Нравственность и демография. Как Россия объясняла в ЕСПЧ, что закон о гей-пропаганде — полезный

20 июня Европейский суд по правам человека решил, что российские власти должны выплатить компенсации трем защитникам прав ЛГБТ, которых в разные годы штрафовали по обвинениям в так называемой гей-пропаганде. ЕСПЧ признал, что истцы подверглись дискриминации, а их право на свободное самовыражение оказалось нарушено. Несмотря на то что суд рассматривал конкретные эпизоды, во время разбирательства стороны, по сути, спорили о том, насколько российские запреты на «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних» сочетаются с европейской Конвенцией о защите прав человека. Из всех судей против проголосовал только судья из России. «Медуза» кратко пересказывает доводы сторон.

Суть иска

ЕСПЧ объединил похожие иски от трех россиян — Николая Баева, Алексея Киселева и Николая Алексеева. В разные годы их штрафовали после уличных акций в защиту прав гомосексуалов — активистов обвинили в «публичных действиях, направленных на пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних». Соответствующие законы в России начали принимать на региональном уровне с 2006 года; в 2013-м Владимир Путин подписал федеральный закон. Истцы утверждали, что этот запрет носит дискриминационный характер и нарушает их право на свободу выражения мнения, гарантированную Европейской конвенцией о правах человека и Конституцией России.

Что говорили представители России

Свободу на выражение мнения гарантирует 10-я статья европейской Конвенции о защите прав человека. Во второй части этой статьи сказано, что государство может ограничивать эту свободу своими законами, если это нужно, в частности, в интересах «охраны здоровья и нравственности» и «защиты прав других лиц». И это ровно тот случай, настаивает Россия. Если сравнивать однополые отношения с традиционной семьей, они чаще ведут к разным заболеваниям — особенно это касается ВИЧ-инфекции. Еще однополые отношения сдерживают рост населения.

Активисты пытались создать в сознании детей привлекательную картинку однополых отношений и исказить их взгляд на традиционные семейные ценности. Таким образом они вторглись в нравственное и духовное развитие детей. И еще нарушили права родителей — они сами должны решать, как воспитывать своих детей, чему и как их учить.

ЕСПЧ уже принимал решения, подтверждающие правоту России, — например, о законности законодательных мер защиты несовершеннолетних от педофилии и инцеста.

Что решил Европейский суд

Представители России так и не объяснили, каким образом свобода выражения мнений по вопросам, связанным с ЛГБТ, может повредить «традиционным ценностям». Нет никакого противоречия между общественным принятием гомосексуальности и семейными ценностями — особенно если учесть, что в последнее время однополые отношения все чаще рассматриваются в рамках понятия «семейной жизни». Наоборот, в ЕСПЧ постоянно обращаются представители ЛГБТ-сообщества, которые хотят получить право вступить в брак или усыновить детей. Защищая семейные ценности, государство обязано учитывать перемены, которые происходят в обществе, — в том числе и тот факт, что человек может по-разному устраивать свою личную и семейную жизнь. ЕСПЧ последовательно осуждает действия и решения государств, которые направлены на предвзятое отношение гетеросексуального большинства к гомосексуальному меньшинству. Никакие традиции не могут этого оправдать — это ничуть не лучше, чем дискриминировать людей по цвету кожи или происхождению. Любые попытки провести параллели между гомосексуальностью и педофилией (как это делают представители России в своих отсылках) совершенно неприемлемы.

Что касается здоровья, в лозунгах истцов не было ничего, что могло бы склонить людей к безрассудному поведению, способному навредить здоровью. В любом случае запрет выражать мнение по вопросам, связанным с темой ЛГБТ, едва ли может снизить риски для здоровья граждан. Как раз наоборот: распространение знания о половой и гендерной идентичности, о сопутствующих рисках и методах защиты — важнейшая часть заботы о здоровье общества.

Столь же сложно понять, как «пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений» мешает добиться роста населения — вернее, как введение такого запрета поможет достичь нужных демографических показателей. Рост населения связан с большим количеством разных факторов, и самые очевидные из них — экономическое процветание, гарантии безопасности и наличие условий для того, чтобы вырастить ребенка.

Обсуждаемые законы направлены на защиту детей, и Конституционный суд РФ подчеркивает, что нейтральные высказывания — без признаков пропаганды — не должны рассматриваться как нарушение. Таковыми КС считает высказывания, которые «не направлены на формирование предпочтений, связанных с выбором нетрадиционных форм сексуальной идентичности…» Тем не менее лозунги истцов «гомосексуальность — не извращение» и «гомосексуальность — это естественно» российские суды посчитали пропагандой. Одного из истцов оштрафовали за пикет перед зданием администрации Санкт-Петербурга — это место не предназначено специально для детей.

Представители России так и не представили научных доказательств, что человек может изменить сексуальную ориентацию под внешним влиянием. Никакие действия истцов не могли помешать родителям воспитывать их в соответствии со своими религиозными и философскими воззрениями. Детей нужно беречь от гомофобии.

Принимая такие законы, власти поощряют гомофобию, и это несовместимо с принципами равенства, плюрализма и толерантности, принятыми в демократическом обществе.

Александр Борзенко, Денис Дмитриев