Журналист Павел Никулин предложил интервью террориста журналу Esquire. И Никулиным заинтересовалась ФСБ

Журналист Павел Никулин нашел в соцсетях жителя Калуги, который уехал на Ближний Восток и воюет на стороне боевиков в Сирии. Подтвердив его личность, Никулин поговорил с ним — и предложил интервью российской версии журнала Esquire. Интервью не было опубликовано; при этом, как сообщили Никулину в редакции журнала, туда приходил сотрудник ФСБ, который интересовался деятельностью журналиста, предполагая, что он симпатизирует террористам. Главный редактор Esquire Сергей Минаев визит сотрудника ФСБ в редакцию опровергает и называет это «бредом». «Медуза» коротко рассказывает о том, что произошло с Павлом Никулиным.

В октябре 2016 года журналист Павел Никулин нашел в соцсетях аккаунт россиянина, который уехал из Калуги в Сирию — воевать в одной из группировок. Проверив его историю и убедившись, что она достоверна, журналист взял у него интервью. Договориться о публикации долгое время не получалось — российские издания, отмечает Никулин, отказывались брать текст.

После нескольких неудачных попыток он решил отправить интервью в журнал Esquire. С одним из редакторов Esquire Вадимом Смысловым автор материала встретился 23 февраля 2017 года. «До встречи я ему скинул это интервью и попросил посмотреть на предмет того, интересно ли это будет опубликовать. Но он не мог мне дать никакого ответа и сказал, что посмотрит редакция сайта. И посмотрит [главный редактор издания, писатель Сергей] Минаев. Потому что тема очень сенситивная, и какой-то ответ окончательный может дать только главный редактор», — рассказывает Никулин. По словам журналиста, о решении ему должны были сказать 28 февраля. Однако ответа не последовало.

Об интервью до его публикации стало известно спецслужбам, утверждает Никулин. Один из сотрудников журнала (он просил не упоминать его имени в материале «Медузы») сообщил Никулину, что Смыслова позвали в кабинет к Минаеву. Никулин пересказал «Медузе» их разговор. В кабинете сидел «очень грустный человек в костюме», который «очень грустно» сказал: «Паша Никулин ходит по тонкому льду. Неправильные вопросы задает и вообще симпатизирует террористам». «Получается, они обсуждали мою личность», — говорит Никулин. По информации журналиста, никакого удостоверения во время этой беседы «очень грустный человек в костюме» не показывал. Однако ее участники «четко поняли», что это был сотрудник ФСБ.

Никулин уверен, что к силовикам его текст попал именно от Esquire. «Версий у меня две. Либо это юридический отдел по глупости решил показать текст кому-то из ФСБ. Вторая версия — главред Минаев», — считает Никулин. В юридическом отделе издательского дома Independent Media (издает Esquire) корреспонденту «Медузы» заявили: «Мы должны сами разобраться, прежде чем давать какие-то комментарии. На данный момент у нас нет никакой информации».

Вадим Смыслов сказал «Медузе», что текст решили не публиковать после консультации с юристами. «Я сам отправил текст нашим юристам. И юристы сказали, что текст не подходит; что в том, как Паша Никулин комментирует вопросы к своему спикеру, прослеживается какая-то положительная коннотация, а это идет вразрез с законодательством Российской Федерации. Поэтому текст в Esquire не мог быть опубликован», — пояснил он.

Главный редактор российского Esquire Сергей Минаев настаивает, что текста не видел. «Никто мне ничего не показывал, я такого не помню. Я не видел такого текста», — заявил он. Информацию о беседе с неким «человеком в костюме» из ФСБ о Никулине, которая якобы состоялась в его кабинете, Минаев прокомментировал «Медузе» так: «Я считаю, что это какой-то бред. Не было такого, конечно. Esquire, слава богу, спецслужбы не интересует».

Интервью террориста из Калуги, которое взял Никулин, в итоге было опубликовано в номере журнала The New Times 13 марта 2017-го под заголовком «Из Калуги — с джихадом». «Текст, который я им прислал, вычитан несколькими редакторами и сильно смягчен. Половину вопросов просто убрали. Юрист раз десять его перечитал. The New Times никто не дергал. Все в порядке», — подытожил Никулин.

Дарья Пещикова, «Эхо Москвы»