Встретил Гамлета — доставь в отдел

В истории с арбатским мальчиком многих удивила необъяснимая жестокость полицейских. Удивляться нечему — они действовали по шаблону

Типовой случай

Мальчик читает Шекспира на улице, к нему подходят полицейские, забирают его, волокут в машину, мальчик орет, за него вступается мачеха, ее отталкивают — это видео уже две недели вызывает бурю эмоций в интернете.

Сейчас эта история приближается к развязке: Следственный комитет проверит, нет ли в действиях мачехи состава статьи 318 УК — «Применение насилия в отношении представителя власти» (до пяти лет), а полиция — по заявлению матери ребенка — проверит, нет ли в действиях мачехи состава статьи 151 УК — «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий» (до четырех лет).

В этом логика системы. Основным объектом полицейского контроля в семье у нас является родительская ответственность.

Если кто-то подумал, что случилось нечто экстраординарное — надо же, тащить в участок за чтение «Гамлета»! — то это не так. Мы с вами наблюдали типовую практику — именно так полиция поступает всегда с несовершеннолетними, к которым она сама или окружающие граждане имеют претензии.

Если у ребенка нет с собой документов, и рядом с ним нет юридически ответственного за него взрослого, то доставление в отдел — шаблон действий полицейского. Увидел попрошайку или хулигана, или потерявшегося ребенка —посади в машину и отвези в отдел.

При чем тут женщина

Но был в задержании нашего «чтеца» и нетиповой момент, а именно участие в его задержании инспектора подразделения по делам несовершеннолетних (ПДН).

Полиция представляет ситуацию как случайную: ехал патруль, увидел ребенка, отреагировал как положено.

Но за годы наблюдений за работой полицейских я еще ни разу не видела патруль, в котором в обычном порядке присутствовала бы инспектор ПДН. Обычно инспектор работает в отделе и получает ребенка от патруля по рапорту для дальнейших разбирательств. Да и стиль одежды женщины-лейтенанта — офисный, на каблуках, — свидетельствует о том, что она в патруле оказалась ненадолго.

похоже, доставить ребенка в отдел предполагалось изначально. поэтому к патрулю и присоединилась инспектор

Меня это наталкивает на мысль, что полиция изначально собиралась «срубить палочку»— завести дело о вовлечении в попрошайничество. Из сообщений СМИ мы знаем, что полиция уже проводила с мальчиком воспитательные беседы. Предположу, что доставить ребенка в отдел предполагалось изначально. И чтобы чего не вышло, к патрулю присоединилась инспектор.

Время юристов

И вот молодая женщина в форме спокойно наблюдает за тем, как ее коллеги волокут орущего мальчишку. Она что, с детьми обращаться не умеет? Или задача успокоить-утешить не входит в ее служебные обязанности?

Читайте также Палки важнее людей Российская полиция работает не на людей, а на показатели — так называемые «палки». Поэтому на одни преступления она закрывает глаза, а другие даже сама фабрикует

Тут надо понимать, как устроена сама служба.

ПДН (в советское время — детская комната милиции) есть в каждом отделе полиции. Обычно это самое уютное пространство — здесь обязательно будет оборудовано спальное место (диван или кресло), по полкам будут расставлены игрушки, иногда даже живет всякая живность (хомячки, птицы, рыбки). Инспекторы приносят из дома еду не только для себя — в холодильнике всегда есть лишняя порция на случай, если доставят голодного ребенка.

Сотрудники работают как социальная служба от МВД — устраивают благотворительные сборы по отделу на учебники и форму своим подучетным, а под Новый год, нарядившись Снегурочками и нарядив своих коллег Дедами Морозами, развозят подарки тем, кому родители их не купят.

Почти все сотрудники ПДН — женщины. До реформы 2011 года сюда брали работать кандидатов с педагогическим образованием, но можно было устроиться и с медицинским. Тогда большинство должностей инспекторов ПДН содержалось за счет региональных и муниципальных бюджетов. Инспекторов было много, они распределялись «по направлениям»: одни курировали школы, другие — неблагополучные семьи.

в инспекторы по делам несовершеннолетних сегодня берут не педагогов, а юристов. работать с детьми они не умеют

С 2012 года все эти штаты были сокращены, а финансирование полиции осталось только федеральное. И сегодня служба состоит исключительно из «зональных» инспекторов, то есть тех, кто работает по всем направлениям сразу на определенной территории. Обычно в крупных и средних городах на одного инспектора ПДН приходятся два-три административных участка и, следовательно, столько же участковых. Те выявляют неблагополучных подростков, а ПДН работает с ними и с их родителями.

Одновременно с сокращением штатов в 2012 году изменились и кадровые приоритеты — теперь предпочтение отдается специалистам с юридическим образованием. В службу пришло молодое поколение инспекторов — юридически подготовленных, умеющих работать с документами, но не с детьми. Поскольку это обычно молодежь, которая собственными детьми обзавестись не успела, то учиться работать с детьми и подростками им приходится на месте и в контексте тех установок, которые транслирует начальство.

Работа на «палки»

А установки с каждым годом все более и более репрессивные. Если до сокращения штатов инспекторы занимались профилактикой — у них было больше времени для бесед с «неблагополучными», то сейчас за ними остался только контроль нарушителей (просто «неблагополучными» занимаются теперь школа и социальная служба).

Читайте также Полицейский выше судьи Если в России в отношении тебя возбуждают уголовное дело, шансов быть оправданным в суде нет. Почему так? Неужели органы и сегодня не ошибаются?

То есть главная задача инспекторов — фиксация преступлений и правонарушений и наказание за них. Как результат, важным показателем эффективности работы сотрудника ПДН является число отработанных материалов и их результативность — количество составленных административных протоколов и раскрытых уголовных дел.

Уголовных дел, впрочем, на долю ПДН выпадает немного. Инспектор помогает следователю собирать свидетельские показания, а в одиночку работает по достаточно очевидным имущественным и насильственным делам — подросток украл телефон, велосипед, подрался.

Отчитывается инспектор прежде всего по административной практике. Его работу оценивают по количеству и качеству протоколов о правонарушениях. Как раз такой протокол — о «ненадлежащем исполнении родительских обязанностей» — и составлен в отношении отца «арбатского Гамлета».

ребенок нужен полиции прежде всего для того, чтобы завести дело на родителей

К этому протоколу инспектор теперь должна будет приложить 10-20 листов документов — рапорт, показания свидетелей, характеристики из учебных заведений, акт обследования семейно-бытовых условий, медицинские документы (если есть) — и сдать все это хозяйство в Комиссию по делам несовершеннолетних, где и будет принято решение о санкциях — обычно это небольшой штраф — 100-500 рублей.

Дальше, если граждане родители «не исправятся», будет составлен второй протокол и выписан второй штраф. После трех лет интенсивного контроля семьи комиссия обычно принимает решение о гражданском иске органов опеки в суд по лишению родительских прав.

Москва, 26 мая. Встреча «Гамлета» с полицией вряд ли была случайной. В обычные патрули инспекторы по делам несовершеннолетних не выезжают — тем более на каблукахФото: предоставлено очевидцем

В случае нашего «чтеца» очевидно, что интерес к ребенку, с которым, по словам отца, несколько раз полицейские проводили профилактические беседы, состоял в том, чтобы оформить на его родителей либо административный протокол, либо, если материалы соберутся удачно, уголовное дело. И заработать «палку» в отчетность.

Работа на бумагу

Что еще требуется от инспекторов ПДН, кроме «палок»? Как и от всех других полицейских, от них требуется куча бумаг — журналов, дел и карточек. По оценкам самих инспекторов, на заполнение бумаг уходит не меньше половины их рабочего времени.

Сотрудник службы не только отчитывается рапортом о работе, он также вкладывает или вписывает в определенные дела и картотеки всю информацию о проделанных за день действиях. То есть любая его беседа с подростком или визит в семью отражается как минимум в двух документах — рапорте и журнале, или деле, или карточке.

Подробная картотека ведется на объекты учета (на каждое учебное заведение на территории, на каждую семью или подростка, состоящих на учете) и на виды деятельности: например, есть журналы профилактических бесед, рейдов, составленных административных протоколов, журнал отказов в возбуждении уголовного дела, журнал работы с детскими лагерями, журнал отправленных предписаний и обращений и т. д. По этой документации руководители проверяют инспекторов.

Частота рейдов и обходов, профилактических бесед, инспекций и прочего задана инспектору нормативно. Например, каждую семью с неблагоприятными для детей условиями необходимо проверять ежемесячно. Однако, если в семье есть совсем маленькие дети, инспекторы делают это существенно чаще — два-три раза в неделю, чтобы убедиться, что в доме есть еда, и осуществляется уход за детьми.

Очевидно, что итоговая нагрузка зависит от того, сколько у инспектора подучетных подростков и семей. В зависимости от доли несовершеннолетних в населении, структуры занятости, количества и качества школ на одного инспектора ПДН может приходиться от 25 до 60 подучетных подростков и от пяти до 20 семей.

Инспектор с человеческим лицом

Несмотря на репрессивные установки и бессмысленную бумажную работу, служба ПДН приносит пользу людям.

Инспектор играет ключевую роль, когда власти принимают решение о судьбе конкретного ребенка и конкретной семьи (часто неблагополучной, склонной к асоциальным действиям). Он входит в комиссию по делам несовершеннолетних, без него невозможен ни один выезд в рейд представителей социальных служб.

Это буквально так: наблюдая не один раз рейды по «подучетникам», я видела, что представители опеки или администрации просто боятся заходить в дом без сотрудника полиции. Человек в форме, даже хрупкая девушка, воспринимается как защита, гарантия легитимности.

гуманизация полиции могла бы начаться именно отсюда. инспекторов надо вывести из «палочной» системы

Инспектор ПДН неформально играет роль консультанта для тех семей, которые не могут позволить себе траты на юриста или психолога.

Если в России когда-нибудь произойдет гуманизация полиции, то начаться она могла бы именно с ПДН. Хотя бы потому, что, в отличие от прочих полицейских, инспекторы ПДН часто имеют дело не с правонарушителями, а с обычными гражданами (например, при оформлении опеки).

Прежде всего ПДН должно перестать быть только инструментом наказания. Оно не делает семьи, оказавшиеся в трудной ситуации, благополучными. Важно дать возможность инспектору самому решать, где проявить строгость, а где мягкость. Но для этого придется вывести инспекторов ПДН из «палочной» системы — они не должны отчитываться протоколами о нарушениях.

Ну и, конечно, следует изменить кадровую стратегию — толковый инспектор ПДН должен быть прежде всего педагогом. Знание тонкостей уголовного и административного права здесь вторично.

подростки полиция