Чужих здесь не лечат

Спор Минздрава с Роспотребнадзором ставят под угрозу жизнь тысяч ВИЧ-инфицированных жителей столицы без московской прописки

Конструирую типичную ситуацию. Житель далекой российской провинции приехал на заработки в Москву. Живет, работает, шлет деньги домой в регион, где зарплата в 12 тысяч считается за зарплату. Короче, выживает этот человек и его семья в предлагаемых страной обстоятельствах изо всех возможных сил. И вот у этого человека, который у страны не попрошайничал, налоги платил, детей растил и родителей не бросил, обнаруживается положительный ВИЧ-статус.

Этому человеку, чаще всего молодому — то есть до 40 лет, жизнь дорога не только как дар Божий, но и как ресурс собственной ответственности перед близкими, которых он подвести не может. И до мая нынешнего года он — чужак в Москве со своим ВИЧ-статусом — знал, куда идти, чтобы получить медицинское консультирование и таблетки антиретровирусной терапии (терапии, которая тормозит разрушительную силу ВИЧ-инфекции и делает человека неопасным для окружающих). Место это, многие годы помогавшее нетитульным москвичам, — Федеральный центр по профилактике и борьбе с распространением СПИДа Роспотребнадзора под многолетним руководством главного российского специалиста по ВИЧ, академика Вадима Покровского.

Несколько дней назад академик Покровский официально заявил, что дальше лечить «неместных» у него нет полномочий, и поэтому больше тысячи человек, получавших в центре лекарства, с августа эти лекарства получать не будут.

Он заметил, что довольно странно лишать препаратов организацию, которая в течение 30 лет работала над методологией лечения ВИЧ-инфекции в России. Но это академик сказал, ссылаясь на здравый смысл и собственный врачебный стаж и опыт, аналогичных которому нет в стране ни у кого.

Но это разве аргумент для чиновников?

Минздрав, в свою очередь, ссылается на то, что теперь у Роспотребнадзора, в чьем ведомстве находится федеральный центр по СПИДу, нет полномочий по медико-санитарному обеспечению граждан. А ВИЧ-инфицированные граждане смогут получать помощь в Московском городском центре по борьбе со СПИДом. Однако, согласно ответу департамента здравоохранения Москвы на запрос главы Роспотребнадзора, МГЦ СПИД вправе отказать иногородним гражданам в прикреплении.

Сейчас на диспансерном наблюдении в Центре Покровского состоят 1,2 тысячи пациентов, терапию получают 989 человек. Есть пациенты из дальних регионов России — с Дальнего Востока, Урала, из Сибири.

То есть получается, что в стране, стоящей, по оценкам ВОЗ, на грани эпидемии ВИЧ, больше тысячи ВИЧ-инфицированных оказываются без гарантированной помощи. Чиновники утверждают, что помощи этих людей никто не лишает — они просто должны получать ее по месту постоянной регистрации. Это означает, что нужно бросать работу в Москве и возвращаться на малую родину со всеми вытекающими перспективами, а точнее — потерями.

И что, в Минздраве реально считают, что эти заболевшие люди действительно отправятся лечиться по месту прописки?

Возникает вопрос: а столь же легким было бы ведомственное решение, если бы речь шла о тысяче холерных больных? Это тоже смертельная инфекция, к тому же здорово заразная. Им бы тоже посоветовали уезжать на родину лечиться или срочно бы приняли меры?

Между тем даже незначительное прерывание антиретровирусной терапии может значительно ухудшить состояние человека и, что еще страшнее, выработает резистентность, то есть нечувствительность к препарату, который принимал инфицированный. По оценкам Покровского, общее число ВИЧ-положительных иногородних граждан в столице может составлять до 20 тыс. человек. При этом к московскому центру СПИД прикреплены только 1087 немосквичей, половина из них получает лекарства.

В Минздраве же ссылаются на то, что проблема с лекарственным обеспечением приезжих пациентов в регионах страны должна решиться, когда заработает федеральный регистр пациентов с ВИЧ.

А утверждение Минздрава, что люди с ВИЧ из Федерального центра смогут получать помощь в Московском центре по борьбе со СПИДом, выглядит очень сомнительно. Ни один из тех пациентов, которые подавали в суд из-за отказа в лечении там, суд не выиграл.