Первые по изнасилованиям

Южно-Африканская Республика вновь вышла на первое место в мире по количеству совершаемых изнасилований, как женщин, так и детей и гомосексуалов обоих полов, на сто тысяч населения. Тяжкие сексуальные преступления в этой почти 49-миллионной стране происходят каждые 56 секунд, по статистике ООН, всего не менее 500 тысяч случаев в год. Президента ЮАР Джейкоба Зуму, помимо прочего, вместе с почти всем окружением обвиняют в серии изнасилований и "аморальном поведении". Почему культ грубого мачизма и мужского гендерного шовинизма в самых крайних формах так поразил именно ЮАР – в глазах всего мира пытающуюся выглядеть цивилизованной и демократической страной?

Джейкоб Зума – зулус, многоженец, ненавистник ЛГБТ, активный союзник президента России Владимира Путина в группе BRICS по выстраиванию "многополярного мира" и "альтернативного экономического пояса", лидер правящего в ЮАР непрерывно с 1994 года Африканского национального конгресса (АНК) – 8 августа танцевал и пел победные зулусские песни в связи с провалом уже девятого по счету вотума недоверия, инициированного против него оппозицией в парламенте. Однако победа впервые далась ему с большим трудом: за отставку президента проголосовали 177 депутатов местной Национальной ассамблеи, против – 198. Одним из главных обвинений против Зумы, помимо получения взяток (в том числе и от Москвы) и коррупционных связей, а также отправки в отставку министра финансов Правина Гордхана за "слишком тесные связи с США и поездки в Вашингтон", было и не доказанное до сих пор подозрение в изнасиловании дочери своего ближайшего соратника по партии.

Владимир Путин и Джейкоб Зума на саммите BRICS в Уфе. Июль 2015 года

Конституционный суд страны недавно аннулировал подписанное президентом Зумой соглашение с российской корпорацией "Росатом" о строительстве в ЮАР сразу двух АЭС – из-за "непрозрачности" сделки. Джейкоб Зума критикуется не только оппозицией, но и многими своими однопартийцами по АНК также за неспособность справиться с чудовищной безработицей (которая достигла уровня в 27 процентов, а в некоторых районах – и 50 процентов), и за попытки, по примеру диктатора соседней Зимбабве Роберта Мугабе, начать усиленную "реквизицию" земли и имущества остающихся в стране примерно 60 тысяч белых фермеров, что обернулось за последний год жестокими убийствами около полутора тысяч человек и эмиграцией почти половины оставшихся в живых.

Накануне голосования в парламенте по вотуму недоверия президенту ближайший друг Джейкоба Зумы, заместитель министра высшего образования и воспитания ЮАР Мдудузи Манана после случайной ссоры избил нескольких женщин в ресторане главного города страны Йоханнесбурга, притом что недавно он лично вместе с президентом Зумой объявил о начале в ЮАР "месяца защиты женщин от насилия" (Women's Month). Этот случай привлек всеобщее внимание, в том числе за рубежом, так как сексуальное насилие против женщин и детей, а также чудовищные нарушения прав представителей ЛГБТ-сообщества в ЮАР – тема, которая все чаще попадает в сводки новостей мировых СМИ в последнее время.

Для девочек и женщин, родившихся и живущих в Южно-Африканской Республике, вероятность стать жертвой изнасилования выше, чем вероятность научиться читать. В 2009 году было проведено исследование среди южноафриканских мужчин – каждый четвертый из тех, кто согласился говорить с социологами, признавался в том, что совершал сексуальные преступления, причем каждый второй из давших положительный ответ говорил, что насиловал женщин и девочек неоднократно.

Проститутка и сутенер. Кейптаун, 2016 год

Больше половины южноафриканских подростков рассказывают, что не считают насилием принуждение к сексу, и что jackrolling (так называют групповое изнасилование в бедных пригородах Претории и Йоханнесбурга) – это "отличное развлечение". В 2016 году в ЮАР было зафиксировано не менее 120 тысяч случаев изнасилований и сексуальных посягательств, жертвами которых стали дети и подростки в возрасте до 16 лет. Притом что сегодня Южно-Африканская Республика занимает первое место в Африке и третье в мире по уровню заражения населения ВИЧ-инфекцией (каждый седьмой-восьмой человек), в стране до сих пор не искоренен миф о том, что мужчина может избавиться от ВИЧ и даже излечиться от СПИДа в результате полового акта с юной девственницей.

В ЮАР с каждым годом также происходит все больше тяжких преступлений, убийств и изнасилований, на почве ненависти к представителям ЛГБТ-сообщества. Хотя однополые браки в стране официально были узаконены в 2006 году, именно здесь задокументировано наибольшее количество чудовищных случаев так называемых "лечебно-исправительных изнасилований" лесбиянок и геев, часто совершаемых с одобрения родственников и соседей, уверенных, что так можно сделать человека "нормальным гетеросексуалом". Сам термин "корректирующее изнасилование" родился именно в ЮАР – после группового изнасилования и жестокого убийства Эуди Симелане, южноафриканской активистки движения за права ЛГБТ и знаменитой футболистки.

О том, как живется женщинам в единственной африканской стране, входящей в "Большую двадцатку", которой правит президент Джейкоб Зума, рассказывает политолог и социолог-африканист, заслуженный профессор южноафриканского Натальского университета Ирина Филатова:

– Знаменитый архиепископ Десмонд Туту когда-то искренне предлагал метафорически называть ЮАР "радужной страной", как якобы образец, для других стран континента, мультикультурного, толерантного и многонационального общества. Как объяснить все социально-гендерные ужасы жизни в ЮАР, о которых мир слышит все чаще?

– Насчет "радужной страны" – эта фраза совершенно вышла из моды, и сейчас употребляется только с крайней насмешкой, по известным всем причинам. Причин насилия против женщин, такого их тяжелого положения в ЮАР великое множество. Южных Африк как бы две! Одна из них – развитая, современная урбанизированная страна, с передовой промышленностью, с многочисленными НКО, которые в том числе занимаются вопросами борьбы за женское равноправие. Но есть и другая ЮАР – маленьких городишек, сельских регионов, трущобных "шанти-таунов", которые расположены вокруг больших городов, страна огромной безработицы и очень больших проблем. И жизнь в этой "второй ЮАР", конечно, для женщин крайне сложна.

– Женщиной в ЮАР, неважно, белой или черной, быть тяжело? И есть ли тут еще какие-то расовые нюансы?

– Расовых нюансов как таковых в этой проблеме нет, просто положение женщин с разным цветом кожи несколько разное. Сейчас происходит очень много нападений на фермы, которыми владеют белые, и в этих случаях белые женщины, конечно, оказываются в ужасном положении, потому что их, как правило, насилуют и очень часто убивают. Преступность в стране достигла огромных масштабов! В городах, в более благополучных районах, белые женщины защищены лучше, потому что и полиция все-таки какая-то есть, и охранные системы везде в домах, и так далее. Но говорить, что положение белых женщин отличается от положения черных женщин, нельзя. Это социальные различия, не расовые.

Преступность в стране достигла огромных масштабов!

​– Я это и имел в виду, предполагая, что белым женщинам в ЮАР жить немного легче в силу замкнутой и чуть более безопасной среды обитания, в которой они чаще находятся. А вот черным женщинам совсем плохо.

– В Южной Африке сейчас появился очень большой черный "средний класс", и это благополучная черная среда, защищенная точно так же, как белые. И точно так же они испытывают те же самые трудности и боятся тех же вещей. Конечно, самая уязвимая прослойка – это беднота, как в городах, так и в деревнях, больше даже в этих самых пригородных черных "шанти-таунах", где и безработица, и полиция не действует, и где орудуют преступные банды.

– Если женщиной в ЮАР, как мы понимаем, быть очень тяжело, то членом ЛГБТ-сообщества, видимо, вообще смертельно опасно?

– О да, это действительно так. Здесь существуют огромные предрассудки против ЛГБТ-сообщества, и здесь появилось то самое "исправительное излечение" лесбиянок насильственным гетеросексуальным сексом. И очень много предрассудков, связанных со СПИДом. Особенно в начале 2000-х годов было распространено поверье насчет того, что СПИД можно вылечить, если вы совокупитесь с девственницей. Были изнасилования просто младенцев! Это продолжается в какой-то степени и сейчас, но все-таки слышно об этом немножко меньше.

Трущобы Соуэто, крупнейшего бедного поселения на окраине Йоханнесбурга. ЮАР

​– Культ грубой мужской силы, сексуального насилия, гендерного шовинизма в крайних формах, тут можно называть по-разному, это вещь неотделимая от истории всей Африки, не только ЮАР, может быть? И если да, то можно ли вообще избавиться от этого?

– Как ни странно на первый взгляд, но грубый мачизм и гендерное неравенство в развитой Южной Африке как раз тоже развиты несколько больше, чем в самых бедных и несчастных странах континента. История апартеида, история унижения черного населения, в том числе мужского достоинства черного мужчины, здесь гораздо более глубока, чем в тех странах, где апартеида не было и где колониализм длился на так долго, как в ЮАР. Нужно учитывать также еще один факт – то, что в ЮАР очень высока безработица, в том числе и в первую очередь среди молодежи – выше 50 процентов. Уровень общего образования очень низок, и много молодежи вообще просто безграмотны. Вот все это накладывает отпечаток на то, что действительно есть это извращенно-первобытное стремление доказать, проявить себя, настоять на своей собственной важности и значимости, и силе, за счет...

История унижения, в том числе мужского достоинства черного мужчины, здесь гораздо более глубока, чем в тех странах Африки, где апартеида не было

​– За счет унижения женщины?

– Да, и вообще за счет унижения кого угодно. И преступления на почве ненависти против белых, например, отчасти этим же ведь вызваны.

– Молодежь в ЮАР не застала эпоху апартеида, уже прошло почти тридцать лет. В Африке масса стран, страдающих от всех мыслимых бед и социальных недугов, где общественные взгляды, привычки, нравы находятся на самом, мягко говоря, первобытном уровне. И тем не менее оттуда не приходят в таких масштабах новости о зверствах, о которых мы говорим.

– Южная Африка в этом отношении стоит особняком. Если местное общество действительно более традиционно, чем в Южной Африке, как, скажем, в соседних Ботсване или Замбии, где традиционные социальные связи разорваны меньше, чем в ЮАР, где сохраняется социальная ткань, то там изнасилование никогда отнюдь не воспринималось как обыденный факт. Многоженство – да, пожалуйста, это культурные традиции, но изнасилование, тяжкое преступление – это все-таки совершенно другое. Южная Африка – страна более урбанизированная и индустриальная, и это значит, что те самые социальные связи здесь разрывались десятилетиями. Мужчины, которые всегда уходили на заработки на шахты, на фермы, в города, даже в годы апартеида, – это были люди, которые уже не подчинялись никакой традиционной морали, даже архаичной.

ЮАР находится на третьем месте в мире по количеству женщин, занимающих депутатские кресла в парламенте

Вообще в Южной Африке проводится очень большая кампания в защиту прав женщин. ЮАР, кстати, находится на третьем месте в мире по количеству женщин, занимающих депутатские кресла в парламенте. Власти постоянно призывают женщин сообщать обо всех случаях насилия против них. Конечно, я думаю, все равно женщин, решающихся пожаловаться на насилие любого рода, поразительно мало относительно реального количества преступлений такого рода, но все-таки эта кампания идет. Есть сообщества в социальных сетях, социальные связи, которые используются для того, чтобы сообщать о насилии. И поэтому со стороны, может быть, кажется, что разговоров на эти темы в ЮАР очень много, больше, чем в странах, где интернета меньше и телефонов меньше.

– Но мне кажется, что все равно в ЮАР любая кампания за женские права или права ЛГБТ – это гетеросексуальная мужская инициатива. Женщины всерьез сами пытаются бороться за свои права? Феминистское движение в стране – не пустой звук?

– Безусловно, это все есть, идет и сверху, из правительства, и снизу, из общества, женщины в ЮАР, конечно, за свои права борются. Здесь это движение мульти- и межрасовое, у него очень много форм, в том числе и среди африканской элиты. Но изменить укоренившуюся сексуальную культуру очень и очень трудно! Показательна такая история: Свелентини Вави, бывший президент крупнейшего Конгресса южноафриканских профсоюзов COSATU, политического партнера АНК, долго был одним из самых яростных борцов за права женщин. Но два года назад случился скандал: Вави, женатого мужчину, обвинили в изнасиловании, началось расследование. Правда, он сумел убедить следствие в том, что у него был секс с другой женщиной по взаимному согласию. Но ему пришлось публично извиняться перед женой, и его убрали с поста президента COSATU. А его конкурентом был президент другого очень крупного профсоюза NUNSA, по имени Ирвин Джи – и его через некоторое время тоже обвинили в изнасиловании! Правда, не помню, чем кончилось это последнее дело.

Андреа Дондоло, южноафриканская актриса и борец за равноправие женщин, на протестной акции в Кейптауне

​– В том, что общество болеет, всегда в той или иной степени виновата власть. Вы сказали уже, что правительство и лично президент ЮАР Джейкоб Зума предприняли кое-что, чтобы эту катастрофу как-то остановить или предотвратить. Но слова и поступки властителей почти всегда сильно различаются. По мнению очень многих, Джейкоб Зума – избежавший наказания насильник. И первый президент страны с демократической формой правления в мире, официально заявивший о приверженности традиционному многоженству, традиционным "ценностям". У него восемь жен, из них пять официальные, да?

– Сейчас уже не пять, а четыре официальные жены. Хотя в южноафриканской традиционной культуре есть много тонких различий касательно того, кто "жена", кто "не жена". То есть четыре его жены официально признаны "первыми дамами" в Южной Африке. Одна из них, Глория Бонги Нгема-Зума, в течение многих лет просто была членом его непременного антуража, везде сопровождала, а вот женился он на ней только в 2012 году. Зума говорит, а он вообще очень много говорит о правах женщин, что очень трепетно заботится обо всех женщинах, с которыми у него были близкие отношения.

Когда его спросили: "Как же так, у нее же СПИД?", он ответил: "Ну, я потом вымылся в душе"!

Но в другом отношении тут же подает ужасный пример! Он абсолютно неразборчив в своих внебрачных связях. Предыдущий президент ЮАР Табо Мбеки уволил его с должности вице-президента, и одной из причин этого было обвинение Зумы в изнасиловании. До сих пор, в общем, неясно, было это изнасилование или та женщина действительно согласилась иметь с ним секс. Она, в любом случае, не согласилась с вердиктом суда и попросила политического убежища в Нидерландах. Но наибольшее внимание привлекло то, что она была ВИЧ-инфицирована, а Зума даже не пользовался презервативом, хотя сам выступал везде за их применение, чтобы предотвратить эпидемию СПИДа. Так вот, когда его спросили: "Как же так, у нее же СПИД?", он ответил: "Ну, я потом вымылся в душе"! Это вызвало просто вал негодования и издевок. И это не единственное обвинение такого рода, которые выдвигались против Зумы.

– Еще один важный момент: Джейкоб Зума совершенно чудовищные вещи, как и все его окружение, да, в общем, как и вся политическая элита ЮАР, в частных беседах высказывал в отношении ЛГТБ-сообщества, хотя официально всегда выступал за их равноправие. В этом отношении ненависть идет с самого высокого властного уровня в стране?

– Это точно! Здесь, конечно, предрассудки на этот счет совершенно чудовищные. В сельских районах и в городах, и даже на самом верху, вся традиционная культура направлена против людей, которые и открыто гомосексуальны, и скрыто. Хотя тоже здесь "две Южные Африки". Потому что Кейптаун, где я сейчас живу, одно время даже пытался провозгласить себя официальной мировой столицей ЛГБТ-сообщества. Здесь много гомосексуальных пар, и это приветствуется, и в этом нет ни для кого ничего особенного. Есть специальные бары, есть специальные экскурсии и так далее. ЮАР, конечно, очень разорванная страна…

Бездомный мальчик-инвалид на улицах Кейптауна во время первого гей-парада в городе. 2006 год

​– Насколько вообще уверенно себя чувствует Джейкоб Зума в президентском кресле? На фоне всех обвинений – не только в сексуальном насилии, а вообще в насилии, которое совершается по его приказам, обвинений в коррупции, и так далее?

– Конечно, международные организации выступают и с призывами обуздать общую гигантскую преступность в ЮАР, и, в частности, за права женщин. Но на крупных международных форумах иностранные лидеры, с которыми встречается Зума, никогда эти темы не поднимают. Только что он выиграл голосование в парламенте по поводу вынесения ему вотума недоверия. Сейчас идея Зумы заключается в том, чтобы посадить на свое место в ближайшем будущем одну из своих бывших жен, Нкосазану Дламини-Зума. Бывших у него не так много, по-моему, одна и осталась – потому что другая, Кейт, совершила самоубийство в 2000 году, а вот с этой он развелся.

Нкосазана Дламини-Зума и канцлер ФРГ Ангела Меркель во время саммита Африканского союза на Мальте, посвященного проблемам нелегальной миграции из Африки. 2015 год

Дламини-Зума человек достаточно известный, она была последовательно министром иностранных и внутренних дел, с 2012 года – председателем комиссии Африканского союза. Но она, конечно, совершенно несамостоятельный политик. В декабре этого года состоится национальная конференция АНК, и Зума должен будет покинуть пост президента Африканского национального конгресса. Если ему удастся посадить эту самую Дламини-Зуму в кресло лидера партии вместо себя, то, значит, он практически останется в седле на весь срок ее руководства АНК. А может быть, она станет и президентом ЮАР через пару лет, на выборах 2019 года. Но, в принципе его положение сильно пошатнулось, потому что на последнем голосовании впервые даже несколько членов Африканского национального конгресса проголосовали за то, чтобы выразить вотум недоверия своему лидеру и президенту, – рассказывает политолог-африканист, заслуженный профессор Натальского университета в ЮАР Ирина Филатова.