турко. “Теории и практики” существуют словно бы не в России, вдалеке от репрессий против активистов, от коррупции и войны, от беженцев и от женских проблем. Между буквами T и P сидит &, маленький волшебный путиноид, следящий, чтобы не появилось оппозиционного материала: “Не омрачили ли? Не опечалили ли вы офисную крысу?”, “Не возникнет ли у кого-то желания думать”?

Во время сетевого скандала Ирина Изотова опубликовала пост, в котором сохранились кусочки рекомендаций, выданные ей руководителями. В тексте говорилось, что м-фест идет на уступки, но только для прошедших цензуру: "... у нас есть возможность создать пространство для представительств московских фем-сообществ и инициатив. В связи с этим мы объявляем для них OPEN CALL", "фем-сообществам/клубам/инициативам нужно до 3 марта подать заявку и согласовать все материалы, которые они хотят представить".

Требовалось назначить заложника-стукача: "Мы рекомендуем… Выделить одного официального представителя, который сможет ответить на любые вопросы о клубе/организации/инициативе". О материалах феминисток говорилось пренебрежительно: "Принести брошюрки", "надо их все показать нам на согласование". Еще раз появлялась мысль, что феминизм может быть аполитичным: "Политагитация и другие формы активного призыва не приветствуются, так как это вызовет только негативное отношение аудитории фестиваля к клубу". "Задача фестиваля – создание поля для прироста знания, а не попытка убедить кого-то в чем-то". А дальше было самое главное, было написано, что организаторы берут на себя роль "гарантов безопасности, и заботливо сопровождают всех представителей, которые хотят рассказать о себе”.

Власть предлагает гарантированно безопасный феминизм – чтобы никто не обсуждал позорную мизогинную, милитаристскую и шовинистическую российскую политику

Гарант безопасности – наше любимое, правда? Кого там у нас больше всего в программе? Кто на ВШЭ сидит и ВШЭ погоняет? Не знаете? Так я вам скажу. Одиозный Кирилл Мартынов – доцент Высшей школы экономики. Логотип нарисован Вероникой Боглай из ВШЭ. Дарья Кук из организаторов – из ВШЭ. Сююмбике Давлет-Кильдеева, выпускница ВШЭ. Залина Маршенкулова и Ирина Прохорова – гостьи мероприятий, связанных с ВШЭ. “Альпина Паблишер” пиарит мероприятия ВШЭ. Секс-евангелист Елена Рыдкина – тоже из ВШЭ (в программу попали другие ВШЭ-секспросветители). Мари Давтян (на фесте есть ее проект "Насилию.нет") как раз поступила во ВШЭ.

Давайте посмотрим повыше. Кто у нас председатель ЦБ РФ? Набиуллина. А как зовут мужа Набиуллиной? Кузьминов. А кто у нас Кузьминов? Основатель и ректор НИУ "Высшая школа экономики" и сопредседатель московского "Общероссийского народного фронта", основанного и возглавляемого Путиным. Не поленитесь, прочтите список должностей Кузьминова в "Википедии". Вот почему власть предлагает гарантированно безопасный феминизм – чтобы никто не обсуждал позорную мизогинную, милитаристскую и шовинистическую российскую политику.

В программе есть феминистки, которые не знают обо всем, что я написала. Мне говорят, что надо пожалеть простых людей, что все уже перепачкались в режиме. Что я могу на это ответить? Мойтесь. Где граница, после которой независимые радикальные активисты перестанут доверять кому попало, радостно солидаризироваться с первым встречным? Что должно быть написано в программе, чтобы леваки отказались пробовать “пирог мира”? “Привет, я из ФСБ и пришел, чтобы захватить и развалить ваше движение?” Ну так это и было написано. Надо просто внимательно читать. Многие российские активисты впадают в хаматовщину – мол, не имеет значения, под кого ложиться, главное спасать несчастных. Нет, господа благотворители. Крайне важно, кто сидит за штурвалом вашего самолета и куда он в конце концов летит. В заключение я хочу процитировать стихотворение Оксаны Васякиной:

я лежу в темноте под землей
я лежу и чувствую как подо мной
другие женщины спят в темноте
сердца их шепотом бьются в грудные клетки
и перемежаются в песне о ненависти и боли
я чувствую как над землей
я чувствую как надо мной
дуют ветры полные ярости
они поют песню ярости
и зовут нас встать и пойти
за нас отомстить
за наше женское племя

Автор благодарит Виктора Данильченко за помощь в написании статьи.

Высказанные мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода. Разговор о феминизме и власти в России продолжает участница ФемФеста Алла Митрофанова.