Putin in St. Petersburg. Explosion in the subway

The explosion in the metro of St. Petersburg occurred on the day of arrival in the city of Vladimir Putin. On the day of his meetings with Russian regional journalists and the President of Belarus. About the possible connection of these events-politicians and political scientists Stanislav Belkovsky (Moscow) and Boris Vishnevsky (St. Petersburg). Presenter Elena Rykovtseva.

Full video version of the program

E Lena Rykovtseva: We were going to talk about events in St. Petersburg today, about the meeting of Vladimir Putin with regional journalists, about what questions they will ask him, how sharp, how sharp, this meeting will replace the straight line that Vladimir Putin suddenly suffered. We were going to talk about why this happened, and, probably, let's talk. But in our plans, tragic events in St. Petersburg intervened, in the same city where Vladimir Putin met with Alexander Lukashenko on a visit. He met, and exactly between the two meetings we are informed that a terrorist attack was taking place in the St. Petersburg metro. Moreover, they tell us that in the morning people were already evacuated from several stations because there were reports that there were some objects suspicious, but then these objects seemed to be inconsistent. And at those stations, between which all this happened, on the contrary, no objects were found, people were not evacuated. Nine who died for this moment, we bring condolences to their relatives and friends. With us, Stanislav Belkovsky. Such a rare case, I did not expect that even on the Alfovets state channels, which comments, Sergey Goncharov, that he would be the first to say that these events could not be unable to be connected: a terrorist attack and a visit.

Stanislav Belkovsky: I said this second.

E Lena Rykovtseva: What you said about this, I am not surprised, but the fact that the Alfovets repeated twice on the state of state: what did you think?

Stanislav Belkovsky: Vladimir Putin, apparently, had to go to the subway at that moment, which is why there were terrorist attacks there. In addition, we were informed that Vladimir Putin had to go to a meeting of the Russian Geographical Society, the main trustee of which he is, precisely past the metro with the Technological Institute. True, the explosion did not occur next to the metro station "Technological Institute", but inside.

E Lena Rykovtseva: Still, these routes were studied, it turns out? Because I thought that he immediately went to meet with Alexander Lukashenko.

Stanislav Belkovsky: Then it turned out unexpectedly that he had a meeting with the President of Belarus Alexander Lukashenko. This, of course, happened completely unexpectedly. Judge for yourself, suddenly the piano in the bushes is suddenly. Suddenly, Putin unfolds from the Metro Technological Institute and goes to Strelnya, to the Konstantinovsky Palace, which is officially called the "naval residence" of the President of the Russian Federation, to meet with Alexander Lukashenko. The terrorists did not know about this, they thought that Putin would go down in the subway, apparently.

E Lena Rykovtseva: Terrorists, apparently, do not watch TV. Because at first the Belarusian prime minister met with Medvedev and announced that Alexander Grigoryevich would come on Monday, meet with Putin. Regional correspondents made a pen Alexander Grigoryevich in the person of Vladimir Putin: Vladimir Vladimirovich, you will meet today with Alexander Lukashenko, tell him hello.

Stanislav Belkovsky: Putin's visit to the Russian Geographical Society was appointed, and he somehow unexpectedly canceled.

E Lena Rykovtseva: Boris Vishnevsky is in touch with us. Firstly, condolences to you as a resident of the city. Stress is monstrous, of course, people have a huge psychological injury, I'm not talking about the tragedy of loved ones. Are you linked to these events or are you worried?

Boris Vishnevsky: I do not exclude that these events can be connected. I am now on Palace Square in a vain attempt to get to the house to Vasilyevsky Island, because the metro is closed, everything is worth it, there are buses, trolleybuses, it is impossible to sit down in any way, go far on foot. But still, I do not lose hope of something to squeeze. The connection of events, rather, I cannot exclude. I understand that Putin does not go to the subway, but it is quite possible that those who arranged this crime monstrous, of course, planned to do this on the day when Putin was. I do not want to guess what they thought, I am interested in something else. Firstly, I would like to save the life of the rest of the victims, for whom doctors are now fighting, and these are several dozen people. I would like to express my condolences deep to the relatives and friends of those who suffered because it is a terrible tragedy. With great difficulty I can imagine on the site of relatives of the one who died. And I want to understand why this happened, with what it is connected, why our special services, who are so perfectly able to fight the opposition on social networks or dispersing the rallies, planting like likes and overforts, are not able to prevent the explosion in the subway. I would like to understand why hundreds of millions of rubles, which were paid to security measures in the subway, turned out to be, to put it mildly, ineffective, it all ended only with these frames, through which they still go in continuous streams, no one checks anyone, because if you start checking, then the line in the subway will be allowed for an hour before entering, it is clear that this is impossible. And I would like to understand what will happen next. These are questions to which I would like to get an answer.

E Lena Rykovtseva: In my opinion, it is not worth raising this topic about this framework, it is embarrassed. We also go through the frames in the Moscow metro - this is not serious. Correctly I understand that it is almost very difficult to prevent all this, it is either or not. Either they decide in St. Petersburg on the day of Putin’s visit, they have a political reason to blow up, or it is not, but it is impossible to protect themselves.

Stanislav Belkovsky: Naturally, the terrorist act cannot be prevented to the end. The question is simply interesting why this was so coincided. Coincided from March 26, with an unauthorized opposition.

E Lena Rykovtseva: By the way, this is the second story, from what I managed to hear through the federal channel, the first story that this is somehow connected with the visit, and the second that is connected, of course, to the rallies unauthorized on March 26. As connected, it is incomprehensible, but somehow connected. We admit that this was due to the visit of Putin. What can they achieve?

Stanislav Belkovsky: Special services were supposed to be in triple combat readiness in connection with the arrival of Vladimir Putin in St. Petersburg, but nevertheless, for some reason, terrorist attacks occurred on this day. And this was preceded by Putin’s performance on the media forum of the “All -Russian Popular Front”, where various theses sounded, in particular, that the Bacchanalia of Freedom on the Internet ends, including in the context of events on March 26 in different cities of Russia, when unauthorized actions unexpectedly brought to the streets and squares of Russian cities quite a few people, which was not expected. And effective shares on April 2 in Moscow, when it is not known who called the people to go out onto the streets, it seems to me that they were just a teaching to accelerate this type of stock. And then suddenly, when Vladimir Putin claims that the Internet freedom must be limited, because the Internet is a means of collecting a people for protest promotions, there is still a terrorist attack that threatens the Russian leader directly, who, only by happy and thanks to Alexander Grigoryevich Lukashenko, did not go past the Technological Institute metro with the Russian Geographical Society metro. All this raises certain questions at least. Naturally, I would not want to reason here irresponsibly, owning only a little bit of information about what is happening, this is all logical speculation, but it leads to some thought.

E Lena Rykovtseva: Let's hope that the same thoughts will begin to visit people who are engaged in the disclosure of the attack. And they, on the contrary, will also not speculate on this, at rallies on March 26.

Stanislav Belkovsky: So far, we see that all official propaganda is aimed at the fact that the rallies of the 26th were largely based on children, who were illegally attracted to participation, although this is not so. I did not see or heard any target, targeted agitation on children. That all these are the machinations of Western special services and Ukraine, who are trying to annoy Russia. Today's terrorist attack in St. Petersburg is absolutely also stacked in this logical chain. If today in the official media focusing on official propaganda and exploiting it, we will hear that there are Western special services behind all these terrorist attacks, who knew exactly that Vladimir Putin would pass by the technological institution metro, then maybe some kind of logical chain will be closed in our heads.

E Lena Rykovtseva: I'm still waiting for the "Ukrainian version", she also should somehow follow. At what hour, I want to detect, there must be a Ukrainian version. I propose to listen to the passers-by Moscow, we asked: what are you associated with terrorist attacks in St. Petersburg? Interestingly, they are logically binded.

E Lena Rykovtseva: There was one an outstanding response, where everything was collected, you can not watch any current shows on federal channels-liberal rebels, the USA and Ukraine.

Stanislav Belkovsky: Tok shows will be today, so we will find out what the Kremlin’s official position is. And since this position is formulated quite slowly and sadly, it means it was ready in advance. If she was ready in advance, then someone knew that these attacks would happen.

E Lena Rykovtseva: We have not met that week when there were protests. Exactly three days are science fiction, from the call to the call there was not a single sound, not a single word on federal channels about these protests. Suddenly, by the wave of the same wand, everyone begins to talk about it at the same time on Wednesday in the evening.

Stanislav Belkovsky: It's just an inertial system of bureaucratic.

E Lena Rykovtseva: Three days a lot of days.

Stanislav Belkovsky: No, not a lot at all. In addition, Sergei Vladilenovich Kiriyenko, the current internal policy curator, the first deputy head of the presidential administration, was not delivered at all for this, he was put to reconcile the Kremlin with Hillary Clinton. Not only by virtue of his liberal image, deserved or not, this is another question, but due to the fact that he was a bribeader of the Clinton family and is absolutely exclusive in this role. Because when the state-owned company "Rosatom", which is de facto controlled by Vladimir Putin's close friends to the Kovalchuk brothers, but who was headed by Sergey Kiriyenko, bought an American-Canadian company that controls a number of uranium deposits in North America, this was associated with some incredible transfer of money to the Clatons Foundation, which coincided with the time with the time with the time The American authorities allowed this deal. Therefore, the Kremlin decided that Sergei Kiriyenko could deal with Hillary Clinton, who was then considered the most likely candidate for presidentials of the United States.

E Lena Rykovtseva: So they lost with him? Is it inconvenient to expel?

Stanislav Belkovsky: It is still inconvenient, but there are several months. This whole system was stalled, because the State Duma speaker Vyacheslav Volodin still considers himself a key figure in the sense of formulating the semantic and technological foundations of domestic policy, some other people, ONF, who was more controlled by Volodin than Kiriyenko, on the media forum of which Vladimir Putin played today, albeit not a subject, but an interesting instrument of domestic politics. Therefore, all this has lost control from a single center and slip. Therefore, at least three or four days are required to formulate how we relate to these protests. After all, we, on the one hand, cannot, “we” are the Kremlin in this case, I do not broadcast my point of view, but my interpretation of the Kremlin point of view. On the one hand, we cannot react too seriously, because we recognize ourselves. On the other hand, we must show that it is dangerous. And how to conduct this median seriously and non -hazardous? We have external forces for this, including terrorist groups - here you are, please. How did it coincide that the attacks were on the day when Putin was in St. Petersburg, when, it would seem, the whole of Petersburg was supposed to stand on his ears?

E Lena Rykovtseva: I noticed another person at this meeting with reporters - Sergey Ivanov. This face began to flicker very often: he went to the Arctic, a separate interview was donated on federal channels, now they are sitting under the pen with Kiriyenko at this meeting. Somehow they began to put forward it.

Stanislav Belkovsky: Maybe Sergey Borisovich is again eager for a leading position. By the way, I did not exclude this from the very beginning when he was removed from the post of head of the presidential administration. Maybe he will become someone, for example, the head of the united special services, which can be created on the basis of the FSB and the SVR.

E Lena Rykovtseva: That is, from ecologists there?

Stanislav Belkovsky: This is the ecological policy-it is necessary to clean the society somehow, clean the air so that no one stinks, I apologize.

E Lena Rykovtseva: And what do you associate with a direct line?

Stanislav Belkovsky: Conversations were about the fact that there was no agenda, but the agenda is formed in a few days, for professionals this is no problem. The protest promotions themselves could not be the subject and reason for transfer. Both the transfer of a straight line and terrorist attacks in St. Petersburg may indicate that the president should lie down for some reason at the bottom, for example, for a month. Already on May 9, he must be present at the Victory Parade, isn't it?

E Lena Rykovtseva: Of course.

Stanislav Belkovsky: Maybe he wants to correct any health problems before? Let's put a question mark in this place. He needs this April in order to pause before making some important decisions or in the process of making them.

E Lena Rykovtseva: We are returning to a meeting with regional journalists, she was very curious. Why so much attention to her - because a straight line is canceled, he does not want to speak with a large number of people, he wants to speak only with his, with proven. Indeed, he did not lose. Because nothing but garbage colleagues, some forests, forests be checked, no one. I know this person well, Vladimir Pavlovsky, the editor-in-chief of the “Krasnoyarsk worker”, and that wonderful person, brave, independent, gets up first and says: Vladimir Vladimirovich, thanks that you allocated not so much rubles to the press, we will not say 1.6 million, but 4 million. Thank you for giving us money, says the editor -in -chief of the Krasnoyarsk Worker - such a party mighty newspaper, 111 years old - to the President of the Russian Federation. The press, of course, showed her “independence” in every possible way as best she could. Therefore, there could be no question about Moscow rallies at all, although, of course, it is strange.

Stanislav Belkovsky: Now they will arise after terrorist attacks.

E Lena Rykovtseva: I would like one thing to comment on us as a psychoanalyst literally - this is his blitz.

Stanislav Belkovsky: You are talking about Blitz, I did not watch him. I watched forty minutes, and I can tell you that Vladimir Putin was incredibly tired and bored. It seems that he drank tranquilizers before that. Maybe he knew about some events before which you need to drink tranquilizers. He was simply unbearable to listen to these questions, much less give some substantial answers to them.

E Lena Rykovtseva: He really was bored. And then Stanislav Govorukhin appears, and he appears with a crystal box. Before that, I watched several news releases, inclusions from St. Petersburg, where we were explained that this time regional journalists were asked to make questions consisting of no more than three or four words and throw them into a glass box. There was written "The Laconic Question." They sketched a full box. Even you do not immediately realize what you can ask the president in three or four words.

Stanislav Belkovsky: I would ask the president: to be or not to be? But for the signature I would no longer have the word of one.

E Lena Rykovtseva: And literally before our eyes, Stanislav Sergeyevich reveals this box and begins to ask the laconic questions to Vladimir Putin. It turns out such a blitz that we want, the whole for you to look, listened and commented.

Your browser does not support HTML5

Putin is Govorukhin

E Lena Rykovtseva: Here are the blitz of unusually sharp questions. We were always warned that issues should be laconic and very acute, regarding the most relevant socio-political topics of the country.

Stanislav Belkovsky: When Vladimir Vladimirovich said that the only region that he had not visited and would like to go there was Chukotka, he hinted that he would like to share the fate of Roman Arkadyevich Abramovich, the formal formal and current informally hosted Chukotka. Because he would like to live in London, to be a billionaire and not be responsible for this huge, stupid, uncontrollable country.

E Lena Rykovtseva: That is, the question of Chukotka and the question of a dream are related?

Stanislav Belkovsky: Yes. Он же сказал, что мечта уйти так, чтобы быть по-прежнему одной из самых влиятельных фигур мира, но не зависеть от ситуации в Российской Федерации. И это противоречие неразрешимо для Владимира Владимировича. Еще до весны 2014 года, до аннексии Крыма, возможно, оно было разрешимо, но сейчас нет. Он не понимает, как обеспечить свою безопасность, если уйти. А ведь он несколько раз проговаривался на пресс-конференциях и других публичных выступлениях, что он хотел бы походить по набережной в Ницце, что он прилетает в какие-то столицы и вынужден сразу из них улетать после официальных встреч, как хотел провести время с семьей, может быть, не с одной, но не получается.

Е лена Рыковцева: В этот раз он даже мечтами не стал делиться от греха подальше.

Станислав Белковский: Но он и не должен с ними делиться. Потому что правитель не должен быть слаб и раздет эмоционально перед лицом своего народа. Тем более что здесь теракты случились как раз. А сейчас самое главное обеспечить плавную передачу власти в 2018 году или самому себе, или преемнику.

Е лена Рыковцева: В тот момент, когда он анекдот рассказывал, он еще точно не знал про теракт. Кстати говоря, когда он рассказывал анекдот, примерно в это время происходило, просто этого не знал, там по времени все было очень близко.

Станислав Белковский: Знал он или не знал – мы не знаем. Потому что все его общение с медиаактивом "Общероссийского народного фронта" носило характер подчеркнутой заторможенности.

Е лена Рыковцева: А вот этот анекдот, вы его как расшифровываете?

Станислав Белковский: Я его расшифровываю как то, что в России всегда так плохо, что никогда не было так хорошо, как при мне, Владимире Путине.

Е лена Рыковцева: Дело в том, что тут еще такая интересная штука произошла совсем брежневского стиля. Заканчивается эта трансляция, и такая маленькая пауза между трансляцией и вот этими сообщениями о взрывах, эта пауза была заполнена – это тоже из разряда "Брежнев жив". Нам новости сообщают, что сегодня же Владимир Путин принял участие в видеоконференции по случаю начала бурения скважины Центрально-Ольгинская. Дальше происходит совершенно потрясающий диалог.

Игорь Сечин: Уважаемый Владимир Владимирович, прошу вас дать старт бурению первой поисковой скважины в восточной Арктике.

Владимир Путин: Начинайте.

Игорь Сечин: Оператора буровой установки прошу приступить к бурению.

Оператор: Вас понял. Приступить к бурению. Начинаем бурение.

Игорь Сечин: Уважаемый Владимир Владимирович, к бурению приступили. О ходе работы будем докладывать Вам дополнительно. Thanks a lot.

Вот это мы видим в новостях последним сюжетом перед тем, что нам объявят уже о теракте. Вот это общение с журналистами региональными, потом это бурение, которое он запускает сам, некому больше запустить.

Станислав Белковский: Это происходит не первый раз и не второй, у нас просто короткая память. Вся пиар-стратегия Кремля всегда была и построена на воспроизводстве определенных советских образцов, чтобы показать, что Владимир Владимирович – это Леонид Ильич, только молодой и красивый, сильный и здоровый. Конечно, надо показать, что внешние силы нас злобно гнетут. Теракты, возможно, были этому посвящены.

Е лена Рыковцева: Нам звонит Александр из Москвы.

Слушатель: Станислав, у меня вопрос к вам: расскажите поподробнее, если вам не трудно, историю увольнения Путина из КГБ СССР, за что был уволен, в каком году и что послужило предысторией?

Е лена Рыковцева: А его именно уволили, он не сам ушел к Собчаку?

Станислав Белковский: Если верить газете "Санди Таймс", которая писала об этом в конце 1999 года, Владимир Путин был уволен потому, что он излишне доверился некоему гражданину ГДР по имени Клаус Цухольд, с которым они выпивали много пива и который в конце концов оказался агентом БНД, то есть западногерманской разведки. Конечно, это было понижение Владимира Путина с поста директора Дома советской культуры в Дрездене. Естественно, в версию штурма этого дома восставшими немцами я не верю, потому что я никогда не готов признать, что немцы способны на такие проявления. Если бы это было в Исламабаде, Пакистане, Анголе, то да, но не в Германии, в Дрездене. Он вернулся в Ленинград тогда еще на пост помощника проректора по международной работе. Это было безусловное понижение из-за Клауса Цухольда. Но с другой стороны, я вынужден признать, что газета "Санди Таймс" является отчасти желтой, может быть, не все достоверно она излагает, но эта версия никогда не была формально или фактически опровергнута.

Е лена Рыковцева: А кто-то пытался у него спрашивать, как он расстался с КГБ? Наверное, он просто говорил: ну ушел, поменял работу сам.

Станислав Белковский: Ушел в связи с распадом Союза. Но все-таки он ушел в 1990 году, а Советский Союз распался годом позже. Тогда Путин, по официальной версии, подрабатывал частным извозом на своей машине "Запорожец". Это очень трогательная версия, которая изложена в книге "Разговор от первого лица", первой президентской книге Владимира Путина, подготовленной журналистами Андреем Колесниковым, Натальей Геворкян и Натальей Тимаковой, ныне пресс-секретарем Дмитрия Медведева, и тогда же изданной. Путину изначально хотелось казаться трогательным.

Е лена Рыковцева: Я хочу сказать, что эта версия, что он доверился немцу, тоже чрезвычайно трогательная, что-то человеческое в нем демонстрирует.

Станислав Белковский: Ничто человеческое нам не чуждо, я согласен. Но в любом случае мы видим, что он был из ГДР устранен и вернулся на весьма небольшую должность в Ленинграде. Я уже излагал свою теорию по этому вопросу, что в соответствии с основными положениями теории Зигмунда Фрейда и Сабины Шпильрейн, которая изложена в классической работе психоанализа "По ту сторону принципа удовольствия", Владимир Путин всегда приобретал от разрушения тех систем, которым служил. Это не сразу можно понять, но если у нас есть полторы минуты, я изложу видение этой проблемы. Владимир Путин, безусловно, был предан Советскому Союзу, верой и правдой служил ему в Дрездене, в дрезденской резидентуре.

Е лена Рыковцева: Он и сейчас ему предан.

Станислав Белковский: Но благодаря тому, что Советский Союз распался, Путин из подполковника, уволенного притом, стал вторым лицом города Санкт-Петербурга и фактическим хозяином северной столицы как минимум по нескольким направлениям, включая экономические вопросы и вопросы взаимодействия с организованной преступностью, которая в то время контролировала значительную часть экономики Санкт-Петербурге.

Е лена Рыковцева: Но главное, внешнеэкономические – самое существенное во всем этом.

Станислав Белковский: Потом пал Анатолий Собчак, его непосредственный босс и покровитель. Владимир Путин был в то время начальником штаба Анатолия Собчака на выборах мэра в 1996 году. Владимир Путин проиграл вместе с ним и должен был уйти в политическое небытие. What do we see? Из этого политического небытия он всплывает, становится сначала директором ФСБ, пропускаем некоторые промежуточные должности и инстанции, а потом президентом России. Далее он оберегает Российскую Федерацию от распада. Приходит 2014 год, когда он приводит в действие фактически механизм разрушения Российской Федерации.

Е лена Рыковцева: Чем он приводит его в действие в 2014 году?

Станислав Белковский: Аннексией Крыма и открытым противопоставлением себя Западу. Но если смотреть циклы А и Б, видимо, он рассчитывает, что на этой волне он станет формально или неформально председателем Земного шара. Он последовательно идет путем отторжения себя от той модели Российской Федерации, которую он получил в наследство от Бориса Ельцина и про которую Борис Ельцин ему сказал "берегите Россию".

Е лена Рыковцева: Разрушит Россию, зато объединит вокруг себя Земной шар?

Станислав Белковский: Объединит свой собственный народ, который должен претерпевать лишения ради собственного величия, ради идеи величия.

Е лена Рыковцева: Надо было, чтобы Говорухин вас спрашивал, какая мечта у Владимира Путина, вы бы все рассказали ему за Владимира Путина.

Станислав Белковский: Это мечта бессознательная, а сознательная мечта, я думаю, уйти от власти и сосредоточиться на личной жизни и на возможности проводить в тех столицах мира, в которых он пребывает, не несколько часов между теми или иными официальными переговорами, а неограниченное время. Но непонятно, как примирить это с тем механизмом разрушения Земного шара, который он запустил в 2014 году. Потому что стало ясно, что гибридная война имени Путина способна на все. Да, допустим, государственный переворот в Черногории не получился, и покушение на Александра Вучича, премьер-министра Сербии, который стал сегодня президентом, тоже не получилось, но это же не значит, что это в принципе невозможно. В принципе это возможно. И как в таких случаях говорят в определенных средах, можно повторить.

Е лена Рыковцева: Нам звонит Мария Ивановна из Твери.

Слушательница: Мне интересно узнать, жив ли следователь Трепашкин, который вел расследование взрывов домов?

Станислав Белковский: Мне, честно говоря, об этом неизвестно.

Е лена Рыковцева: Почему-то сегодня многие стали вспоминать эти дома.

Станислав Белковский: Начали вспоминать в контексте взрыва в Санкт-Петербурге, в котором находился Путин. Казалось бы, режим безопасности сегодня в Санкт-Петербурге должен был быть максимальным, но он как-то оказался почему-то не максимальным. Конечно, есть и технические проблемы, и тактические, не только ситуация в стране в целом, не только шествие 26 марта, не только необходимость ограничить доступ в интернете к экстремистским призывам, к рекрутингу и вербовке школьников и студентов, но давно идут разговоры о том, что губернатор Санкт-Петербурга Полтавченко себя исчерпал. Может быть, попытка передать Исаакиевский собор РПЦ была его лебединой песней, попытка хлопнуть дверью в последний момент. Everything is possible. Но тем не менее, само это совпадение действительно очень странное, наводит на мысль и навевает нам, к сожалению, не очень радостные и радужные воспоминания о взрывах домов в Москве в 1999 году.

Е лена Рыковцева: И второе клише, которое ходит сейчас не на федеральных каналах, а в социальных сетях: взрыв в метро – значит, рейтинг падает. Я не знаю, насколько он у него упал, может быть, там какая-то другая зависимость. Почему они думают, что этим можно поднять рейтинг?

Станислав Белковский: Так или иначе, нужно сформировать повестку президентских выборов 2018 года. Какая она в принципе может быть? Реформистской она быть не может, поскольку Путин не склонен к реформам. Убрать премьер-министра Дмитрия Медведева под давлением внесистемных оппозиционеров типа Алексея Навального, их разоблачений и улицы он тоже не может, поскольку он, будучи классическим представителем эпилептоидного типа личности, не принимает решения под давлением. Значит, его повестка – это опять защитить страну от неконтролируемого проникновения внешних враждебных сил, включая террористов. И сегодняшние события, может быть, на это вполне направлены. Притом это не противоречит самому духу реформ. Скажем, фигура Германа Грефа, главы Сбербанка, который более-менее понимает, в чем смысл сегодняшней технологической революции в мире и почему Россия трагически выпадает из этой революции, мог бы быть реализатором определенной программы реформ. Но основной смысл пролонгации полномочий Владимира Путина и его избрание на следующий срок – это сделать так, чтобы в этой студии не стояли войска НАТО. А чтобы дать почувствовать всем, что в этой студии могут стоять войска НАТО, иногда нужно пойти на какие-то экстремальные меры. Путин индуктивист по типу мышления, он считает, что если что-то получилось в прошлом и позапрошлом, то оно получится и в настоящем, и в будущем. Если когда-то, запугав русский народ чеченским терроризмом, можно было создать повод для второй чеченской войны, тем самым обеспечить резкий скачок рейтинга преемника Бориса Ельцина, скажем, с 3 до 52% в кратчайшие сроки, то, наверное, это получится и сегодня, можно как-то реанимировать повестку дня. Именно поэтому сегодня столько аллюзий, столько параллелей между терактами в Санкт-Петербурге и почти уже забытыми большинством населения Российской Федерации взрывами домов в Москве и Волгодонске 1999 года. Мы ни на чем не настаиваем, ничего не утверждаем, но не можем игнорировать эти странные параллели и совпадения.

Е лена Рыковцева: Запугать удалось просто фантастическим образом. Потому что перед встречей с региональными журналистами я видела невероятно смешную, сейчас странно слово "смешная" употреблять, но было несколько часов назад смешно, когда журналистка обращалась к одному из приехавших корреспондентов региональных из Калининграда и говорила: какой вопрос вы зададите Путину? Он сказал: я буду задавать вопрос своей 12-летней дочери. Она сказала: я так боюсь блокады Калининградской области! Поэтому я спрошу Владимира Путина, может ли моя страна защитить Калининградскую область от агрессоров, которые окружают ее со всех сторон. Это на полном серьезе журналист, человек, который несет какой-то свет в разум читателей. То есть эта повестка запугивания работает на все слои населения и даже профессиональные.

Станислав Белковский: То, что изверги и супостаты осмелились взорвать бомбы даже непосредственно в день прибытия Владимира Путина в Санкт-Петербург, говорит о том, что мы должны мобилизоваться против всей этой сволочи, в том числе и внутренней, которая, конечно, не просто так пошла 26 марта на массовые акции, а за деньги иностранных агентов. Как сказал Дмитрий Песков в своей первой речи на эту тему, всем задержанным Алексей Навальный гарантировал по 10 тысяч евро. Правда, потом выяснилось, что речь идет совсем о другом, о том, что можно выиграть в ЕСПЧ иски по поводу незаконных задержаний. Но осадок неприятный остался, как известно. Запоминается в данном случае не последнее, а первое слово, оно же и последнее в трансляции государственной пропаганды основных федеральных телеканалов.

Е лена Рыковцева: Они на своих каналах называли "политические педофилы", Навального за то, что молодежь вывел. Педофилию еще пришьют ему.

Станислав Белковский: Кстати, вчера сообщалось нам о гонениях на геев в Чечне.

Е лена Рыковцева: Да, это такая связь прямая. Та история с фильмом, даже когда дали отмашку, что можно говорить о протестах, ни словом, ни звуком фамилия Медведев ни в одном шоу не звучала. Фильм очень косвенно, в России не все имеют представление, что это был за фильм. Они не хотят информировать о том, что послужило источником этих протестов, этой информации у массового зрителя не существует в голове. Вы считаете, они не будут его сдавать, как косточку бросать не будут?

Станислав Белковский: В этом нет необходимости, поскольку это ни к чему не приведет. Критически настроенная часть населения России инкриминирует проблемы с коррупцией системе в целом и Владимиру Путину лично, а не Медведеву. С точки зрения правящей элиты Медведев ничего не украл, тем нет ни нефти, ни газа, ни бриллиантов, ничего, только какие-то домишки.

Е лена Рыковцева: И записанные на фонды какие-то.

Станислав Белковский: Которые стали подконтрольны Медведеву с ведома высшего политического руководства, эти домишки охраняются Федеральной службой охраны, что уже говорит о полной подконтрольности этой ситуации, и принадлежат они не Медведеву. Поэтому ни с какого боку Медведева сдавать не надо. Может быть, надо его сдать, но уже ближе к выборам, осенью, если действительно будет принято решение назначить какого-нибудь высокотехнологичного премьера типа Германа Грефа. Но на сегодняшний день в этом нет никакой необходимости, и ни в коем случае нельзя принимать такие решения под давлением внесистемной оппозиции, дать возможность Алексею Навальному и иже с ним говорить, что под их влиянием, под их давлением Дмитрий Медведев был снят с должности. Медведев как был, так и остается политическим сыном Владимира Путина. 24 сентября 2011 года никем не забыто, а это библейский сюжет. Фактически Дмитрий Анатольевич совершил моление о чаше, сказав, что пусть исполнится не моя воля остаться на следующий срок, а воля отца, чтобы я на следующий срок не оставался. Можно ли это предать? No. Владимир Путин всегда различал врагов и предателей, сам никого не предавал, пока не предали его.

Е лена Рыковцева: Я, конечно, понимаю, что трудно себя поставить на место руководителя федерального канала, но тем не менее, объяснить тоже на пальцах, допустить, что есть большое количество людей, которые мало того что посмотрели фильм, еще и прониклись, потому что там ярко, живо все показано. Почему не объяснить, сказать: да, вы посмотрели какой-то фильм, покажите хоть один документ, где написано, что Дмитрий Анатольевич Медведев располагает тем, тем и тем. Почему не пообсуждать?

Станислав Белковский: Нет пятен на солнце, нельзя поставить под сомнение догмат о непорочности святой Девы Марии. Пока Дмитрий Медведев остается политическим сыном Владимира Путина, а он остается им еще неопределенно долго, пока отец не отречется от сына, пятен на солнце быть не может.

Е лена Рыковцева: То есть причину протестов мы обсуждать не будем, мы будем говорить о том, что пришли, покричали какие-то молодые люди…

Станислав Белковский: Причина протестов состоит в том, что враждебные нам силы, размещенные далеко за пределами России, хотят дестабилизировать ситуацию. Одной рукой они дестабилизируют ее путем несанкционированных акций в ряде городов России, особенно в Москве, другой рукой путем терактов в Санкт-Петербурге. При чем здесь Медведев? Что, Медведева всегда ругают? Нет, Путина. Медведев только повод. Тем более фильм не дал никаких оснований полагать, что у Медведева есть какая-то собственность, там нет про собственность Медведева ничего, и никаких оснований полагать, что у Медведева есть собственность, не задекларированная не перед обществом и народом, а перед Путиным, а все остальное не имеет значения.

Е лена Рыковцева: Это вы сейчас как трезвый человек рассуждаете, по сути, от себя рассуждаете, а вы посмотрите на это их глазами, когда они смотрят глазами тех, кто смотрит фильм своими глазами. Конечно, они должны понимать, что в глазах тех, кто смотрит фильм, – наворовал.

Станислав Белковский: Фильм посмотрели 15 миллионов человек, а в Российской Федерации живет 143 миллиона человек.

Е лена Рыковцева: И не все эти 15 миллионов человек живут в России.

Станислав Белковский: Владимир Путин вам бы сказал, сидя на моем месте: допустим, вы убедите меня, что моя поддержка не 86%, а 72%, меняет ли это что-то качественно в судьбе Российской Федерации и моей лично? Нет, ничего. Вы хотите, чтобы мелкий вброс я рассматривал как важную угрозу своей власти, а я ее рассматриваю на самом деле, потому что вся система мер реагирования на этот вброс уже говорит о том, что это не так несерьезно. Но я не пойду у вас на поводу, диктовать повестку буду я. Кроме того, как сообщил мне канал CNN в своем фильме, который вышел в прайм-тайм в 9 вечера, фильм Фарида Закария в начале марта, я самый могущественный человек в мире, и не пытайтесь убедить меня, что какие-то оппозиционные группы, явно спонсированные Западом, потому что никаких мотивов других для выражения ярко радикальной оппозиционности мне у них быть не может, способны поколебать мое положение. И я действую не ради себя, перефразируя Анну Ахматову, я молюсь не о себе одной. Если меня не будет, не будет и России, вам же объяснил это Вячеслав Володин еще два года назад, Россия – это я. Страна погрузится в кровавый хаос, страна рухнет, если не я. Поэтому, пожалуйста, я могу реагировать, могу не реагировать, но если не я, то будет, как сегодня в Санкт-Петербурге в метро.

Когда Путин решит убрать Медведева, он его уберет, но он не спросит нашего мнения по этому вопросу. Во-первых, потому что Медведев политический сын, уже поэтому его нельзя просто так убрать, во-вторых, пост премьер-министра не имеет никакого значения. У премьер-министра в Российской Федерации две основные задачи: первая – не мешать президенту управлять страной, вторая – не дышать президенту в спину, не составлять ему прямой политической конкуренции. Если будет найдена лучшая, чем Медведев, кандидатура, которая полностью отвечает этим критериям, а мы помним, предыдущими премьерами были Михаил Фрадковв и Виктор Зубков, это же не были очень близкие друзья Путина. Он же мог Алексея Кудрина назначить премьером, не назначил, потому что Кудрин не в полной мере соответствует этим критериям. Он не хочет, чтобы премьер дышал ему в спину. Если бы Кудрин стал премьером, тогда была бы ситуация Ельцин – Примаков. Тогда прогрессивная общественность заявила, что у нас есть плохой президент и хороший премьер, а этого Путин не допустит никогда. Самым хорошим должен быть президент для всех, и для прогрессивной общественности, и для не прогрессивной. Он назначил Медведева премьером только тогда, когда Медведев был полностью унижен рокировкой 24 сентября 2011 года, когда он стал жалкий. А вспомните, в 2007 году, когда он выдвинул Медведева в преемники, Медведев премьером не стал, премьером стал Виктор Зубков, абсолютно техническая фигура, единственной функцией которого и главной функцией было греть кресло для премьера Владимира Путина. Премьер в принципе не может быть актуальным политическим конкурентом президента в глазах никакой организованной группы граждан.

Е лена Рыковцева: Перейдем к последней части программы визита Владимира Путина в Санкт-Петербург – это встреча с Александром Лукашенко. Давайте посмотрим, что он сказал на этой встрече.

(Video Watch the video version of the ether)

Е лена Рыковцева: Интереснейшая вещь произошла: он первым определенно сказал, что есть погибшие. И уже после него стали говорить, раз Путин сказал – значит, погибшие точно есть. Его информируют, видимо, лучше, чем российские федеральные каналы.

Станислав Белковский: Здесь нет никакого подвоха, потому что его проинформировал директор ФСБ Бортников – это связь прямая. А ведущие государственных телеканалов получают информацию косвенно через семь инстанций. Поэтому, естественно, информация напрямую доходит быстрее, чем через семь инстанций. Я не стал бы здесь конспирологизировать эту ситуацию, утверждать, что Путин знал что-то, чего не знали другие. Знали все, просто сигналы на федеральные телеканалы проходят гораздо медленнее, чем к нему непосредственно.

Е лена Рыковцева: Что у него в итоге с Лукашенко может получиться на этой встрече?

Станислав Белковский: Ничего, потому что они не любят друг друга, мягко говоря. Евразийский экономический союз загибается. Союзное государство России и Белоруссии утратило изначальный смысл своего существования, который для России состоял в том, чтобы поддерживать некий советский миф по поводу преемственности РФ по отношению к СССР, а для Белоруссии экономическую поддержку. Но поскольку никто не в состоянии отказаться от той системы мифологии, которая создана вокруг союзного государства, это будет длиться по инерции еще неопределенное время. У Бориса Ельцина был комплекс отсутствия сына, поэтому он распространял это на Валентина Юмашева, своего бывшего руководителя Администрации президента, и на Владимира Путина, и на Александра Лукашенко тоже. Надо сказать, что Лукашенко, как, может быть, не очень образованный, но интуитивно весьма одаренный человек, почувствовал это сразу и на первой же встрече с Ельциным в Кремле, хлопая глазами, громко сказал: я молодой политик, я так счастлив, что Борис Николаевич одарил меня своим вниманием. Тем самым он захомутал Ельцина, он уже обаял его. Для Путина это не имеет значения, он не любит Лукашенко, потому что для него Лукашенко – это директор совхоза, а Путин – порождение совсем иных сред и носитель иной ментальности. Они не могут выйти из этой ситуации союзного государства, во всяком случае без большого ущерба для них обоих, поэтому они будут и дальше танцевать ритуальный танец, в рамках которого Россия хочет отказаться от прямой и косвенной поддержки экономики Белоруссии, но не может, а Белоруссия хочет выскочить из-под российской зависимости, пойти на Запад, и тоже не может.

Е лена Рыковцева: И даже протесты их не сведут, которые состоялись одновременно в двух странах?

Станислав Белковский: Я думаю, как Лукашенко, так и Путин если боятся протестов, то очень косвенно. Они все-таки у власти находятся один 17,5 лет, другой 22 года, их общая позиция такая: ребята, я все протесты пережил и вас переживу, поэтому не надо мне давать советов по этому поводу.

Е лена Рыковцева: Борис Вишневский просил сказать в двух словах, что будет с этими терактами?

Станислав Белковский: Я думаю, что это будет использовано как повод для ограничения интернета и дополнительных репрессий против внесистемной оппозиции, не жестких, не кровавых. Я знаю, что многие представители нашей аудитории очень скептически относятся к моим экзерсисам в области астрологии, но все-таки я снова к ним прибегну, что Путин является Драконом по китайскому гороскопу, с другой стороны, Весами по зодиакальному гороскопу. Как Дракон он очень стремится к власти, как Весы он балансирует самого себя. Поэтому репрессии будут, но не сверхкровавые. Но ничего хорошего нам, безусловно, ждать не приходится, потому что иначе терактов бы не было в принципе.