Муж президента

Чем первые джентльмены отличаются от первых леди

Во время недавней президентской гонки в США многие размышляли о том, как предстоит обращаться к Биллу Клинтону в случае победы Хиллари Клинтон, — правда, после выборов вопрос временно утратил актуальность. Во многих других странах эта проблема давно решена: супругов женщин — президентов и премьер-министров называют по аналогии с «первой леди» — «первыми джентльменами». Правда, обсуждают их заметно меньше. «Медуза» изучила, кто же они и чем их роль отличается от положения жен мировых лидеров.

Много ли в мире первых джентльменов

За последние полвека женщины занимали позицию президента или премьер-министра в 59 странах. Первой женщиной-премьером стала Сиримаво Ратватте Диас Бандаранаике на Шри-Ланке (в 1960 году), первой женщиной-президентом — Исабель Перон в Аргентине (в 1974-м). Прямо сейчас действующих женщин — президентов и премьер-министров 15, в том числе в Швейцарии, Хорватии, Чили и Бангладеш. Десять из них состоят в браке.

Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй почти 40 лет замужем за инвестиционным банкиром Филипом Мэем, муж канцлера Германии Ангелы Меркель — квантовый химик Иоахим Зауэр, муж премьер-министра Норвегии Эрны Сульберг — Синдре Финнес, работник Федерации норвежских предприятий и отраслей промышленности (они воспитывают двоих детей).

У некоторых глав государства или правительства нет официального мужа или жены, как было в случае с французским лидером Франсуа Олландом, — в такой ситуации оказалась и бывшая премьер-министр Австралии Джулия Гиллард, которая к моменту вступления в должность уже четыре года находилась в отношениях с парикмахером Тимом Мэтисоном. Правда, она признавала, что в Австралии отношение к этому вопросу проще — и она вряд ли смогла бы занять столь высокую должность в США, будучи незамужней и без детей.

На этом посту оказывались и разведенные женщины, и те, кто никогда не состоял в браке, — как президент Литвы Даля Грибаускайте или бывшая президент Кореи Пак Кын Хе; последняя предпочла не «отвлекаться» на семью.

Бывает и так, что у женщины-премьера есть первая леди, а не джентльмен: в 2010 году, как только это стало возможным в Исландии, однополый брак со своей партнершей зарегистрировала Йоханна Сигурдардоттир, к тому моменту уже год руководившая страной в должности премьера.

Какие обязанности предполагает эта роль

Как и в случае с первой леди, обязанности, связанные с титулом первого джентльмена, могут быть разными — и не всегда они четко прописаны. В них может входить как забота об официальной резиденции, так и организация приемов или управление благотворительным фондом. Но есть и исключения вроде Мальты: супруг или супруга действующего президента Мальты обязаны оставить свою карьеру и полностью посвятить себя общественной работе, в частности в благотворительном фонде главы государства Maltа Community Chest Foundation. Так, в 2012 году Эдгар Прека (муж нынешнего президента Мари-Луиз Колейро Преки, которого еще называют «застенчивым первым джентльменом») покинул авиакомпанию Air Malta, где проработал больше тридцати лет, чтобы помогать жене в ее избирательной кампании. Наряду с официальными обязанностями он продолжает заниматься своими хобби — кулинарией и фотографией.

Увольнение с прежнего места работы ради поддержки жены может быть и личным выбором. Именно так поступил Тим Мэтисон, гражданский партнер Джулии Гиллард, премьер-министра Австралии с 2010 по 2013 год. 53-летний стилист-парикмахер бросил работу в салоне (благодаря которой они и познакомились с Гиллард) и решил полностью посвятить себя благотворительности. В частности, он поддерживал объединение Australian Menʼs Sheds Association — оно занимается социальной помощью и трудоустройством мужчин, в том числе ушедших на пенсию. Кроме этого, он был амбассадором Министерства здравоохранения по делам престарелых Австралии и по вопросам мужского здоровья. Впоследствии, оставив пост, бывший первый джентльмен даже обвинял в недостаточном энтузиазме свою последовательницу, жену Тони Эбботта Маргарет: «Я разочарован тем, что она совсем не вовлечена в благотворительность. Чем она занимается? Лично я за три года посетил 60 мероприятий».

Чем первый джентльмен отличается от первой леди

На самом деле ничем. Помимо расплывчатых обязанностей, как для первых леди, так и для первых джентльменов, этот статус также сулит повышенное внимание со стороны таблоидов, завышенные ожидания публики, критику внешности или профессиональной деятельности.

Сразу после вступления Терезы Мэй в должность премьер-министра Великобритании под прицелом журналистов оказался ее супруг, инвестиционный банкир Филип Джон Мэй. Причиной послужил предполагаемый конфликт интересов его «должностей». В публикации The New York Times даже пошутили, что мистер Мэй легко отделается, если внимание СМИ будет приковано не к его профессиональной деятельности, а к ботинкам (в связи с этим автор статьи припомнил заголовок в британском таблоиде: «Муж Терезы Мэй затмил ее своим секси-костюмом»).

Публика и пресса действительно любят дискутировать на тему того, чем должны заниматься, как должны выглядеть и вести себя на публике первые леди и джентльмены. Достаточно посмотреть, как обсуждают Меланию Трамп — ее стиль, профессиональное прошлое и происхождение, а также соответствие роли первой леди страны. Аналогичное внимание бывает приковано и к мужчинам: все того же Тима Мэтисона австралийская пресса называла не иначе как «first bloke» («первый парень»). Впрочем, сам Мэтисон иногда давал этому повод: к примеру, при встрече с королевой Елизаветой II в день свадьбы принца Уильяма Мэтисон приветствовал ее словами: «You again!» («Опять вы!»)

Супругам мировых лидеров — женщин доставалось и раньше. В частности, мужа самой знаменитой женщины-премьера, бизнесмена и поклонника гольфа сэра Дениса Тэтчера, прожившего с Маргарет Тэтчер 52 года, однажды назвали «шовинистом мирового уровня, женатом на символе женского равноправия».

Как к этому относятся сами первые джентльмены

Степень публичности первых джентльменов (и то, сколько мы о них знаем) напрямую зависит от того, как они сами защищают свое право на личное пространство и самоопределение. Например, муж премьер-министра Норвегии Синдре Финнес (также возглавляющий одно из направлений Федерации норвежских предприятий и отраслей промышленности) говорит, что любит свое положение и часто общается с прессой. Финнес охотно делится и историями о том, каково быть единственным мужчиной в компании супруг лидеров стран Северной Европы, и о том, как провел день с Мишель Обамой, пока жена была на официальных встречах. А еще гордится тем, что каждый вечер готовит ужин для жены и детей.

Причина такой прогрессивности в отношении гендерных ролей отчасти состоит в том, что бульварную прессу и жителей страны куда больше интересует жизнь норвежской королевской семьи. На запрос «Медузы» о предполагаемых обязанностях супруга премьер-министра представители пресс-службы главы государства ответили кратко: «Норвегия — конституционная монархия. У нас есть король и королева».

В это же время полной противоположностью Финнеса можно назвать Иоахима Зауэра, мужа Ангелы Меркель, одной из самых влиятельных женщин в мире. Зауэр, профессор в Берлинском университете имени Гумбольдта, с момента вступления Меркель в должность канцлера Германии открыто демонстрировал свое равнодушие к титулу первого джентльмена и связанному с ним официозу. На первую инаугурацию Меркель он даже не пришел — и наблюдал за трансляцией по телевизору, сидя в лаборатории. Зауэр строго охраняет свое личное пространство. «Я не буду ничего отвечать в ваш микрофон», — сказал он одному из журналистов в 2005 году на Байрёйтском фестивале. Вот уже двенадцатый год подряд он остается верен себе и категорически отказывается общаться с прессой на темы, не касающиеся его профессиональной деятельности.

Продолжают ли они работать

Что точно объединяет первых леди и джентльменов, так это факт, что их титул и предполагаемые обязанности, вне зависимости от загруженности, никак не оплачиваются. В свое время в журнале Time была опубликована статья, предлагающая президенту США Бараку Обаме начать бороться с неравной оплатой труда непосредственно с Белого дома: Мишель работает 24 часа в сутки 7 дней в неделю, а зарплату при этом не получает. Это одновременно и одно из главных различий в положении первых джентльменов и первых леди: в отличие от женщин, часто вынужденных прервать карьеру ради роли «жены своего мужа», многие мужчины оставались в профессии уже после избрания их супруг на посты лидеров государства. Так поступили Филип Мэй, Иоахим Зауэр, а также Стивен Киннок, муж бывшего премьер-министра Дании Хелле Торнинг-Шмитт.

Есть еще и радикальный пример бывшего президента Аргентины Нестора Киршнера, который оставался одним из самых влиятельных людей на политической арене в стране уже после того, как место президента заняла его жена, Кристина Фернандес де Киршнер.

Нет ли здесь сексизма

В каком-то смысле сам титул может рассматриваться как сексистский — это касается и первой леди, и первого джентльмена. Ведь по сути административная работа главы государства никак не связана с юбкой жены или профессией мужа президента или премьер-министра. Но к мужчинам публика и СМИ все-таки менее требовательны и внимательны. Их меньше критикуют за выбор нарядов, нежелание бросить работу или отказ все время находиться рядом с женой. Подобное решение принял муж бывшего премьер-министра Дании Хелле Торнинг-Шмитт, который не только сохранил за собой должность в администрации Всемирного экономического форума и остался налоговым резидентом Швейцарии, но и в течение премьерского срока жены занялся политической карьерой в Великобритании. И конечно, никому не приходит в голову составить рейтинг сексуальности первых джентльменов, как это регулярно происходит с первыми леди.



Лера Швец