Европейцы не собираются выходить из Евросоюза

Лидеры 27 стран отметили юбилей подписанием Римской декларации, простые граждане — демонстрациями

Если в России в выходные дни люди вышли на улицы с элементарным требованием к властям уважать достоинство гражан и меньше воровать, то участников многолюдных шествий в Европе волновали экзистенциальные проблемы выбора путей сосуществования их народов, развития их стран и личного житейского комфорта.

60-летний юбилей Европейского союза выпал не на лучший момент его истории, и от минувшей субботы ожидали неприятных для торжественного дня сюрпризов. Но праздник прошел на мажорной ноте, и бетховенская «Ода к радости» — гимн ЕС — звучала на юбилейном саммите в полном соответствии со своим названием.

Лидеры всех 27 стран ЕС (кроме выходящей из него Великобритании) собрались в том самом зале Горациев и Куриациев римского Капитолия, где в 1957 году были подписаны Римские договоры, создавшие Европейское экономическое сообщество и заложившие основу нынешнего ЕС.

Не только собрались, но и все подписали Римскую декларацию — юбилейный документ о достижениях союза и принципах его дальнейшего развития. Хотя была реальная угроза, что подпишут не все.

Глава польского правительства Беата Шидло, обиженная тем, что Брюссель критикует Варшаву за отход от демократических принципов и ценностей, а главный враг правящих в Польше консерваторов, польский либерал Дональд Туск переизбран главой Евросовета, грозила не подписывать. У грека Алексиса Ципраса были обиды на богатые страны ЕС, особенно Германию, которые безжалостно и, по мнению Ципраса, несправедливо выбивают из Греции накопившийся долг. С подозрением смотрели и на венгра Виктора Орбана, у которого тоже нелады с Брюсселем, прежде всего по поводу беженцев.

Правительства стран Центральной и Восточной Европы, включая ту же Польшу, Чехию, Словакию да и Грецию, забили тревогу в связи с усилением разговоров о «Европе двух скоростей». Эта идея стала популярной среди правящих элит Германии, Франции и других «старых» членов ЕС еще до того, как Великобритания проголосовала за Brexit, но саботировала усиление политической интеграции союза.

Сторонники оснащения Европы многоступенчатой коробкой передач настаивали на официальном признании права наиболее продвинутых в интеграции стран двигаться вперед, не дожидаясь тех, которые не могут или не хотят. Не хотят англичане отказываться от фунта стерлингов, открывать границы Шенгена, строить оборонный союз в Европе в дополнение к НАТО — это их право, но пусть не мешают тем, кто хочет.

Британия уходит из ЕС, но проблема остается. Те, кто «не может или не хочет», боятся остаться на обочине ЕС, во второй лиге, потерять влияние на решения, принимаемые «передовым ядром».

В юбилейной декларации ради избежания ненужного раздрая смягчили формулировки, убрав явные упоминания о «двух скоростях». Потенциальные отказники смирились и даже, как Шидло и Ципрас, устроили шутливый спектакль, подписывая документ. Церемония подписания и завершение саммита прошли в раскованной и праздничной атмосфере.

Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, бывший премьер-министр Люксембурга, внес оживляж, объявив, что подписывает декларацию авторучкой с тем же пером, которым был подписан от имени его страны Римский договор 1957 года. «Некоторые подписи живут долго», — многозначительно заметил он.

Даже если «Европа двух скоростей» не стала официальной доктриной Евросоюза, реально она существует и, скорее всего, будет все больше проявляться.

Не все страны ЕС сегодня в Шенгенском пространстве открытых границ. При всех напрягах миграционного кризиса, который выявил неспособность структур ЕС должным образом контролировать внешние границы, пока слабо верится в распад Шенгенской системы, даже если кто-то может выйти из нее и восстановить паспортный контроль на своих национальных границах. Также пока нет серьезных оснований верить в распад еврозоны и исчезновение евро.

Но странам еврозоны так или иначе придется договориться о соблюдении правил. Глава Еврогруппы, министр финансов Нидерландов Йерун Дейсселблум на прошлой неделе навлек на себя гнев многих политиков в Греции, Испании, Италии, чиновников и европарламентариев в Брюсселе. Они приняли на свой счет его интервью немецкой газете, где он образно выразил мысль о правах и обязанностях стран: «Если я потратил все деньги на шнапс и женщин, то мне неудобно обращаться в кассу взаимопомощи».

Дейсселблум выразил сожаление в связи с неудачной шуткой, но, как глава Еврогруппы, не изменил позиции по существу.

Эти проблемы внутри ЕС есть, их признают в союзных институтах и национальных правительствах, но все равно, не считают веской причиной для развала ЕС. В европейской интеграции накоплен слишком большой положительный задел, чтобы сегодняшними проблемами перечеркнуть его.

В Риме в день саммита приняты повышенные меры безопасности. Вокруг Капитолия и в популярных туристических местах Вечного города было много полицейских, карабинеров и даже военных. В небе зависли вертолеты. Организаторам демонстраций надлежало согласовывать маршруты с властями города, которые обязаны были не только обеспечить безопасность 27 глав государств и правительств, но и участников шести разных манифестаций, правильно распределить 5 тысяч правоохранителей, развести защитников ЕС и его противников. По данным полиции, в демонстрациях приняли участие около 30 тысяч человек.

Первые (либералы, центристы, левые, «зеленые») начинали шествие от площади у плиты «Уста истины» (Bocca della Verità) и заканчивали митингом в поддержку ЕС у Колизея. У Храма весталок они расстелили огромное синее с желтыми звездами полотнище ЕС.

Вторые, националисты, но не только они, выражались у метро «Кавур» и до площади Испании. Достаточно далеко от первых. Организаторы предупреждали свои контингенты, чтобы они не заходили на «чужую» территорию.

В тот же день 50-тысячный марш в поддержку ЕС и против выхода из него Великобритании прошел по центральным улицам Лондона.

Безопасность антиправительственной демонстрации обеспечивала лондонская полиция. У властей другой страны был бы оправданный соблазн запретить шествие, имея веский предлог: накануне у здания парламента в Вестминстере совершен теракт, ответственность за который взяло ИГ (запрещенная в РФ организация).

Но это не Москва, а Лондон. Антиправительственное шествие — не правонарушение. Позиция Терезы Мэй и ее кабинета — не указ для всех граждан. Участники шествия считают, что референдум по Brexit был консультативным. Учитывая незначительный разрыв между голосами «за» и «против», правительство должно было подумать и взвесить.

В Лондоне люди шли с «юнион-джеками» и синими полотнищами ЕС. Знакомый моего друга из Виндзора сказал, что пришел на демонстрацию, потому что в Виндзоре против выхода Британии из ЕС проголосовали 62%. Демонстрация ничего не изменит в ходе событий: в среду правительство официально задействует статью 50 Лиссабонского договора, и бракоразводный процесс Великобритании с ЕС начнется. Но выход из союза будет травмой почти для половины британцев, и потом, «когда все пойдет наперекосяк», правительству будет трудно защищаться.

Подписанты Римской декларации признали ошибки последних лет в управлении финансовым кризисом, проблемой миграции и в защите внешних границ союза, в бюрократизации ЕС, раздражающей граждан. По случаю юбилея есть повод посыпать головы пеплом.

Но в Римской декларации сказано больше, чем о проблемах десятилетия. Трудно спорить с тем, что Евросоюз за счет отказа своих членов от части национального суверенитета и контроля над ресурсами сумел решить главную проблему континента: проблему войны. Он обеспечил гражданам беспрецедентный в истории 70-летний период мира и роста благосостояния, право на жизнь, в то время как остальной мир воевал за национальные интересы, истощая себя в конфликтах и гонке вооружений.

В условиях Европы приоритет национальных интересов — это война. Свидетель тому — история. Марин Ле Пен с ее криками о национальном суверенитете Франции — это риск войны. Партия «Альтернатива для Германии» — это не совсем нацизм, но все равно риск войны. Эта угроза реально нависла над Европой, и многое зависит от исхода президентских выборов во Франции. Выборы в Германии пока вызывают меньше беспокойства.

Но у меня ощущение, что Brexit возымел противоположное влияние на настроения, чем это ожидалось. Этот как холодный душ. В Риме никто из лидеров стран ЕС, даже евроскептически настроенных, не заявил, что хочет выйти из союза. Нет, нет, мы хотим улучшить ЕС, но не уйдем из него, не хотим делать то, что сделали британцы, говорят они. Все поклялись, что намерены идти и дальше вместе. Только ЕС имеет шанс играть роль в изменившемся мире. О суверенной Италии, не говоря уже о Греции и Словакии, на мировой арене завтра не вспомнят.

Римские договоры подписывали главы 6 стран; Римскую декларацию — 27. Евросоюз стал привлекательным местом для жизни людей, которые заставили политиков вступить в него. От пепла руин Второй мировой он прошел путь от мира государств с национальными интересами к миру граждан с личными интересами. Создал притягательное пространство. Европейская молодежь считает уже данностью, что может выбирать место учебы, работы и жизни, не озираясь на государственные границы.

В ЕС есть социальная несправедливость, безработица, но гораздо меньше, чем в остальных частях планеты. Я не знаю статистики беженцев из ЕС в Африку, на Ближний Восток, в Россию или даже в США. Не думаю, что таких много.

Брюссельский коллега из «Либерасьон» Жан Катремер, выпустивший книгу «Подонки Европы», в 1999 году, будучи еще молодым журналистом, свалил кабинет Еврокомиссии во главе с Жаком Сантером, обличив в коррупции одного из его членов — бывшего премьер-министра его родной Франции Эдит Крессон. «Люди — не дураки, — говорит он. — Они не будут менять мир и благосостояние на призрачные лозунги национальной гордости».