Журналист спросил Захарову про чеченских геев, та предложила отправить его в Чечню. Что с этим не так?

31 мая на брифинге официального представителя МИД Марии Захаровой финский журналист Эркка Микконен попытался задать ей вопрос о ситуации с геями в Чечне. В ответ Захарова сказала, что этот вопрос не следует задавать официальному представителю МИД, поскольку она «не является спикером по этой теме». Захарова на камеру обратилась к главе Чечни Рамзану Кадырову и попросила организовать Микконену поездку в республику, чтобы тот выяснил, есть там геи или нет. «Медуза» объясняет, что не так с ответом Марии Захаровой.

Журналист может спрашивать о нарушении прав человека кого угодно

Мария Захарова обвиняет журналиста, что он задает ей вопросы, по которым она «не является спикером». Формально она права. В учебнике «Современная пресс-служба» говорится, что регулярные брифинги департамента информации и печати МИД — его возглавляет Захарова — проводятся по вопросам внешней политики и международных отношений. С формальной точки зрения преследование геев в Чечне — вопрос внутренней политики. Однако эти правила актуальны только для сотрудников департамента. Журналист может задавать вопросы кому угодно, особенно если речь идет о нарушении прав человека. Если имеются сведения о том, что в стране пытают и убивают геев, совершенно очевидно, что иностранный журналист постарается задать соответствующие вопросы любому официальному представителю этой страны и получить хоть какую-то информацию.

Поправка. Уже после публикации мы увидели фрагмент разговора, который не заметили сразу. Микконен говорит, что вторая часть его вопроса — о том, как ситуация с геями в Чечне влияет на отношение России и Евросоюза. В этом контексте претензия Захаровой о вопросе «не по адресу» окончательно теряет всякий смысл. Редакция приносит извинения за допущенную неточность.

Нарушение прав человека на самом деле вопрос международных отношений

Права человека — важная тема в международных отношениях и в целом, и в случае с преследованием геев в Чечне. Россия входит в число стран, ратифицировавших Всеобщую декларацию прав человека, которая запрещает пытки и дискриминацию. В мае 2017 года Владимир Путин встречался с канцлером Германии Ангелой Меркель и президентом Франции Эммануэлем Макроном — оба лидера тоже спрашивали российского президента о нарушении прав геев в Чечне.

Микконен не спрашивал Захарову, есть ли геи в Чечне

В ответ на вопрос Микконена Мария Захарова на камеру обратилась к Рамзану Кадырову и сказала следующее: «У нас сегодня на брифинге присутствует представитель финского телевидения Эркка Микконен, которого очень интересует тема наличия в Чечне геев — или их отсутствие».

Но Микконен не спрашивал, есть геи в Чечне или нет, — вряд ли он сомневается в ответе; особенно после того, как журналисты встречались и говорили с геями из Чечни. Он пытался задать вопрос о ситуации с правами геев в Чечне — о преследованиях, про которые рассказывали многочисленные собеседники журналистов.

Обращение к Кадырову в такой форме звучит как угроза

Своим обращением к Кадырову Мария Захарова словно пытается проучить зарвавшегося журналиста — наказать его отправкой в Чечню. Известно, что любое упоминание темы преследования геев чеченские политики встречают более чем жесткими комментариями. Даже член республиканского совета по правам человека Хеда Саратова заявляла, что чеченское общество «не осудит» «даже крайнюю меру в отношении этих людей» (правда, потом Саратова сказала, что ее «не так поняли»).

После публикаций «Новой газеты» в главной мечети Грозного представители духовенства на многотысячном собрании приняли резолюцию, в которой среди прочего говорилось, что «возмездие настигнет истинных подстрекателей». Журналисты газеты восприняли это как угрозу в свой адрес, несмотря на то что официально в Чечне это отрицают.

Показательно, что Захарова напрямую обращается именно к Кадырову, хотя организация визитов иностранных журналистов в республику — уж точно не его профиль. И еще обращает на себя внимание ироничный вопрос журналисту: «Вы же не боитесь?» — и то, как Захарова ему подмигнула.

Официальная поездка в Чечню ничего не даст

В своем обращении к Кадырову Захарова говорит, что Микконен «сможет [там] найти ответы на все интересующие его вопросы». На самом деле очевидно, что пресс-тур по Чечне, организованный властями, никогда не позволит журналисту найти ответы на все вопросы — особенно если речь идет об обвинениях в преследовании геев и вообще их возможного существования в республике (а также о секретных тюрьмах — потому они и секретные, что их не показывают журналистам).

О реальном положении дел в Чечне судить трудно, потому что официальную статистику там иногда рисуют, а жалобы местных жителей порой заканчиваются для них плачевно. Правозащитники и журналисты подвергаются в Чечне нападениям. Из недавних случаев можно вспомнить нападение на сотрудников «Комитета против пыток» и сопровождавших их репортеров — сама атака произошла на территории Ингушетии, но слежка, по словам пострадавших, началась в Чечне. В 2014 году глава «Комитета» Игорь Каляпин обратился в Генпрокуратуру и СК с просьбой проверить высказывания Кадырова о том, что семьи террористов будут выдворять из Чечни, а их дома уничтожать; в ответ Кадыров обвинил «каляпиных» в финансировании террористов, в Грозном прошел многотысячный митинг в поддержку главы республики, а офис «Комитета» в центре города сожгли.

Александр Борзенко