Путин в Питере. Взрыв в метро

Взрыв в метро Санкт-Петербурга произошел в день приезда в город Владимира Путина. В день его встреч с российскими региональными журналистами и президентом Беларуси. О возможной связи этих событий – политики и политологи Станислав Белковский (Москва) и Борис Вишневский (Санкт-Петербург). Ведущая Елена Рыковцева.

​Полная видеоверсия программы

Елена Рыковцева: Мы собирались сегодня говорить о событиях в Санкт-Петербурге, о встрече Владимира Путина с региональными журналистами, о том, какие они ему вопросы зададут, насколько острые, насколько эта встреча заменит каким-то образом прямую линию, которую Владимир Путин вдруг перенес. Собирались мы поговорить о том, почему это случилось, и, наверное, еще поговорим. Но в наши планы вмешались события трагические в Санкт-Петербурге, в том же самом городе, куда отправился с визитом Владимир Путин встречаться с Александром Лукашенко. Он и встречался, и ровно между двумя встречами нам сообщают о том, что в метро Санкт-Петербурга происходит теракт. Более того, сообщают нам, что утром людей уже эвакуировали из нескольких станций, потому что пришли сообщения о том, что есть некие предметы подозрительные, но потом эти предметы оказывались вроде не подозрительными. А на тех станциях, между которыми все это случилось, наоборот, никаких предметов найдено не было, людей не эвакуировали. Девять погибших на эту минуту, мы приносим соболезнования их родным и близким. С нами Станислав Белковский. Такой редкий случай, я никак не ожидала, что даже на государственных каналах "альфовец", который все комментирует, Сергей Гончаров, что он первым скажет, что эти события не могут быть не связаны: теракт и визит.

Станислав Белковский: Я сказал об этом вторым.

Елена Рыковцева: То, что вы сказали об этом, я не удивляюсь, а то, что "альфовец" на госканале дважды повторил: а как вы думали?

Станислав Белковский: Владимир Путин, видимо, должен был ехать в метро в этот момент, именно поэтому там совершились теракты. Кроме того, нам сообщили, что Владимир Путин должен был ехать на заседание Русского географического общества, главным попечителем которого он является, именно мимо метро "Технологический институт". Правда, взрыв произошел не рядом с метро "Технологический институт", а внутри.

Елена Рыковцева: Все-таки изучены были эти маршруты, получается так? Потому что я думала, что сразу он поехал на встречу с Александром Лукашенко.

Станислав Белковский: Потом выяснилось неожиданно, что у него встреча с президентом Белоруссии Александром Лукашенко. Это, конечно, случилось совершенно неожиданно. Сами посудите, вдруг неожиданно рояль в кустах. Вдруг Путин разворачивается от метро "Технологический институт" и едет в Стрельню, в Константиновский дворец, который официально называется "морской резиденцией" президента Российской Федерации, встречаться с Александром Лукашенко. Террористы не знали об этом, они думали, что Путин спустится в метро, видимо.

Елена Рыковцева: Террористы, видимо, не смотрят телевизор. Потому что сначала белорусский премьер встретился с Медведевым и объявил, что в понедельник приедет Александр Григорьевич, встретится с Путиным. Сделали ручкой региональные корреспонденты Александру Григорьевичу в лице Владимира Путина: Владимир Владимирович, вы будете встречаться сегодня с Александром Лукашенко, передавайте ему привет.

Станислав Белковский: Был назначен визит Путина в Русское географическое общество, и он как-то неожиданно отменился.

Елена Рыковцева: С нами на связи Борис Вишневский. Во-первых, соболезнования вам как жителю города. Стресс чудовищный, конечно, у людей травма психологическая огромная, о трагедии близких я уже не говорю. Вы увязываете эти события или пока остерегаетесь?

Борис Вишневский: Я не исключаю, что эти события могут быть связаны. Я сейчас на Дворцовой площади нахожусь в тщетной попытке добраться до дома на Васильевский остров, потому что метро закрыто, все стоит, стоят автобусы, троллейбусы, сесть ни во что невозможно, пешком идти далековато. Но все-таки я не теряю надежды во что-нибудь втиснуться. Связь событий, скорее, исключать я не могу. Я понимаю, что Путин в метро не ездит, но вполне возможно, что те, кто устроил это преступление чудовищное, они, конечно, планировали это сделать в день, когда был Путин. Я не хочу гадать, что они замышляли, меня интересует другое. Во-первых, мне бы хотелось, чтобы спасли жизнь остальных пострадавших, за которых сейчас борются врачи, а это несколько десятков человек. Мне бы хотелось выразить свои соболезнования глубокие родным и близким тех, кто пострадал, потому что это ужасная трагедия. С большим трудом могу себе представить на месте родственников того, кто погиб. И мне хочется понять, почему это произошло, с чем это связано, почему наши спецслужбы, которые так прекрасно умеют бороться с оппозицией в социальных сетях или разгоняя митинги, сажая за лайки и перепосты, не способны предотвратить взрыв в метро. Мне хотелось бы понять, почему сотни миллионов рублей, которые были выплачены на меры безопасности в метрополитене, оказались, мягко говоря, неэффективными, все кончилось только этими рамками пресловутыми, через которые все равно все идут сплошными потоками, никто никого не проверяет, потому что если начать проверять, то очередь в метро будет стоять на час перед входом, понятно, что этого допустить невозможно. И мне бы хотелось понять, а что будет дальше. Вот это вопросы, на которые я бы хотел получить ответ.

Елена Рыковцева: Об этих рамках, по-моему, даже поднимать эту тему не стоит, это неловко. Мы тоже ходим через рамки в метро московском – это несерьезно. Правильно я понимаю, что предотвратить все это практически очень сложно, он либо есть, либо нет. Либо они решают в Санкт-Петербурге в день визита Путина, у них есть повод политический взорвать, либо его нет, а уберечься невозможно.

Станислав Белковский: Естественно, до конца предотвратить террористический акт никогда нельзя. Просто интересен вопрос, почему это так совпало. Совпало с 26 марта, с несанкционированной оппозицией.

Елена Рыковцева: Кстати, это вторая история, из того, что я успела услышать по федеральному каналу, первая история, что это как-то связано с визитом, и вторая, что это связано, конечно, с митингами несанкционированными 26 марта. Как связано – непонятно, но как-то связано. Мы с вами допускаем, что это было связано с визитом Путина. Чего они могут достичь?

Станислав Белковский: Спецслужбы должны были быть в тройной боевой готовности в связи с приездом Владимира Путина в Санкт-Петербург, но тем не менее, почему-то теракты случились именно в этот день. А этому предшествовало выступление Путина на медиафоруме "Общероссийского народного фронта", где звучали разные тезисы, в частности, о том, что вакханалия свободы в интернете заканчивается, в том числе и в контексте событий 26 марта в разных городах России, когда несанкционированные акции неожиданно привели на улицы и площади российских городов довольно много народу, чего не ожидалось. И эффективные акции 2 апреля в Москве, когда неизвестно кто позвал народ выйти на улицы, мне кажется, были просто учением по разгону такого типа акций. И тут вдруг неожиданно, когда Владимир Путин заявляет о том, что свободу интернета надо ограничить, потому что интернет является средством сбора народа на протестные акции, тут случается еще теракт, угрожающий непосредственно безопасности российского лидера, который только по счастливой случайности и благодаря Александру Григорьевичу Лукашенко не поехал мимо метро "Технологический институт" на заседание Русского географического общества. Все это вызывает определенные вопросы как минимум. Естественно, я не хотел бы здесь безответственно рассуждать, владея лишь малой толикой информации о том, что происходит, это все логическая спекуляция, но она наводит на какую-то мысль.

Елена Рыковцева: Будем надеяться, что эти же мысли начнут посещать людей, которые занимаются раскрытием теракта. И они, наоборот, тоже не будут спекулировать на этом, на митингах 26 марта.

Станислав Белковский: Пока мы видим, что вся официальная пропаганда именно нацелена на то, что митинги 26-го во многом базировались на детях, которых незаконным путем привлекли к участию, хотя это не так. Никакой целевой, целенаправленной агитации на детей я не видел и не слышал. Что все это происки западных спецслужб и Украины, которые пытаются насолить России. В эту логическую цепочку абсолютно укладывается и сегодняшний теракт в Петербурге. Если сегодня в официальных средствах массовой информации, ориентирующихся на официальную пропаганду и эксплуатирующих ее, мы услышим, что за всеми этими терактами стоят западные спецслужбы, которые точно знали, что Владимир Путин будет проезжать мимо метро "Технологический институт", то может быть, у нас в голове какая-то цепочка логическая замкнется.

Елена Рыковцева: Я еще жду "украинскую версию", она тоже должна как-то последовать. На каком часу, я хочу засечь, обязательно должна быть украинская версия. Я предлагаю послушать прохожих московских, мы спрашивали: с чем вы связываете теракты в Санкт-Петербурге? Интересно, что у них логически связывается.

Елена Рыковцева: Там один был выдающийся отклик, где было собрано все, можно не смотреть никаких ток-шоу на федеральных каналах – либеральные бунтари, США и Украина.

Станислав Белковский: Ток-шоу будут уже сегодня, поэтому узнаем, какова официальная позиция Кремля. А поскольку эта позиция формулируется довольно медленно и печально, то значит она была готова уже заранее. Если она была готова заранее, то значит кто-то знал, что эти теракты случатся.

Елена Рыковцева: Мы с вами не встречались на той неделе, когда были протесты. Ровно трое суток – это фантастика, от звонка до звонка не было ни одного звука, ни одного слова на федеральных каналах об этих протестах. Вдруг по мановению той самой палочки все начинают одновременно об этом говорить вечером в среду.

Станислав Белковский: Просто это инерционная система бюрократическая.

Елена Рыковцева: Трое суток многовато.

Станислав Белковский: Нет, совершенно не много. К тому же Сергей Владиленович Кириенко, нынешний куратор внутренней политики, первый заместитель руководителя Администрации президента, был поставлен совершенно не для этого, его поставили для примирения Кремля с Хиллари Клинтон. Не только в силу его либерального имиджа, заслуженного или нет – это другой вопрос, а и в силу того, что он был взяткодателем семьи Клинтонов и в этой роли абсолютно эксклюзивен. Потому что когда госкомпания "Росатом", которая де-факто подконтрольна близким друзьям Владимира Путина братьям Ковальчукам, но которую де-юре возглавлял Сергей Кириенко, покупала американско-канадскую компанию, контролирующую ряд урановых месторождений в Северной Америке, то это было сопряжено с каким-то невероятным перечислением денег в фонд Клинтонов, совпавшим по времени с тем, что американские власти разрешили эту сделку. Поэтому в Кремле решили, что Сергей Кириенко может иметь дело с Хиллари Клинтон, которая тогда считалась наиболее вероятным кандидатом в президенты Соединенных Штатов.

Елена Рыковцева: То есть они прогадали совсем с ним? А выгнать неудобно?

Станислав Белковский: Пока неудобно, но еще несколько месяцев есть. Вся эта система забуксовала, потому что спикер Госдумы Вячеслав Володин по-прежнему считает себя ключевой фигурой в смысле формулирования смысловых и технологических основ внутренней политики, еще некоторые люди, ОНФ, который скорее подконтролен Володину, чем Кириенко, на медиафоруме которого сегодня выступал Владимир Путин, является пусть не субъектом, но интересным инструментом внутренней политики. Поэтому все это утратило управление из единого центра и буксует. Поэтому требуется как минимум трое-четверо суток, чтобы сформулировать, как мы относимся к этим протестам. Ведь мы, с одной стороны, не можем, "мы" – это Кремль в данном случае, я транслирую не свою точку зрения, а свою интерпретацию точки зрения Кремля. С одной стороны, мы не можем реагировать слишком серьезно, потому что мы признаем несерьезными себя. С другой стороны, мы должны показать, что это опасно. А как провести эту медиану серьезно и неопасно? У нас есть для этого внешние силы, включая террористические группировки, – вот вам, пожалуйста. Как же так совпало, что теракты были именно в тот день, когда Путин был в Санкт-Петербурге, когда, казалось бы, весь Петербург должен был стоять на ушах?

Елена Рыковцева: Я еще одно лицо заметила на этой встрече с журналистами – Сергей Иванов. Это лицо стало очень часто мелькать: в Арктику ездил, отдельное интервью ему пожертвовали на федеральных каналах, теперь они под ручку сидят с Кириенко на этой встрече. Как-то его начали выдвигать.

Станислав Белковский: Может быть, Сергей Борисович снова рвется на руководящую позицию. Я этого, кстати, не исключал с самого начала, когда его убирали с поста руководителя Администрации президента. Может быть, он кем-то станет, например, главой объединенной спецслужбы, которая может быть создана на базе ФСБ и СВР.

Елена Рыковцева: То есть из экологов туда?

Станислав Белковский: Это же и есть экологическая политика – надо очистить общество как-то, воздух почистить, чтобы никто не вонял, прошу прощения.

Елена Рыковцева: А перенос прямой линии с чем вы связываете?

Станислав Белковский: Разговоры шли о том, что нет повестки, но повестку формируют за несколько дней, для профессионалов это никакая не проблема. Сами по себе протестные акции не могли быть предметом и поводом для переноса. И перенос прямой линии, и теракты в Санкт-Петербурге могут указывать на то, что президенту надо залечь зачем-то на дно, например, на месяц. Уже 9 мая на Параде Победы он должен присутствовать, не правда ли?

Елена Рыковцева: Конечно.

Станислав Белковский: Может быть, он хочет до этого поправить какие-то проблемы со здоровьем? Поставим знак вопроса на этом месте. Этот апрель ему нужен для того, чтобы выдержать паузу перед принятием каких-то важных решений или в процессе принятия таковых.

Елена Рыковцева: Мы возвращаемся к встрече с региональными журналистами, она была очень любопытной. Почему к ней столько внимания – потому что отменяется прямая линия, он не хочет говорить с большим количеством людей, хочет говорить только со своими, с проверенными. Действительно он не прогадал. Потому что ничего, кроме мусоросборщиков, каких-то лесов, леса обязательно проверять, никто ничего. Я знаю этого человека хорошо, Владимир Павловский, главный редактор "Красноярского рабочего", и тот, замечательный человек, смелый, независимый, встает первым и говорит: Владимир Владимирович, спасибо, что вы прессе выделили не столько-то рублей, не допустим 1,6 миллионов, а 4 миллиона. Спасибо вам за то, что вы нам дали деньги, говорит главный редактор "Красноярского рабочего" – такой партийной могучей газеты, 111 лет ей, – президенту Российской Федерации. Пресса свою "независимость", конечно, всячески демонстрировала ему, как могла. Поэтому никакого вопроса о московских митингах вообще не могло быть, хотя, конечно, странно.

Станислав Белковский: Теперь они возникнут после терактов.

Елена Рыковцева: Одну вещь я хотела бы, чтобы вы нам прокомментировали как психоаналитик буквально – это его блиц.

Станислав Белковский: Вы говорите о блице, я его не досмотрел. Я смотрел минут сорок, и могу вам сказать, что Владимир Путин был невероятно утомлен и скучен. Такое впечатление, что он выпил транквилизаторы перед этим. Может быть, он знал про какие-то события, перед которыми надо выпить транквилизаторы. Ему было просто невыносимо выслушивать эти вопросы, а тем более давать на них какие-то содержательные ответы.

Елена Рыковцева: Ему действительно было скучно. И тут появляется Станислав Говорухин, и появляется он с хрустальным ящиком. Перед этим я смотрела несколько выпусков новостей, включения из Санкт-Петербурга, где нам объясняли, что на этот раз журналистов региональных попросили составлять вопросы, состоящие не более чем из трех-четырех слов, и бросать их в стеклянный ящик. Там было написано "Самый лаконичный вопрос". Они набросали полный ящик. Даже вы не сразу сообразите, о чем можно за три-четыре слова спросить президента.

Станислав Белковский: Я бы спросил президента: быть или не быть? Но на подпись у меня уже не хватило бы слова одного.

Елена Рыковцева: И вот буквально у нас на глазах Станислав Сергеевич вскрывает этот ящик и начинает сам задавать вопросы лаконичные Владимиру Путину. Получается такой блиц, который мы хотим, целиком чтобы вы посмотрели, послушали и прокомментировали.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Путин - Говорухин

Елена Рыковцева: Вот блиц необычайно острых вопросов. Нас все время предупреждали, что вопросы должны быть лаконичными и очень острыми, касающиеся самых актуальных социально-политических тем страны.

Станислав Белковский: Когда Владимир Владимирович говорил, что единственный регион, который он не посетил и хотел бы там побывать, – Чукотка, он намекал на то, что он хотел бы разделить участь Романа Аркадьевича Абрамовича, бывшего формального и ныне действующего неформально хозяина Чукотки. Потому что он хотел бы жить в Лондоне, быть миллиардером и не отвечать за эту громадную, бестолковую, неуправляемую страну.

Елена Рыковцева: То есть вопрос о Чукотке и вопрос о мечте связаны?

Станислав Белковский: Да. Он же сказал, что мечта уйти так, чтобы быть по-прежнему одной из самых влиятельных фигур мира, но не зависеть от ситуации в Российской Федерации. И это противоречие неразрешимо для Владимира Владимировича. Еще до весны 2014 года, до аннексии Крыма, возможно, оно было разрешимо, но сейчас нет. Он не понимает, как обеспечить свою безопасность, если уйти. А ведь он несколько раз проговаривался на пресс-конференциях и других публичных выступлениях, что он хотел бы походить по набережной в Ницце, что он прилетает в какие-то столицы и вынужден сразу из них улетать после официальных встреч, как хотел провести время с семьей, может быть, не с одной, но не получается.

Елена Рыковцева: В этот раз он даже мечтами не стал делиться от греха подальше.

Станислав Белковский: Но он и не должен с ними делиться. Потому что правитель не должен быть слаб и раздет эмоционально перед лицом своего народа. Тем более что здесь теракты случились как раз. А сейчас самое главное обеспечить плавную передачу власти в 2018 году или самому себе, или преемнику.

Елена Рыковцева: В тот момент, когда он анекдот рассказывал, он еще точно не знал про теракт. Кстати говоря, когда он рассказывал анекдот, примерно в это время происходило, просто этого не знал, там по времени все было очень близко.

Станислав Белковский: Знал он или не знал – мы не знаем. Потому что все его общение с медиаактивом "Общероссийского народного фронта" носило характер подчеркнутой заторможенности.

Елена Рыковцева: А вот этот анекдот, вы его как расшифровываете?

Станислав Белковский: Я его расшифровываю как то, что в России всегда так плохо, что никогда не было так хорошо, как при мне, Владимире Путине.

Елена Рыковцева: Дело в том, что тут еще такая интересная штука произошла совсем брежневского стиля. Заканчивается эта трансляция, и такая маленькая пауза между трансляцией и вот этими сообщениями о взрывах, эта пауза была заполнена – это тоже из разряда "Брежнев жив". Нам новости сообщают, что сегодня же Владимир Путин принял участие в видеоконференции по случаю начала бурения скважины Центрально-Ольгинская. Дальше происходит совершенно потрясающий диалог.

Игорь Сечин: Уважаемый Владимир Владимирович, прошу вас дать старт бурению первой поисковой скважины в восточной Арктике.

Владимир Путин: Начинайте.

Игорь Сечин: Оператора буровой установки прошу приступить к бурению.

Оператор: Вас понял. Приступить к бурению. Начинаем бурение.

Игорь Сечин: Уважаемый Владимир Владимирович, к бурению приступили. О ходе работы будем докладывать Вам дополнительно. Спасибо большое.

Вот это мы видим в новостях последним сюжетом перед тем, что нам объявят уже о теракте. Вот это общение с журналистами региональными, потом это бурение, которое он запускает сам, некому больше запустить.

Станислав Белковский: Это происходит не первый раз и не второй, у нас просто короткая память. Вся пиар-стратегия Кремля всегда была и построена на воспроизводстве определенных советских образцов, чтобы показать, что Владимир Владимирович – это Леонид Ильич, только молодой и красивый, сильный и здоровый. Конечно, надо показать, что внешние силы нас злобно гнетут. Теракты, возможно, были этому посвящены.

Елена Рыковцева: Нам звонит Александр из Москвы.

Слушатель: Станислав, у меня вопрос к вам: расскажите поподробнее, если вам не трудно, историю увольнения Путина из КГБ СССР, за что был уволен, в каком году и что послужило предысторией?

Елена Рыковцева: А его именно уволили, он не сам ушел к Собчаку?

Станислав Белковский: Если верить газете "Санди Таймс", которая писала об этом в конце 1999 года, Владимир Путин был уволен потому, что он излишне доверился некоему гражданину ГДР по имени Клаус Цухольд, с которым они выпивали много пива и который в конце концов оказался агентом БНД, то есть западногерманской разведки. Конечно, это было понижение Владимира Путина с поста директора Дома советской культуры в Дрездене. Естественно, в версию штурма этого дома восставшими немцами я не верю, потому что я никогда не готов признать, что немцы способны на такие проявления. Если бы это было в Исламабаде, Пакистане, Анголе, то да, но не в Германии, в Дрездене. Он вернулся в Ленинград тогда еще на пост помощника проректора по международной работе. Это было безусловное понижение из-за Клауса Цухольда. Но с другой стороны, я вынужден признать, что газета "Санди Таймс" является отчасти желтой, может быть, не все достоверно она излагает, но эта версия никогда не была формально или фактически опровергнута.

Елена Рыковцева: А кто-то пытался у него спрашивать, как он расстался с КГБ? Наверное, он просто говорил: ну ушел, поменял работу сам.

Станислав Белковский: Ушел в связи с распадом Союза. Но все-таки он ушел в 1990 году, а Советский Союз распался годом позже. Тогда Путин, по официальной версии, подрабатывал частным извозом на своей машине "Запорожец". Это очень трогательная версия, которая изложена в книге "Разговор от первого лица", первой президентской книге Владимира Путина, подготовленной журналистами Андреем Колесниковым, Натальей Геворкян и Натальей Тимаковой, ныне пресс-секретарем Дмитрия Медведева, и тогда же изданной. Путину изначально хотелось казаться трогательным.

Елена Рыковцева: Я хочу сказать, что эта версия, что он доверился немцу, тоже чрезвычайно трогательная, что-то человеческое в нем демонстрирует.

Станислав Белковский: Ничто человеческое нам не чуждо, я согласен. Но в любом случае мы видим, что он был из ГДР устранен и вернулся на весьма небольшую должность в Ленинграде. Я уже излагал свою теорию по этому вопросу, что в соответствии с основными положениями теории Зигмунда Фрейда и Сабины Шпильрейн, которая изложена в классической работе психоанализа "По ту сторону принципа удовольствия", Владимир Путин всегда приобретал от разрушения тех систем, которым служил. Это не сразу можно понять, но если у нас есть полторы минуты, я изложу видение этой проблемы. Владимир Путин, безусловно, был предан Советскому Союзу, верой и правдой служил ему в Дрездене, в дрезденской резидентуре.

Елена Рыковцева: Он и сейчас ему предан.

Станислав Белковский: Но благодаря тому, что Советский Союз распался, Путин из подполковника, уволенного притом, стал вторым лицом города Санкт-Петербурга и фактическим хозяином северной столицы как минимум по нескольким направлениям, включая экономические вопросы и вопросы взаимодействия с организованной преступностью, которая в то время контролировала значительную часть экономики Санкт-Петербурге.

Елена Рыковцева: Но главное, внешнеэкономические – самое существенное во всем этом.

Станислав Белковский: Потом пал Анатолий Собчак, его непосредственный босс и покровитель. Владимир Путин был в то время начальником штаба Анатолия Собчака на выборах мэра в 1996 году. Владимир Путин проиграл вместе с ним и должен был уйти в политическое небытие. Что же мы видим? Из этого политического небытия он всплывает, становится сначала директором ФСБ, пропускаем некоторые промежуточные должности и инстанции, а потом президентом России. Далее он оберегает Российскую Федерацию от распада. Приходит 2014 год, когда он приводит в действие фактически механизм разрушения Российской Федерации.

Елена Рыковцева: Чем он приводит его в действие в 2014 году?

Станислав Белковский: Аннексией Крыма и открытым противопоставлением себя Западу. Но если смотреть циклы А и Б, видимо, он рассчитывает, что на этой волне он станет формально или неформально председателем Земного шара. Он последовательно идет путем отторжения себя от той модели Российской Федерации, которую он получил в наследство от Бориса Ельцина и про которую Борис Ельцин ему сказал "берегите Россию".

Елена Рыковцева: Разрушит Россию, зато объединит вокруг себя Земной шар?

Станислав Белковский: Объединит свой собственный народ, который должен претерпевать лишения ради собственного величия, ради идеи величия.

Елена Рыковцева: Надо было, чтобы Говорухин вас спрашивал, какая мечта у Владимира Путина, вы бы все рассказали ему за Владимира Путина.

Станислав Белковский: Это мечта бессознательная, а сознательная мечта, я думаю, уйти от власти и сосредоточиться на личной жизни и на возможности проводить в тех столицах мира, в которых он пребывает, не несколько часов между теми или иными официальными переговорами, а неограниченное время. Но непонятно, как примирить это с тем механизмом разрушения Земного шара, который он запустил в 2014 году. Потому что стало ясно, что гибридная война имени Путина способна на все. Да, допустим, государственный переворот в Черногории не получился, и покушение на Александра Вучича, премьер-министра Сербии, который стал сегодня президентом, тоже не получилось, но это же не значит, что это в принципе невозможно. В принципе это возможно. И как в таких случаях говорят в определенных средах, можно повторить.

Елена Рыковцева: Нам звонит Мария Ивановна из Твери.

Слушательница: Мне интересно узнать, жив ли следователь Трепашкин, который вел расследование взрывов домов?

Станислав Белковский: Мне, честно говоря, об этом неизвестно.

Елена Рыковцева: Почему-то сегодня многие стали вспоминать эти дома.

Станислав Белковский: Начали вспоминать в контексте взрыва в Санкт-Петербурге, в котором находился Путин. Казалось бы, режим безопасности сегодня в Санкт-Петербурге должен был быть максимальным, но он как-то оказался почему-то не максимальным. Конечно, есть и технические проблемы, и тактические, не только ситуация в стране в целом, не только шествие 26 марта, не только необходимость ограничить доступ в интернете к экстремистским призывам, к рекрутингу и вербовке школьников и студентов, но давно идут разговоры о том, что губернатор Санкт-Петербурга Полтавченко себя исчерпал. Может быть, попытка передать Исаакиевский собор РПЦ была его лебединой песней, попытка хлопнуть дверью в последний момент. Все возможно. Но тем не менее, само это совпадение действительно очень странное, наводит на мысль и навевает нам, к сожалению, не очень радостные и радужные воспоминания о взрывах домов в Москве в 1999 году.

Елена Рыковцева: И второе клише, которое ходит сейчас не на федеральных каналах, а в социальных сетях: взрыв в метро – значит, рейтинг падает. Я не знаю, насколько он у него упал, может быть, там какая-то другая зависимость. Почему они думают, что этим можно поднять рейтинг?

Станислав Белковский: Так или иначе, нужно сформировать повестку президентских выборов 2018 года. Какая она в принципе может быть? Реформистской она быть не может, поскольку Путин не склонен к реформам. Убрать премьер-министра Дмитрия Медведева под давлением внесистемных оппозиционеров типа Алексея Навального, их разоблачений и улицы он тоже не может, поскольку он, будучи классическим представителем эпилептоидного типа личности, не принимает решения под давлением. Значит, его повестка – это опять защитить страну от неконтролируемого проникновения внешних враждебных сил, включая террористов. И сегодняшние события, может быть, на это вполне направлены. Притом это не противоречит самому духу реформ. Скажем, фигура Германа Грефа, главы Сбербанка, который более-менее понимает, в чем смысл сегодняшней технологической революции в мире и почему Россия трагически выпадает из этой революции, мог бы быть реализатором определенной программы реформ. Но основной смысл пролонгации полномочий Владимира Путина и его избрание на следующий срок – это сделать так, чтобы в этой студии не стояли войска НАТО. А чтобы дать почувствовать всем, что в этой студии могут стоять войска НАТО, иногда нужно пойти на какие-то экстремальные меры. Путин индуктивист по типу мышления, он считает, что если что-то получилось в прошлом и позапрошлом, то оно получится и в настоящем, и в будущем. Если когда-то, запугав русский народ чеченским терроризмом, можно было создать повод для второй чеченской войны, тем самым обеспечить резкий скачок рейтинга преемника Бориса Ельцина, скажем, с 3 до 52% в кратчайшие сроки, то, наверное, это получится и сегодня, можно как-то реанимировать повестку дня. Именно поэтому сегодня столько аллюзий, столько параллелей между терактами в Санкт-Петербурге и почти уже забытыми большинством населения Российской Федерации взрывами домов в Москве и Волгодонске 1999 года. Мы ни на чем не настаиваем, ничего не утверждаем, но не можем игнорировать эти странные параллели и совпадения.

Елена Рыковцева: Запугать удалось просто фантастическим образом. Потому что перед встречей с региональными журналистами я видела невероятно смешную, сейчас странно слово "смешная" употреблять, но было несколько часов назад смешно, когда журналистка обращалась к одному из приехавших корреспондентов региональных из Калининграда и говорила: какой вопрос вы зададите Путину? Он сказал: я буду задавать вопрос своей 12-летней дочери. Она сказала: я так боюсь блокады Калининградской области! Поэтому я спрошу Владимира Путина, может ли моя страна защитить Калининградскую область от агрессоров, которые окружают ее со всех сторон. Это на полном серьезе журналист, человек, который несет какой-то свет в разум читателей. То есть эта повестка запугивания работает на все слои населения и даже профессиональные.

Станислав Белковский: То, что изверги и супостаты осмелились взорвать бомбы даже непосредственно в день прибытия Владимира Путина в Санкт-Петербург, говорит о том, что мы должны мобилизоваться против всей этой сволочи, в том числе и внутренней, которая, конечно, не просто так пошла 26 марта на массовые акции, а за деньги иностранных агентов. Как сказал Дмитрий Песков в своей первой речи на эту тему, всем задержанным Алексей Навальный гарантировал по 10 тысяч евро. Правда, потом выяснилось, что речь идет совсем о другом, о том, что можно выиграть в ЕСПЧ иски по поводу незаконных задержаний. Но осадок неприятный остался, как известно. Запоминается в данном случае не последнее, а первое слово, оно же и последнее в трансляции государственной пропаганды основных федеральных телеканалов.

Елена Рыковцева: Они на своих каналах называли "политические педофилы", Навального за то, что молодежь вывел. Педофилию еще пришьют ему.

Станислав Белковский: Кстати, вчера сообщалось нам о гонениях на геев в Чечне.

Елена Рыковцева: Да, это такая связь прямая. Та история с фильмом, даже когда дали отмашку, что можно говорить о протестах, ни словом, ни звуком фамилия Медведев ни в одном шоу не звучала. Фильм очень косвенно, в России не все имеют представление, что это был за фильм. Они не хотят информировать о том, что послужило источником этих протестов, этой информации у массового зрителя не существует в голове. Вы считаете, они не будут его сдавать, как косточку бросать не будут?

Станислав Белковский: В этом нет необходимости, поскольку это ни к чему не приведет. Критически настроенная часть населения России инкриминирует проблемы с коррупцией системе в целом и Владимиру Путину лично, а не Медведеву. С точки зрения правящей элиты Медведев ничего не украл, тем нет ни нефти, ни газа, ни бриллиантов, ничего, только какие-то домишки.

Елена Рыковцева: И записанные на фонды какие-то.

Станислав Белковский: Которые стали подконтрольны Медведеву с ведома высшего политического руководства, эти домишки охраняются Федеральной службой охраны, что уже говорит о полной подконтрольности этой ситуации, и принадлежат они не Медведеву. Поэтому ни с какого боку Медведева сдавать не надо. Может быть, надо его сдать, но уже ближе к выборам, осенью, если действительно будет принято решение назначить какого-нибудь высокотехнологичного премьера типа Германа Грефа. Но на сегодняшний день в этом нет никакой необходимости, и ни в коем случае нельзя принимать такие решения под давлением внесистемной оппозиции, дать возможность Алексею Навальному и иже с ним говорить, что под их влиянием, под их давлением Дмитрий Медведев был снят с должности. Медведев как был, так и остается политическим сыном Владимира Путина. 24 сентября 2011 года никем не забыто, а это библейский сюжет. Фактически Дмитрий Анатольевич совершил моление о чаше, сказав, что пусть исполнится не моя воля остаться на следующий срок, а воля отца, чтобы я на следующий срок не оставался. Можно ли это предать? Нет. Владимир Путин всегда различал врагов и предателей, сам никого не предавал, пока не предали его.

Елена Рыковцева: Я, конечно, понимаю, что трудно себя поставить на место руководителя федерального канала, но тем не менее, объяснить тоже на пальцах, допустить, что есть большое количество людей, которые мало того что посмотрели фильм, еще и прониклись, потому что там ярко, живо все показано. Почему не объяснить, сказать: да, вы посмотрели какой-то фильм, покажите хоть один документ, где написано, что Дмитрий Анатольевич Медведев располагает тем, тем и тем. Почему не пообсуждать?

Станислав Белковский: Нет пятен на солнце, нельзя поставить под сомнение догмат о непорочности святой Девы Марии. Пока Дмитрий Медведев остается политическим сыном Владимира Путина, а он остается им еще неопределенно долго, пока отец не отречется от сына, пятен на солнце быть не может.

Елена Рыковцева: То есть причину протестов мы обсуждать не будем, мы будем говорить о том, что пришли, покричали какие-то молодые люди…

Станислав Белковский: Причина протестов состоит в том, что враждебные нам силы, размещенные далеко за пределами России, хотят дестабилизировать ситуацию. Одной рукой они дестабилизируют ее путем несанкционированных акций в ряде городов России, особенно в Москве, другой рукой путем терактов в Санкт-Петербурге. При чем здесь Медведев? Что, Медведева всегда ругают? Нет, Путина. Медведев только повод. Тем более фильм не дал никаких оснований полагать, что у Медведева есть какая-то собственность, там нет про собственность Медведева ничего, и никаких оснований полагать, что у Медведева есть собственность, не задекларированная не перед обществом и народом, а перед Путиным, а все остальное не имеет значения.

Елена Рыковцева: Это вы сейчас как трезвый человек рассуждаете, по сути, от себя рассуждаете, а вы посмотрите на это их глазами, когда они смотрят глазами тех, кто смотрит фильм своими глазами. Конечно, они должны понимать, что в глазах тех, кто смотрит фильм, – наворовал.

Станислав Белковский: Фильм посмотрели 15 миллионов человек, а в Российской Федерации живет 143 миллиона человек.

Елена Рыковцева: И не все эти 15 миллионов человек живут в России.

Станислав Белковский: Владимир Путин вам бы сказал, сидя на моем месте: допустим, вы убедите меня, что моя поддержка не 86%, а 72%, меняет ли это что-то качественно в судьбе Российской Федерации и моей лично? Нет, ничего. Вы хотите, чтобы мелкий вброс я рассматривал как важную угрозу своей власти, а я ее рассматриваю на самом деле, потому что вся система мер реагирования на этот вброс уже говорит о том, что это не так несерьезно. Но я не пойду у вас на поводу, диктовать повестку буду я. Кроме того, как сообщил мне канал CNN в своем фильме, который вышел в прайм-тайм в 9 вечера, фильм Фарида Закария в начале марта, я самый могущественный человек в мире, и не пытайтесь убедить меня, что какие-то оппозиционные группы, явно спонсированные Западом, потому что никаких мотивов других для выражения ярко радикальной оппозиционности мне у них быть не может, способны поколебать мое положение. И я действую не ради себя, перефразируя Анну Ахматову, я молюсь не о себе одной. Если меня не будет, не будет и России, вам же объяснил это Вячеслав Володин еще два года назад, Россия – это я. Страна погрузится в кровавый хаос, страна рухнет, если не я. Поэтому, пожалуйста, я могу реагировать, могу не реагировать, но если не я, то будет, как сегодня в Санкт-Петербурге в метро.

Когда Путин решит убрать Медведева, он его уберет, но он не спросит нашего мнения по этому вопросу. Во-первых, потому что Медведев политический сын, уже поэтому его нельзя просто так убрать, во-вторых, пост премьер-министра не имеет никакого значения. У премьер-министра в Российской Федерации две основные задачи: первая – не мешать президенту управлять страной, вторая – не дышать президенту в спину, не составлять ему прямой политической конкуренции. Если будет найдена лучшая, чем Медведев, кандидатура, которая полностью отвечает этим критериям, а мы помним, предыдущими премьерами были Михаил Фрадковв и Виктор Зубков, это же не были очень близкие друзья Путина. Он же мог Алексея Кудрина назначить премьером, не назначил, потому что Кудрин не в полной мере соответствует этим критериям. Он не хочет, чтобы премьер дышал ему в спину. Если бы Кудрин стал премьером, тогда была бы ситуация Ельцин – Примаков. Тогда прогрессивная общественность заявила, что у нас есть плохой президент и хороший премьер, а этого Путин не допустит никогда. Самым хорошим должен быть президент для всех, и для прогрессивной общественности, и для не прогрессивной. Он назначил Медведева премьером только тогда, когда Медведев был полностью унижен рокировкой 24 сентября 2011 года, когда он стал жалкий. А вспомните, в 2007 году, когда он выдвинул Медведева в преемники, Медведев премьером не стал, премьером стал Виктор Зубков, абсолютно техническая фигура, единственной функцией которого и главной функцией было греть кресло для премьера Владимира Путина. Премьер в принципе не может быть актуальным политическим конкурентом президента в глазах никакой организованной группы граждан.

Елена Рыковцева: Перейдем к последней части программы визита Владимира Путина в Санкт-Петербург – это встреча с Александром Лукашенко. Давайте посмотрим, что он сказал на этой встрече.

(Видео смотрите в видеоверсии эфира)

Елена Рыковцева: Интереснейшая вещь произошла: он первым определенно сказал, что есть погибшие. И уже после него стали говорить, раз Путин сказал – значит, погибшие точно есть. Его информируют, видимо, лучше, чем российские федеральные каналы.

Станислав Белковский: Здесь нет никакого подвоха, потому что его проинформировал директор ФСБ Бортников – это связь прямая. А ведущие государственных телеканалов получают информацию косвенно через семь инстанций. Поэтому, естественно, информация напрямую доходит быстрее, чем через семь инстанций. Я не стал бы здесь конспирологизировать эту ситуацию, утверждать, что Путин знал что-то, чего не знали другие. Знали все, просто сигналы на федеральные телеканалы проходят гораздо медленнее, чем к нему непосредственно.

Елена Рыковцева: Что у него в итоге с Лукашенко может получиться на этой встрече?

Станислав Белковский: Ничего, потому что они не любят друг друга, мягко говоря. Евразийский экономический союз загибается. Союзное государство России и Белоруссии утратило изначальный смысл своего существования, который для России состоял в том, чтобы поддерживать некий советский миф по поводу преемственности РФ по отношению к СССР, а для Белоруссии экономическую поддержку. Но поскольку никто не в состоянии отказаться от той системы мифологии, которая создана вокруг союзного государства, это будет длиться по инерции еще неопределенное время. У Бориса Ельцина был комплекс отсутствия сына, поэтому он распространял это на Валентина Юмашева, своего бывшего руководителя Администрации президента, и на Владимира Путина, и на Александра Лукашенко тоже. Надо сказать, что Лукашенко, как, может быть, не очень образованный, но интуитивно весьма одаренный человек, почувствовал это сразу и на первой же встрече с Ельциным в Кремле, хлопая глазами, громко сказал: я молодой политик, я так счастлив, что Борис Николаевич одарил меня своим вниманием. Тем самым он захомутал Ельцина, он уже обаял его. Для Путина это не имеет значения, он не любит Лукашенко, потому что для него Лукашенко – это директор совхоза, а Путин – порождение совсем иных сред и носитель иной ментальности. Они не могут выйти из этой ситуации союзного государства, во всяком случае без большого ущерба для них обоих, поэтому они будут и дальше танцевать ритуальный танец, в рамках которого Россия хочет отказаться от прямой и косвенной поддержки экономики Белоруссии, но не может, а Белоруссия хочет выскочить из-под российской зависимости, пойти на Запад, и тоже не может.

Елена Рыковцева: И даже протесты их не сведут, которые состоялись одновременно в двух странах?

Станислав Белковский: Я думаю, как Лукашенко, так и Путин если боятся протестов, то очень косвенно. Они все-таки у власти находятся один 17,5 лет, другой 22 года, их общая позиция такая: ребята, я все протесты пережил и вас переживу, поэтому не надо мне давать советов по этому поводу.

Елена Рыковцева: Борис Вишневский просил сказать в двух словах, что будет с этими терактами?

Станислав Белковский: Я думаю, что это будет использовано как повод для ограничения интернета и дополнительных репрессий против внесистемной оппозиции, не жестких, не кровавых. Я знаю, что многие представители нашей аудитории очень скептически относятся к моим экзерсисам в области астрологии, но все-таки я снова к ним прибегну, что Путин является Драконом по китайскому гороскопу, с другой стороны, Весами по зодиакальному гороскопу. Как Дракон он очень стремится к власти, как Весы он балансирует самого себя. Поэтому репрессии будут, но не сверхкровавые. Но ничего хорошего нам, безусловно, ждать не приходится, потому что иначе терактов бы не было в принципе.