Новая ось зла

Почему Катар стал изгоем на Ближнем Востоке: Carnegie.ru

5 июня Саудовская Аравия, Египет, Объединенные Арабские Эмираты и Бахрейн объявили о разрыве дипломатических отношений с Катаром и пригрозили стране блокадой. Такое решение было принято из-за подозрений в поддержке Катаром исламистских группировок, включая «Братьев-мусульман», «Исламское государство» и «Аль-Каеду». Однако изоляция Катара может говорить и о попытках Саудовской Аравии вернуть себе влияние в регионе — и американскую военную базу, которая была переведена в Катар в 2003 году. Арабист Марианна Беленькая на сайте Московского центра Карнеги рассуждает о том, чем был вызван новый конфликт в Персидском заливе и к чему он может привести.

Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн объявили, что разрывают дипломатические отношения с Катаром. Это решение поддержало и временное правительство Ливии, которое базируется на востоке страны и активно сотрудничает с Египтом и ОАЭ. Также было объявлено, что Катар исключают из состава участников аравийской коалиции, ведущей борьбу с мятежниками-хуситами в Йемене.

Один из основных мировых экспортеров сжиженного природного газа рискует оказаться в международной изоляции и даже экономической блокаде. Соседи Катара решили, что ему пришло время расплатиться за слишком вызывающую политику в регионе. Одновременно это сигнал Ирану, с которым Доха поддерживает тесные связи. Напрямую ударить по Ирану арабские страны пока не в состоянии, и здесь многое будет зависеть от того, чью сторону займет Вашингтон.

Маленький Катар давно выбился в региональные лидеры, претендуя не только на экономическое, но и на политическое влияние в регионе. В последние годы Доха не раз бросала вызов традиционному региональному центру силы — Саудовской Аравии — и проводила весьма неординарную политику. Катарцы первыми среди стран Персидского залива публично заявили о связях с Израилем и в 1996 году открыли на своей территории израильское торговое представительство (позднее его деятельность была приостановлена). У Катара приграничные конфликты с арабскими соседями — но одновременно Доха поддерживает тесные связи с Ираном, вполне мирно деля с иранцами права на крупнейшее месторождение газа в мире Северный купол/Южный Парс. В 2003 году из Саудовской Аравии в Катар перевели основную американскую военную базу в регионе.

Газ, американская база и влиятельный телеканал «Аль-Джазира» позволяют Дохе проводить активную и порой агрессивную политику на Ближнем Востоке. Пожалуй, нет ни одной арабской страны, которая не была готова сделать все возможное, чтобы заставить «Аль-Джазиру» замолчать навсегда. Тем более после той роли, которую телеканал сыграл в ходе «арабской весны», взяв на себя координацию протестов в Египте, Ливии и Сирии. Не избежал нападок телеканала и саудовский режим.

Теперь, в свете антииранской кампании, начатой Саудовской Аравией с благословения нового президента США Дональда Трампа, для Эр-Рияда и Каира пришло время поквитаться с Катаром. К тому же для саудовцев, которые еще недавно сами были для Трампа мишенью для обвинений в поддержке терроризма, весьма кстати перевести стрелки на своего соседа.

В чем обвинили Катар

Катар обвиняют в дестабилизации ситуации в регионе, поддержке террористической и экстремистской деятельности, финансировании группировок, связанных с Ираном, а также в укрывательстве лидеров исламистской ассоциации «Братья-мусульмане» и распространении идеологии «Аль-Каеды» и «Исламского государства» (все три организации запрещены в РФ). Египет выразился еще более конкретно, напрямую связав Катар с терактами на Синае.

Похожие обвинения звучат в адрес Катара не впервые, и даже отзыв послов тех или иных государств из Дохи уже случался раньше. Последний серьезный конфликт произошел в марте 2014 года, когда Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн отозвали послов из Катара, заявив, что Доха вмешивается в их внутренние дела. Но угрозы Эр-Рияда начать морскую и сухопутную блокаду Катара так и не были реализованы. В ноябре того же 2014 года все послы вернулись на свои места.

Для молодого катарского эмира Тамима бен Хамада Аль Тани, взошедшего на трон в июне 2013 года, тот кризис стал первым серьезным дипломатическим испытанием. Многие региональные эксперты отметили, что эмира заставили расплачиваться за политику отца, который установил слишком близкие отношения с Ираном. Новому шейху Тамиму удалось наладить диалог с Эр-Риядом, и конфликт вроде бы был исчерпан, но, как оказалось, ненадолго.

В этот раз за блокаду Катара взялись всерьез. Для страны, которая фактически полностью зависит от импорта товаров, в первую очередь продовольствия, закрытие границ представляет серьезную угрозу безопасности. Неслучайно Доха пока достаточно осторожно реагирует на выпады в свой адрес и охотно дает шанс посредникам урегулировать конфликт.

Роль переговорщиков взяли на себя Кувейт и Оман, продемонстрировав, что у монархий Персидского залива нет единой позиции в отношении Катара. И это шанс для Дохи.

На роль посредника претендует и Турция, для которой Катар — один из самых близких региональных союзников и партнеров, поэтому Анкара воспринимает случившееся весьма болезненно. Ведь точно такие же обвинения можно предъявить и самой Турции, так как идеология «Братьев-мусульман» и правящей турецкой Партии справедливости и развития практически идентична, и египетские «Братья» всегда считали президента Эрдогана своим союзником.

Не остается в стороне и Тегеран. Иранцы не раздумывая предложили Катару продовольственную помощь.

Трамп, хакеры и старые счеты

Объявление о разрыве дипотношений прозвучало спустя всего две недели после того, как на саммитах в Саудовской Аравии арабские страны демонстрировали свое единство в присутствии президента Трампа. Вернее, делали вид, потому что именно в Эр-Рияде прозвучали первые предупреждения в адрес Дохи. И не успел Трамп покинуть Ближний Восток, как вокруг Катара разгорелся хакерский скандал, ставший, по сути, открытым объявлением информационной войны.

На протяжении нескольких месяцев арабские и американские СМИ публиковали материалы, в которых обвиняли Катар в поддержке террористов и призывали новую администрацию США внимательно приглядеться к своему союзнику, чья лояльность вызывает сомнения. Звучали и предложения перевести американскую военную базу из Катара. Однако в Эр-Рияде Трамп встретился с катарским эмиром и подтвердил союзнические отношения между двумя странами. Шейх Тамим также принял участие во всех встречах, в ходе которых США и арабские страны договорились о совместной борьбе с терроризмом, в том числе об учреждении центров по мониторингу финансирования терроризма и пропаганды экстремистской деятельности, а также о создании резервных сил арабских стран для борьбы с ИГ на территории Ирака и Сирии. Казалось бы, идиллия.

Но в Эр-Рияде президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси сделал весьма ясный намек на связи Катара с террористами. «Все, кто оказывает поддержку экстремистам, должны считаться такими же террористами. Террористы — это не только вооруженные боевики, но и те, кто их финансирует и обучает новых сторонников радикальных групп», — сказал он.

Региональные эксперты уверены, что речь шла о связях Катара с «Братьями-мусульманами», чей духовный лидер шейх Юсуф аль-Кардави многие годы живет в Дохе. Катар никогда не скрывал, что поддерживает «Братьев-мусульман» в Египте, и открыто оказывал финансовую помощь бывшему президенту Мухаммеду Мурси, одному из лидеров «Братьев». После того как военные свергли Мурси в июле 2013 года, катарско-египетские отношения вновь стали напряженными, а в сентябре того же года на территории Египта было запрещено вещание телеканала «Аль-Джазира» как подрывающего безопасность в стране.

Другой тревожный для Катара сигнал пришел из Эр-Рияда и касался связей Дохи с палестинским движением ХАМАС. Штаб-квартира движения и его глава Халед Машааль перебрались в Доху из Дамаска после начала «арабской весны». В ходе арабо-исламско-американского саммита в Саудовской Аравии Трамп назвал список террористических организаций, несущих ответственность за насилие в регионе: ХАМАС, ИГ, «Аль-Каида», «Хезболла» и другие аналогичные группировки. Такой же список, за исключением ХАМАС, огласил и саудовский король Салман.

Упомянуть хамасовцев означало бы сделать слишком явный реверанс в сторону Израиля, чего саудовский король не может себе позволить. В то же время в речи монарха, как и во всех коммюнике, принятых в Эр-Рияде, не прозвучали традиционные для арабских и мусульманских саммитов слова о праве палестинского народа и в целом арабов на сопротивление, которое, как правило, ассоциируется с ХАМАС и ливанским движением «Хезболла», активно поддерживаемым Ираном.

Очевидно, что целью встреч в Эр-Рияде было создание антииранской коалиции. Саудовская Аравия стремилась заверить Вашингтон в том, что способна возглавить войну с терроризмом в регионе. Эр-Рияд также был бы не против вернуть себе американскую базу — это сделало бы саудовское лидерство в регионе неоспоримым и помогло поддержать стабильность режима.

Катарский эмир в Эр-Рияде промолчал, фактически дав согласие на создание блока против Тегерана. Но спустя несколько дней, 24 мая, Информационное агентство Катара (QNA) передало сенсационное заявление эмира Тамима, в котором он среди прочего назвал Иран гарантом стабильности в регионе, а ХАМАС законным представителем палестинского народа. Особо было отмечено, что Доха одинаково преуспела в выстраивании отношений как с Ираном, так и с США, а находящаяся в Катаре американская военная база Аль-Удейд не только ограждает катарцев от поползновений со стороны соседей, но и является единственной возможностью для США сохранить военное влияние в регионе. Попутно эмир подчеркнул, что Катар несправедливо подвергся нападкам и обвинениям в связях с террористами.

Буквально через несколько минут после того, как слова эмира разошлись по всем мировым агентствам, QNA заявило, что его сайт и соцсети были взломаны и ничего подобного глава государства не говорил. Но арабские СМИ (в первую очередь те, что спонсирует Саудовская Аравия) и региональные политики на протяжении суток продолжали комментировать слова эмира так, как будто никаких опровержений не было. На официальном уровне Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет заблокировали доступ к информационным ресурсам Катара, включая сайт телеканала «Аль-Джазира». А в западных СМИ продолжилось обсуждение, насколько верным союзником США является Катар.

В тот же день, когда разгорелся хакерский скандал, в США на семинаре по вопросам безопасности, организованном Фондом поддержки демократии, состоялась дискуссия, посвященная связям Катара и «Братьев-мусульман». Там бывший министр обороны США Роберт Гейтс заявил, что раньше на Западе не придавали значения связям «Братьев-мусульман» с другими экстремистскими группировками, но после саммита в Эр-Рияде США необходимо отправить к эмиру Катара посланника со списком деятельности, которую Доха должна прекратить, иначе ее отношения с Вашингтоном будут пересмотрены.

Кто стоит за хакерской атакой на катарское агентство, до сих пор неизвестно. Так же как нет доказательств, что это вообще была хакерская атака. Данные расследования, которое, согласно источникам AFP, Катару помогает проводить ФБР, предполагалось опубликовать на этой неделе.

Впрочем, заявление эмира, даже оказавшись официально фейком, было удобно всем — и тем, кто хотел начать информационную войну против Катара, и самой Дохе, которая получила шанс высказаться о нападках в свой адрес и одновременно дать понять Тегерану, что у нее нет намерений вступать в конфронтацию.

Но теперь конфликт перешел в новую фазу. Катару сказали: или ты с нами, или против нас. И никаких отговорок быть не может. Вопрос, что выберет Доха — испугается блокады и поддастся шантажу, или, напротив, случившееся подтолкнет ее к еще более активной политике в регионе. Первая реакция Катара была очень сдержанной.

Неидеальный Ближний Восток

Кризис в Персидском заливе обеспокоил Вашингтон. Фактически раньше самих катарцев разрыв отношений прокомментировал госсекретарь США Рекс Тиллерсон. Он призвал арабов сесть за стол переговоров и разрешить все разногласия. Госсекретарь признал, что раздражение между арабскими странами Персидского залива появилось уже давно и разрыв дипотношений — это способ решить все вопросы и расставить точки над «и».

США конфликт не нужен. Это подрывает идеальную картину Ближнего Востока, нарисованную в ходе визита Трампа, когда арабские страны объединяются в едином порыве против террористов и сами за свои деньги побеждают всех «плохих парней», а потом еще и мирятся с Израилем. Никто не учел, что у 55 стран, чьи представители приехали в Эр-Рияд для встречи с Трампом, слишком разные интересы. Разрыв с Катаром показал, что единства нет даже внутри такой небольшой организации, как Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива. Что уж говорить обо всех арабских и тем более исламских странах. Ни арабское НАТО, ни арабская военная коалиция на долгосрочной основе невозможны.

Если конфликт будет разрастаться, то не только Катару придется решать вопрос, кто его союзники, но и США. Обвинения в адрес Катара, которые звучат в объяснениях о разрыве отношений, не оставляют Вашингтону возможности и дальше поддерживать связи с Дохой, тем более оставлять на катарской территории военную базу. Как можно вести борьбу с ИГ и «Аль-Каидой», базируясь в стране, которую обвиняют в поддержке этих структур?

Соседи Катара — Саудовская Аравия, Кувейт и ОАЭ — за последние годы тоже не избежали обвинений в поддержке этих и других террористических организаций, действующих не только на Большом Ближнем Востоке, но и в США и в Европе. О связях «Аль-Каиды» и Саудовской Аравии написаны тома. До сих пор идут споры, чье детище ИГ (возникшее из иракского подразделения «Аль-Каиды»), а чье «Джебхат ан-Нусра» — еще одно ответвление «Аль-Каиды», воюющее в Сирии. Одни эксперты считают, что ИГ по неофициальным каналам спонсируют саудовские исламские фонды, а «Ан-Нусру» в большей степени катарские; другие утверждают, что все наоборот. Дамаск в равной степени обвинял в поддержке террористов на своей территории Катар, Саудовскую Аравию и Турцию.

Теперь Эр-Рияд и его союзники пытаются все свалить на катарцев. И у них это может получиться, учитывая многомиллиардные контракты, которые подписали в ходе визита Трампа саудовские и американские компании. Эр-Рияд слишком выгодный союзник, чтобы его терять. А вслед за Катаром, как считают некоторые эксперты, придет и очередь Ирана. Но это возможно только при условии, что Трамп однозначно отвернется от Катара, к чему и ведут многие лоббистские силы в Вашингтоне.

Но и у Катара есть ресурсы сопротивляться изоляции. В этом году Катар стал крупнейшим поставщиком сжиженного газа в Египет, зависят от катарского газа ОАЭ и Кувейт. Безусловно, они могут рассчитывать на альтернативные поставки, но вот понравится ли необходимость менять поставщика Японии или Индии, которые являются крупнейшими импортерами катарского СПГ? Пока арабские страны не ввели морскую блокаду Катара, и катарцы заверяют японскую сторону, что никаких проволочек с исполнением контрактов не будет.

Вопрос, решатся ли арабы блокировать выход морского транспорта из Катара в Персидский залив. Это была бы слишком высокая цена для мировой экономики. И для этого нужно действительно создать Катару страны из оси зла, наподобие Ирана.

Впрочем, до сих пор, когда дело доходило до бизнеса, арабские страны находили компромиссы с кем угодно, в том числе и с Тегераном. Примером этому служат последние договоренности о ценах на нефть внутри ОПЕК. Но все же конфликт в Персидском заливе дает повод для беспокойства. Война никому не нужна, а значит, это просто шантаж и передел власти в регионе. Наивно надеяться, что если Катар сойдет с политической арены, то это решит все проблемы Ближнего Востока и приведет к победе над терроризмом.

Марианна Беленькая