Большая перемена

Благотворительный фонд меняет судьбы сирот

Помогаем Учить нельзя отказать. Поставьте запятую Собрано 1 915 530 r Нужно 1 898 320 r

Сбор средств окончен

«Такие дела» продолжают совместный проект с «Новой газетой», в котором мы рассказываем о людях, работающих в благотворительных фондах, и собираем деньги для этих фондов.

Кто такой сирота? Что мы вообще знаем о сиротах? Это ребенок, оставшийся без родителей. Он попадает в детский дом и живет там, пока его не усыновят приемные родители. Или пока ему не исполнится 18, и он не выйдет из детского дома. А что потом? Государство дает ему квартиру и деньги, и дальше он может жить, как хочет. Вроде бы все просто и понятно. Но что происходит на практике? А вот что.

Когда ребенок в 18 лет выходит за пределы детского дома, он попадает в реальную жизнь, как правило, не приспособленным к ней. По данным Министерства образования, 75% выпускников нуждаются в дальнейшей социальной поддержке. Очень часто воспитанник детского дома привыкает к тому, что за него решают, его кормят и одевают. У многих нет навыков ухода за собой, не все привыкли убирать, закрывать дверь на ключ, передвигаться по городу. Практически нет понятия личного пространства, своего или чужого, поэтому все твое — это мое, и наоборот. И если вещь понравилась, можно ее просто взять.

Такой ребенок чаще всего не знает, чего хочет от жизни, кем хочет стать, что такое иметь свой вкус, свои желания и собственное мнение. А если он все же чего-то хочет, в голове у него нет представления о том, как приблизиться к желаемому, как построить план, чтобы этого желаемого достичь.

Он не привык к самостоятельности, не знает, что такое ответственность, не говоря уже о том, как планировать и вести свой бюджет. Не сложно представить, что на практике дает сочетание свободы, денег, жилья с абсолютной неготовностью всем этим управлять.

«У ребят складывается искаженная картина мира. Квартиру дали, деньги дали, всюду льготы, даже в институт поступить проще, — говорит Ирина Рязанова, директор фонда помощи детям-сиротам «Большая перемена». — Мотивации чего-то добиваться часто нет, да и навыков таких тоже нет. Выстраивать отношения с окружающими сложно, потому что для них он как будто с другой планеты. На работе соблюдать правила и выполнять обязанности тоже сложно, нет базового осознания, что ты должен сам встать утром и к определенному часу приехать и работать».

Исполнительный директор фонда «Большая перемена» Ирина Рязанова.Фото: Василий Колотилов для ТД

«У сироты формируется представление, что ему все должны, просто потому что он сирота, — продолжает Ирина. — Ему привозят подарки, принимают за него решения, при этом свободы выбора у него меньше, чем у детей, живущих в семье. Одинокий, брошенный, неспособный, зависимый, изгой — вот как он себя воспринимает. И постепенно начинает понимать, что все это является не только проблемой, но и преимуществом, которое можно использовать, чтобы получить желаемое без труда. Неразвитость и инфантилизм в сочетании с иждивенческим мировосприятием мешают ему стать полноценным членом общества. Чем дольше ребенок прожил в детском доме, тем сильнее это выражено. Сейчас я уже практически всегда по общению с ребенком могу понять, сколько времени он провел в детском доме».

Четырнадцать лет назад Ирина основала фонд «Большая перемена», который занимается тем, что помогает всем желающим выпускникам детских домов восполнить пробелы в образовании и приобрести навыки для успешной самостоятельной жизни. А пробелы, как правило, огромные.

Ужас в том, что иногда здоровые от рождения дети признаются умственно отсталыми. Часто дети в детских домах плохо воспринимают информацию, плохо запоминают, неусидчивы и не хотят учиться

Даже те, кто учился по общеобразовательной программе, отстают от своих сверстников. Как следствие, они не могут поступить в институт или даже колледж. Недавно внедренная инклюзивная система, когда дети из детских домов ходят в обычные школы, не сильно помогает. Школы пока не готовы и не умеют учитывать особенности развития и восприятия детей-сирот.

С теми, кто учился по коррекционной программе, дела обстоят еще хуже. Уровень знаний таких выпускников колеблется от начальной школы до шестого класса. А это 18-летние люди. Чтобы освоить программу хотя бы девятого класса, после чего они могли бы поступить в колледж, обычно требуется пять-шесть лет упорного труда.

«Среди наших учеников есть и те, кто после коррекционного интерната или интерната для умственно отсталых детей был признан необучаемым и направлен на проживание в психоневрологические интернаты для взрослых, — рассказывает Ирина. — Среди них есть ребята, которые в силу условий жизни и обучения не смогли развиться. У таких ребят крайне узкий круг представлений, знаний и умений. Они с трудом читают, пишут, не умеют считать. По нашему опыту ориентировочная продолжительность программы для таких ребят может составлять от восьми до 12 лет. А некоторым вообще требуется пожизненное сопровождение педагогов и соцработников».

Лестница вниз

Ужас в том, что иногда здоровые от рождения дети признаются умственно отсталыми. Часто дети в детских домах плохо воспринимают информацию, плохо запоминают, неусидчивы и не хотят учиться. Это имеет свое объяснение, и не всегда это признак умственной отсталости. И если таким ребятам не встречается человек, который их поддержит и поможет, кто-то из детского дома, волонтер или педагог, их отправляют учиться по коррекционной программе. Если и там ребенок не справляется, то может попасть в интернат для умственно отсталых детей. А после выпуска оттуда и вовсе в психоневрологический интернат на пожизненное проживание. Это значит, что он, скорее всего, никогда не получит квартиру, профессию и не будет самостоятельным. «Получается лестница вниз», — говорит Ирина.

Педагоги и ученики на встрече книжного клуба в фонде «Большая перемена»Фото: Василий Колотилов для ТД

Но даже и тут можно помочь. У фонда 11 выпускников, которые вышли из психоневрологических интернатов и живут самостоятельно. Но еще больше в фонде студентов из коррекционных интернатов, которые вполне могли бы учиться по общеобразовательной программе. «К своим 18 годам они освоили девятый класс коррекционной программы, что приравнивается к пятому-шестому классам обычной, — говорит Ирина. — То есть у ребят не было физики, химии, английского и много чего еще. На базе такой программы доступно очень ограниченное количество профессий, которые можно получить в колледжах и техникумах. Но это не потерянные дети, с ними можно и нужно работать. С помощью грамотных педагогических подходов можно добиться очень хороших результатов».

Одна из выпускниц «Большой Перемены» — Галя. От нее родители отказались в роддоме. Попав из коррекционного детского дома в психоневрологический интернат, Галя закончила девять классов, доказала свою дееспособность, поступила в колледж, а сейчас живет в Италии и учится искусству мозаики. Гале потребовались невероятная сила духа, упорство, любовь и поддержка педагогов «Большой Перемены», чтобы закончить школу и понять, что она хочет быть художником, поступить в колледж, выучить итальянский и продолжить учебу за границей.

В «Большой перемене» готовы помогать всем, кто хочет и может учиться, у кого есть мечта, или кто ее ищет. «Я люблю сложные задачи», — смеется Ирина. Но сложные задачи бывают разные, а она почему-то занимается детьми-сиротами. Зачем ей это?

Педагогическая поэма

В 1999 году Ирина, школьный учитель математики, начала преподавать в благотворительной организации ROOF, где ее учениками были дети из детских домов. Увидев своими глазами разницу между обычными детьми и сиротами, Ирина поняла, что учить их нужно по-другому. Вместе с коллегами начала думать о том, как именно. Обсуждали, пробовали, ошибались, снова обсуждали и пробовали. Постепенно, на собственном опыте в процессе работы с детьми Ирина стала понимать, как находить педагогический подход к детям-сиротам. Так прошло четыре года. Ирина поняла, что это то, чему она хочет посвятить жизнь.

И в 2002 году решила создать свой фонд.

Стартового капитала у фонда не было. С друзьями-педагогами сидели вечерами на кухне, придумывали название, обсуждали, с чего начать. Ирина стала искать деньги, встречалась с потенциальными донорами, писала письма, звонила, просила. И везде получала отказы.

Первое помещение нашлось в Отрадном, где у коллег была частная школа. В ней фонду выделили классы по вечерам — с условием оставлять их после себя чище, чем до. Первое занятие прошло 1 октября 2002 года. Тогда в «Большой перемене» было восемь преподавателей и 13 учеников. Взрослые уже выпускники детских домов сидели за маленькими партами для первоклашек, а после занятий брали швабру вместе с Ириной и мыли полы.

Ученик во время викторины на встрече книжного клуба в фонде «Большая перемена»Фото: Василий Колотилов для ТД

К концу первого месяца привлеченных денег было по-прежнему ноль, и будущее фонда виделось, мягко говоря, туманным. Когда в конце октября Ирине позвонил ее давний друг Алексей и сказал, что хочет пожертвовать тысячу долларов, она заплакала. Но этого было мало, а отказы продолжались. Многие хотели видеть какой-то результат, а для этого нужно было отработать хотя бы первый учебный год. Но время шло, и постепенно начали появляться доноры.

Изначально планировалось заниматься только с выпускниками детских домов, помогая им адаптироваться. Но потом решили работать и с воспитанниками, если директор детского дома отпускал на занятия. Чем раньше ребенок начнет видеть жизнь за пределами детского дома, тем быстрее он адаптируется к жизни после него.

Принципиальный подход «Большой перемены» основан на том, что ученики приезжают на занятия сами. «Детский дом — это место, где дети живут, — объясняет Ирина. — Это дом. Но там же они и учатся, просто переходя из одного корпуса в другой. Нам же захотелось разделить эти две сферы. Ребенок должен понимать, что учеба — отдельно организованный процесс. И чтобы в нем участвовать, ему нужно приложить определенное усилие — в любую погоду встать в назначенное время, собраться и приехать на учебу. Это создает у него совсем другой настрой и, как мы увидели, хорошо влияет на сам процесс обучения».

Спасать ребенка, который попал в беду, можно по-разному. Кому-то требуется помощь с лекарствами и врачами, кому-то жизненно необходима поддержка взрослых и помощь в учебе

Именно адаптация к реальной жизни, а не обучение предметам как таковым — основная цель фонда. Поэтому в программе образовательного центра не только уроки математики, физики и химии, но и уроки общения; английский и театральный клубы, клуб путешественников, киноклуб, есть собственный огород, у каждого студента есть куратор — тот взрослый, который всегда поддержит не только в составлении учебной программы, но и советом. Педагоги не просто учат писать и читать, а помогают научиться понимать свои желания, ставить цели и достигать их.

Идеальная школа

В «Большой перемене» нет классов, как в обычной школе. У каждого студента индивидуальная программа в зависимости от его целей и уровня подготовки. У кого-то вообще нет ни одного предмета из школьной программы. Когда приходит новый студент, он рассказывает о своих проблемах и желаниях, на основе которых педагоги вместе с ним составляют программу. «Например, приходит к нам молодой человек, выпускник психоневрологического интерната, и говорит, что у него родился сын, и он хотел бы стать хорошим отцом, — рассказывает Ирина. — Мы спрашиваем его, каким он представляет хорошего отца. Он говорит: «Отец должен читать ребенку сказки, ходить с ним в лес и рассказывать про растения и животных, научиться общаться с ребенком». Так появляется начальная программа— литература, биология и психология».

Если приходит человек и говорит, что хочет научиться пользоваться газовой плитой, научат и этому. Если приходит выпускник детского дома, который хотел бы поступить в университет, то составляется программа под него. На сегодня 118 выпускников «Большой перемены» поступили в колледжи и вузы.

Ученик идет домой после встречи книжного клуба в фонде «Большая перемена»Фото: Василий Колотилов для ТД

Сейчас в «Большой перемене» 30 педагогов и 77 студентов. Самому младшему 12, самому старшему — 40. Это и воспитанники детских домов, которые ходят в обычную школу, и дети из приемных семей, и собственно выпускники детских домов. Воспитанники детских домов узнают о фонде от воспитателей, директоров или друзей. Часто бывает так, что ребенок узнает о «Большой перемене» сам и идет к директору с просьбой отпускать его на занятия.

Студенты приезжают добровольно, все занятия бесплатные. Они проходят во второй половине дня, чтобы студенты могли совмещать учебу с занятиями в общеобразовательных школах, колледжах и вузах или с работой.

Подходу «Большой перемены» к детям может позавидовать любая школа. Система обучения здесь строится на уважении и доверии к студенту. Здесь нет иерархии, преподаватель и студент — партнеры. Тут не кричат и не ругают, тут нет страха и принуждения, а личная инициатива приветствуется.

Спасать ребенка, который попал в беду, можно по-разному. Кому-то требуется помощь с лекарствами и врачами, кому-то жизненно необходима поддержка взрослых и помощь в учебе. Дети, оказавшиеся в детском доме, — это дети, попавшие в беду, дети, которым нужна наша помощь.

Фонд существует на пожертвования. Деньги нужны на зарплату педагогам, на оборудование для классов и на учебные материалы. Оформить пусть небольшое, но регулярное пожертвование очень просто, и делается в один клик. Благодаря вашей поддержке «Большая перемена» сможет продолжить свою работу.