Из театра – в декрет

Новосибирский театр оперы и балета на минувшей неделе вновь оказался в центре скандала. Его директор Владимир Кехман неожиданно ушел в декретный отпуск, передав полномочия бывшему менеджеру пивоваренной компании "Балтика" Снежане Любарь. Местные поклонники оперы и балета, между тем, еще не отошли от скандалов, которые сопровождают театр последние годы: запрет оперы "Тангейзер", скандальный ремонт здания театра, не менее скандальные заявления директора в адрес всех недовольных его деятельностью на новом посту. И вот новый неожиданный поворот – декретный отпуск спустя два с половиной года после назначения.

Увертюра

Владимир Кехман был назначен да должность Новосибирского театра оперы и балета 29 марта 2015 года. Появление "верующего, крещеного, православного и еврея" (а именно так самоидентифицирует себя Кехман) в Новосибирске было для города полной неожиданностью. И произошло это на фоне скандала вокруг постановки режиссером Тимофеем Кулябиным оперы "Тангейзер".

В 2015 году православная общественность возмутилась современной трактовкой Рихарда Вагнера – по их мнению, версия Тимофея Кулябина оскорбляла чувства верующих.

Прокуратура даже возбудила административные дела против режиссера и директора театра Бориса Мездрича. Произошло это после заявления митрополита Новосибирского и Бердского Тихона, который саму оперу не видел:

– Я по поводу "Тангейзера" написал, что там нарушаются права верующих людей, используется не по назначению церковная символика. Верующие люди возмущены. Те, кто посмотрел постановку, пишут письма, звонят по телефону и просят как-то посодействовать соблюдению закона, – пояснял тогда митрополит.

Суд состава правонарушения в деятельности театра тогда в итоге не нашел, но православных активистов это не остановило. Они устраивали "молитвенные стояния" у входа в театр перед началом спектаклей. Поклонники Кулябина выходили на митинги поддержки, но защитить режиссера и "Тангейзер" им не удалось: спектакль из репертуара убрали, а Бориса Мездрича уволили. На смену ему и был назначен руководивший в тот момент Михайловским театром Владимир Кехман, который постановку Кулябина осудил еще до своего назначения:

Это демонстрация внутреннего нечестия в стиле и духе союза воинствующих безбожников

– Мой учитель Елена Васильевна Образцова часто повторяла: "Я пою только потому, что Господь дал мне талант, а без Господа я никто". То, что было сделано в Новосибирском оперном театре, – это кощунство. Это демонстрация внутреннего нечестия в стиле и духе союза воинствующих безбожников. Не скрою, я разговаривал с Мездричем, и он мне сказал, что спектакль этот не отдаст и пойдет до конца. Считаю, что он обязан подать в отставку, а спектакль нужно снять с репертуара, – говорил тогда Кехман.

Заняв место Бориса Мездрича, он снял "Тангейзер" и первым делом решил переименовать театр. Со свойственным Кехману размахом он планировал назвать вверенное ему учреждение культуры Большим театром Сибири, но тут возмутилось руководство московского Большого, и театр в итоге был переименован в НОВАТ – Новосибирский академический театр.

Банановый банкрот

​Новосибирские театралы тем временем с удивлением знакомились с причудливой биографией нового назначенца, который не только руководил Михайловским театром, но и ранее занимался импортом фруктов в Россию. Причем компания JFC, бенефициаром и основателем которой Кехман и являлся, была одной из крупнейших в стране. Кехмана тогда так и называли – "банановый король".

Но король оказался голым: в 2012 году JFC объявила себя банкротом. Сразу несколько банков, включая Сбербанк и ВТБ, обратились в суд с обвинениями топ-менеджеров в хищении средств. Владимир Кехман, правда, свое участие в деятельности компании в эти годы отрицал: по его словам, он занимался театром, а не бизнесом.

Запонки с драгоценными камнями пришлось продать за 70 тысяч рублей, а икону с образом святого Николая Чудотворца – за 115 тысяч

Параллельно развивалась история и с личным банкротством Кехмана. В октябре 2015 года тот же Сбербанк подал иск в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с просьбой признать Владимира Кехмана банкротом: только Сбербанку он задолжал больше 4 миллиардов рублей. В 2016-м этот иск суд удовлетворил. Часть имущества банкрота уже пущена с молотка: запонки с драгоценными камнями пришлось продать за 70 тысяч рублей, а икону с образом святого Николая Чудотворца – за 115 тысяч. Однако, как оказалось, все эти злоключения не помешали назначению Владимира Кехмана на пост руководителя Новосибирского театра оперы и балета.

Мы наш, мы новый мир построим

В Новосибирске Кехман сразу же затеял грандиозный ремонт, в результате которого театр изменился до неузнаваемости. Фойе, например, он распорядился покрасить в ярко-красный цвет, не обращая внимания на ворчание новосибирских театралов, посчитавших, что вход в театр теперь больше напоминает казино.

На первой и пока единственной публичной встрече Кехмана с общественностью города в феврале 2016 года новый руководитель театра с гордостью говорил о ремонте фойе, а также туалетных комнат во вверенном ему заведении.

Но общественность продолжала относиться к Кехману с недоверием:

Ничего в театре не сделано положительного, все остальное ­– это пошлость, цирк и балаган: и шторки как в похоронном бюро висят на окнах

– Больше ничего в театре не сделано положительного, все остальное ­– это пошлость, цирк и балаган: и шторки как в похоронном бюро висят на окнах, – говорила тогда одна из участниц этой встреч.

В 2016 году Управление по государственной охране объектов культурного наследия Новосибирской области заявило, что работы по реконструкции театра велись без разрешения и даже без проектной документации. Кехман это признал:

– Вся ответственность лежит на мне, что мы начали работать без разрешения. Мы это сделали по одной простой причине: у меня был такой опыт в Михайловском театре. И я считаю, что идеологически театр и должен выглядеть именно так, как сейчас, – заявил Кехман.

Между тем ремонтные работы в здании театра до сих пор не закончены. И как считает координатор общественного движения "Искалеченный Новосибирск" Олеся Вальгер, ведутся они по-прежнему с нарушениями:

В театре всё еще не подписан акт приемки пожарной охраны, не выполнены предписания управления по охране объектов культурного наследия​

– В театре всё еще не подписан акт приемки пожарной охраны, не выполнены предписания управления по охране объектов культурного наследия, – говорит Вальгер. – На восемь колонн первого этажа положили 30 тонн металлоконструкций, оформив их как "оборудование", в основном зале полная ерунда с проходами и партером. И это неполный список того, что случилось с театром.

Однако за все нарушения при реконструкции Владимир Кехман отделался штрафом в 100 тысяч рублей и приступил к ремонту концертного зала. Новосибирские архитекторы тут же забили тревогу, указав на то, что работы ведутся в несоответствии с правилами безопасности и опасны для несущих конструкций здания. Была даже составлена жалоба в прокуратуру, но ремонт продолжился. Как заявлял тогда один из авторов жалобы, председатель комиссии по профессиональной этике Новосибирского союза архитекторов Геннадий Гаврилов, Кехман "провел грубый ремонт зрительской части здания, коренным образом изменив ее интерьеры, нарушив пожарную безопасность, разрушив концертный зал в обход федерального законодательства о госохране памятников".

Состоялись очередные судебные разбирательства, которые вновь закончились для Кехмана лишь штрафом – на этот раз в 125 тысяч рублей. Одновременно со строительными работами новый директор менял репертуар: убирал старые постановки и ставил новые, часть из которых он переносил из своего же Михайловского театра. Так в НОВАТе появились балеты "Чиполлино" и "Спартак". Поменялся и состав труппы: из театра ушел главный дирижер Айнарс Рубикис и художественный руководитель балета Игорь Зеленский.

По мнению Ирины Ульяниной, члена Ассоциации театральных критиков России, театр за эти пару лет больше потерял, чем приобрел:

Было выпущено рекордное количество постановок, ни одна из которых не стала событием в искусстве или малейшей новацией

– За первый сезон с Кехманом было выпущено рекордное количество постановок, ни одна из которых не стала событием в искусстве или малейшей новацией. Нет ничего по части создания своего репертуара, определяющего реноме театра, – отмечает Ульянина. – Просто идет копирование афиши Михайловского театра со все теми же приглашенными звездами, с той же постановочной командой. Второй сезон оказался столь же малозначителен для развития трупп коллектива.

А театральный критик Ирина Яськевич разгромила недавнюю постановку «Пиковой дамы» в НОВАТе:

– Одна из самых мистических, многозначных и мрачных русских оперных партитур превращается в примитивную и бессмысленную карточную игру, какой, собственно, и был "фараон", в который играли герои повести Пушкина, а вслед за ними и оперы Чайковского. Боюсь только, что театр, как и Германн, обдернулся.

Но Владимир Кехман всем критикам отвечает просто: продажа билетов в театр возросла, а значит, зритель голосует за театр:

– Когда я принял этот театр, на опере заполняемость была меньше 50 процентов. Всегда. Последние годы. Мне жаловались артисты, что они пели, когда сидели 30 человек. Сейчас та статистика, которая уже есть, по количеству проданных билетов – мы продаем приблизительно в день от 1 до 1,5 тысяч билетов. Я даже представить себе не мог, что будет такой спрос. Все цифры, о которых я мечтал, в два раза на сегодняшний день больше, нежели я мечтал, – ​говорит Кехман.

Взрослые здоровые трудоспособные граждане должны поддержать себя сами. Что бы ни говорили наши оппоненты об интерьерах

Министерство культуры, как кажется, тоже поддерживает Кехмана, ссылаясь на хорошие показатели театра: "Доходы от платных услуг увеличились, отчитались в министерстве, со 151 миллиона рублей в 2014 году до 232 миллионов рублей в 2016 году. Средняя зарплата сотрудников театра выросла с 43 600 до 49 000 руб. Заполняемость залов выросла с 72% до 80%". При этом в таких отчетах обычно не упоминается рост цен на билеты. В Новосибирске по этому поводу возмущаются многие, но руководство театра всегда отвечало на такую критику достаточно резко.

– Мы считаем, что взрослые здоровые трудоспособные граждане должны поддержать себя сами. Что бы ни говорили наши оппоненты об интерьерах, то, что театр стал удобным для зрителя, признают все. А вот за это можно и нужно платить. За ужин пять тысяч – нормально, а за пищу духовную – дорого? – ​возмущалась в 2015 еще году Светлана Наборщикова, в то время заместитель генерального директора.

Сегодня ценовая политика НОВАТа такая: на балет "Лебединое озеро" на 11 июля самый дешевый билет можно купить за 500 рублей, самый дорогой – за 5 тысяч. Раньше цены начинались от двухсот рублей. Особенно недорого приобщиться к культуре можно было на третьем ярусе, где билеты часто и вовсе стоили по 100 рублей. Но он был закрыт еще в 2015 году якобы из-за обнаруженного там грибка, который вывести за два года так и не удалось.

Бесконечные скандалы и недоразумения вокруг НОВАТа отвратили от него многих завзятых новосибирских театралов.

К сожалению, для меня оперный театр сейчас место, в котором мне и моему городу разбили сердце, так что ходить спокойно и радостно у меня туда не получается

– Я сейчас не хожу в оперный потому, что там все наполнено какой-то грязью. Постоянные разборки, скандалы. Премьеры, которые не вызывают искреннего интереса, так как за ними всегда стоят какие-то сплетни. К сожалению, для меня оперный театр сейчас место, в котором мне и моему городу разбили сердце, так что ходить спокойно и радостно у меня туда не получается. Мы все надеялись на хорошее, а сейчас этой надежды нет, – говорит Ольга Стволова, театрал и руководитель интеграционной художественной студии "Особенный ТИП".

Многие противники Кехмана в Новосибирске надеялись, что директор покинет театр после процедуры банкротства. Ближайшее заседание по этому процессу Кехмана в Арбитражном суде назначено на 13 июля. Процедура банкротства завершится в течение ближайших 2–3 месяцев. После чего по закону Кехману будет запрещено занимать руководящие посты в течение трех лет. Но на эти три года у господина Кехмана явно свои планы: трудовое законодательство запрещает увольнять работника, который находится в отпуске по уходу за ребенком.

Шах и мат

В апреле у Владимира Кехмана родилась дочь. Это четвертый ребенок у директора оперного театра и первый у его нынешней жены, светской львицы Иды Лоло. Но в декрет неожиданно ушла не она, а сам Кехман. По закону здесь все правильно: отпуск по уходу за ребенком может взять как мать, так и отец. И уволить находящегося в декрете человека никак нельзя. Опять же, по трудовому законодательству.

Новость о Кехмане в декрете распространилась по Новосибирску молниеносно. Но еще больше поразило всех то, кто стал исполнять обязанности директора на время отпуска. А заменять его осталась Снежана Любарь, которая раньше работала региональным менеджером по персоналу в пивоваренной компании "Балтика". Первой об этом в фейсбуке сообщила депутат городского совета Наталья Пинус. Она достаточно эмоционально описала ситуацию и назвала её "новосибирским оперным абсурдом":

– На мой взгляд, Новосибирский театр оперы и балета серьезным образом деградировал за последние пару лет. Если раньше он был в творческом авангарде не только в стране, но и в мире, ставил яркие новаторские постановки, открывал новые имена в театральном искусстве, то теперь наш театр известен скорее как скандальное место, – заявила Наталья Пинус.

Впрочем, прозвучали и другие оценки происходящего. По мнению Сергея Самойленко, литератора и главного редактора новосибирского интернет-портала "Сиб.фм", ничего страшного пока не случилось:

Меня по-настоящему порадовало, что директор Новосибирского оперного ушел в отпуск по уходу за ребенком. Согласитесь, в России отцы в таких отпусках практически не бывают. Очень прогрессивно!​

– Меня по-настоящему порадовало, что директор Новосибирского оперного ушел в отпуск по уходу за ребенком. Согласитесь, в России отцы в таких отпусках практически не бывают. Очень прогрессивно! – говорит Сергей. – Если же серьезно, то отсутствие директора в театре не представляет большой проблемы – сегодня можно руководить и издалека. Насколько я знаю, господин Кехман контролирует все сколь-либо значимые решения из своего прекрасного, надеюсь, далека – будь то Ницца или Сен-Тропе.

То, что Владимир Кехман находится за пределами страны, подтверждает он сам. Директор оперного уверяет, что плодотворно работает за границей и расстояние не мешает ему следить за делами в сибирском театре. Пресс-служба театра с запозданием, но все же разместила официальное сообщение на своем сайте, где было сказано, что "в информационном потоке, касающемся статуса гендиректора Владимира Кехмана в Новосибирском театре оперы и балета, мало реальных фактов, но очень много лжи​... генеральный директор физически отсутствует в Новосибирске ровно столько, сколько позволяет реальная ситуация в театре, над которой он сохраняет полный контроль".

Многих такой стиль общения руководства театра с городом возмутил.

Меня коробит, ломает, повергает в недоумение, что крупнейший наш театр, лицо города в официальных своих обращениях позволяет себе личные выпады. Это что за тон такой странный?​

– Меня коробит, ломает, повергает в недоумение, что крупнейший наш театр, лицо города в официальных своих обращениях позволяет себе личные выпады. Это что за тон такой странный? Это чей-то эмоциональный комментарий? Так пусть будет подпись. Но если это официальное обращение нашего всего – какие, к черту, кавычки, попытки съязвить и личные выпады?! Как насчет хладнокровия, профессионализма и соответствия статусу? –​ говорит ​руководитель пресс-службы Новосибирской филармонии Марина Монахова.

Однако руководство театра не видит в происходящем никакой проблемы. Как подчеркнул пресс-секретарь новосибирского оперного Виктор Титов, ничего особенного в назначении Снежаны Любарь исполняющим обязанности директора нет:

Когда руководитель куда-то уезжает, он же обязан кого-то вместе себя оставить, правильно? И точно так же здесь. Она просто присматривает за хозяйством​

– Все документы о назначении Любарь подписал сам Кехман. Когда руководитель куда-то уезжает, он же обязан кого-то вместе себя оставить, правильно? И точно так же здесь. Она просто присматривает за хозяйством. Это же хозяйственный комплекс большой, есть рабочие сцены, есть холодная и горячая вода, да много чего, вот этими вопросами она и занимается. А творческие вопросы всё равно решает Кехман, – отметил Титов.

Информацию о том, что документы о назначении Любарь вместо Кехмана подписаны в федеральном министерстве культуры, представитель театра опроверг. По его словам, все это пока "чисто гипотетические" вопросы. Правда, связаться с самой Снежаной Любарь, чтобы прояснить ее новый статус, пока никому не удалось. Но уже 13 июля Владимир Кехман должен вернуться в Новосибирск. Как указано на сайте театра, он примет участие в закладке "Аллеи звезд" в сквере, прилегающем к зданию оперного. Вполне возможно, что именно тогда отец в декрете все-таки объяснит, кто и как будет управлять теперь театром.

• 

  Татьяна Штабель

  Корреспондент РС в Новосибирске