Терпеть этот страх невозможно

У первой отечественной кинопремии «Ника» круглая дата — тридцатая церемония

«Пересматривали тут кинокадры наших церемоний, и я увидев свои «портреты», закричал: «Вырежи немедленно! Там молодой черноусый казак — здесь пожухлый дядя», — приговаривал Юлий Гусман во время традиционного разогрева церемонии в театре имени Моссовета.

Родилась «Ника» в эпоху очередных надежд. Когда телевизор гремел «Прожектором Перестройки», а не «Прожекторперисхилтоном». Первая статуэтка — «Покаянию» Тенгиза Абуладзе — знаковый символ, определивший вектор движения премии. Если назвать ее лауреатов — «Ашик Кериб», «Астенический синдром», «Макаров» , «Увлечения», «Про уродов и людей», «Хрусталев, машину!», «Телец», «Кукушка» «Возвращение», «Свои», «Фауст», «Трудно быть богом» — это не просто картины мирового значения, это вехи в истории кино.

Как водится, на днях рождения вспоминали, как познакомились с «именинницей». Андрей Плахов (ему вручили приз «За вклад в кинематографические науки, критику, образование») рассказал, как с Элемом Климовым и Юлием Гусманом поехали в мастерскую к скульптору Микульскому смотреть только что созданную статуэтку. Про Климова говорили, что он умеет разговаривать с властью на равных, без модного нынче лизоблюдства.

Ностальгия сквозила во многих выступлениях. Николай Сванидзе вспомнил, как на улицах у стендов толпились люди: не могли начитаться насмотреться, надышаться. Кончаловский — как благодаря надежде на перемены все словно помолодели. Да и сама «Ника» — результат надежд, часть из которых осталась иллюзиями, преобразилась в разочарование.

Судя по всему, многим прошлое видится просторней настоящего. И даже Миронов пел с экрана про синема: «Как мы давно мечтали… но так и не смогли». В стихотворном прологе Дмитрия Быкова — горькие слова о пропущенной, проспанной, проболтанной свободе в Перестройку.

«Ника» тридцать лет спустя — была отважна, резка в суждениях. Взывала к совести, ответственности за происходящее. Наболело. Ощущение, что закрученные гайки срывают резьбу. Получая приз «Открытие года» режиссер «Коллектора» Алексей Красовский напомнил, что многие из тысячи задержанных 26 марта, получили сроки. Кинематографистам надо использовать авторитет, чтобы помочь им.

Сразу две чудные актрисы отмечены за роль второго плана. Причем обе снялись в независимых проектах, снятых без государственного участия. Юлия Ауг — в антиклерикальной драме «Ученик» Кирилла Серебренникова, Елена Коренева — в социальном трагифарсе «Ее звали Муму» Владимира Мирзоева. Коренева напомнила о списке политзаключенных, насчитывающем около ста человек, об Олеге Сенцове, Сергее Мохнаткине, Олеге Навальном, сидящем в одиночке за то лишь, что снял верхнюю куртку в камере.

Среди предсказуемых наград «В лучах солнца» Виталия Манского, и не только из-за протестного духа, который в этот вечер витал в зале (всем известно, что Манский «предан анафеме» министром культуры), это действительно яркое, изобретательное кино, в котором экстаз восхищения всем великим в Северной Корее уживается с ироничным авторским взглядом. Манского часто спрашивают: “Хуже или лучше у нас, чем в Корее?” Манский размышляет об уникальности беспощадного эксперименте над человеком, который проводится в Северной Корее: «А мы свою страну сами просрали, поэтому мы значительно хуже…»

Павел Бардин вознагражден за долгую консервацию его фильма «Салам Масква», снятого в 2012-ом, и лишь сейчас выпущенном в эфир. Талантливый сериал об этнических разногласиях и всепроникающей ксенофобии — редкая птица на нашем ТВ — удостоен награды «За достижения в искусстве телевизионного кинематографа. В анимации представлены сразу три талантливых фильма: авангардный психологический сюр «До любви» Игоря Ковалев, меланхолический бурлеск, «Питон и сторож» Антона Дьякова и Кукушка» — рукодельная романтика среди постапокалипсического пейзажа Дины Великовской. Победила «Кукушка», которую в анимации прозвали «разговором с душами кукол».

Кто бы сомневался. Главные премии «Лучший фильм», «Режиссура» — у «Рая» Андрея Кончаловского. Главная женская роль досталась Юлии Высоцкой за адски сложный и убедительный характер русской аристократки Ольги Каменской (и все же жаль, что талантливая работа Натальи Павленковой в «Зоологии» недооценена). Кончаловский объяснил, что делал картину ради того, чтобы прошлое не стерлось окончательно из памяти, со страниц единого учебника: «Начинают забываться катастрофы 20 века и особенно Холокост. Но эта рана не должна нами быть забыта». Обидно, что за бортом премии осталась актуальная работа Кирилла Серебренникова «Ученик». Событийный фильм-диспут о насущном из множества номинаций получил лишь приз за женскую роль второго плана. А как можно было не заметить филигранной сложной работы композитора Ильи Демуцкого и вознаградить Эдуарда Артемьева за сиропную музыку к невыносимому фильму «Герой»?

«Честь и достоинство» — Александру Сокурову, недавно завершившему многолетний труд над своим четырехтомным эпосом о власти («Молох», «Телец», «Солнце», «Фауст»). Сокуров подивился особой сердечности зала и признался: «Моя девяностолетняя мама просила: «Не выступай, ничего не говори, тебя убьют, потому что все время споришь с правительством». Я не спорю, я лишь высказываю свое мнение. И жду ответа от президента, которого спросил о судьбе Олега Сенцова. Президент пообещал, что будет думать над этой проблемой. Я, как многие, смотрел, что происходило в стране в эти выходные. Полагаю, что государство совершает огромную ошибку, ведя себя столь фамильярно с молодым поколением страны… Нельзя начинать гражданскую войну среди школьников и студентов, надо их услышать. Никто из политиков с ними не разговаривает. Боятся это делать. Терпеть этот страх невозможно. Молодые наконец поняли, что происходит в стране. Было долгое молчание. Их словно не было. И вот они появились. Наша главная задача: чтобы происходило гуманитарное развитие молодых людей. Все что связано с подменой просвещения религиозными догмами ведет к разрушению. И еще. Хочется обратиться к депутатам, прежде всего мужчинам: «Давайте примем закон запрещающий арестовывать девушек и женщин, участвующих в подобных акциях. Вы видели, как за руки-за ноги хватали девчонок тащили в автозаки. Стыдно».

Удивительно, но в один вечер Нику получили и Сокуров, и его давний соавтор Юрий Арабов (за сценарий фильма «Монах и бес»). Драматург Павел Финн вспомнил, как много лет назад в пустом ленфильмовском зале они начали смотреть кино, и стали свидетелем чуда. Это был «Одинокий голос человека». Впервые в титрах они увидели две неизвестные тогда фамилии: Арабов и Сокуров. С тех пор авторы много сделали вместе, порознь. Но эти два имени навсегда вписаны в историю кино.

Награду «За вклад в кинематограф» получил Александр Митта, который разделил тревогу и отчаяние Сокурова: «Мы крайне обеспокоены: необходимо, чтобы новые поколения росли под нашей заботой, а не под пугалками».

Вообще, в какой-то момент стало казаться, что эти высказывания о больном, тревожном в этот вечер важнее самих наград, по поводу которых собрались.

Кончаловский благодарил одного из создателей премии Юлия Гусмана: «за этот праздник посреди недоумения, в который превратился наш кинопроцесс… В эпоху когда Крутой по опросам — лучший композитор эпохи, действительно следует напоминать о просвещение».

Но итог дискуссии, «тягостным раздумьям» о тревожной атмосфере в обществе подвел не президент премии Кончаловский, а драматурги.

Юрий Арабов: «Я не согласен с тем, кто считает, что от нас зависит немного. Мы не должны делать вид, что тех, кого схватили и судят, нет. Мы можем писать сценарии, снимать фильмы… И тогда и с ними, и с нами будет хорошо».

Павел Финн: «Ника» создана в бурю нашей молодости, в общем нашем стремлении к свободе. И если сегодня три поколения кинематографистов: от Красовского до Сокурова с Миттой говорят точно так же, как говорили бы мы 30 лет назад. Значит, «Ника» жива».