Чистые руки взялись за рубильник

В Казахстане спецслужбам отдали прямой контроль над всей связью, интернетом и телерадиовещанием

Правительство Казахстана своим постановлением передало государственную техническую службу, отвечающую за информатизацию, связь и телерадиовещание, в структуру Комитета национальной безопасности (КНБ). Структура переходит в ведение спецслужб из Министерства информации и коммуникаций, то есть из гражданского ведомства в силовое. Предполагается, что «Государственная техническая служба КНБ» будет работать над проектами «централизованного управления сетями телекоммуникаций, единого шлюза доступа к Интернету (в первую очередь, для госслужащих — чтобы не лезли на «ненужные сайты». — В.П.), службы реагирования на компьютерные инциденты и Центра мониторинга информационных систем».

Проще говоря, теперь в ведении казахстанских спецслужб находится полный контроль над службой, у которой есть своего рода рубильник, позволяющий в одночасье лишить всех граждан интернета, мобильной связи — ну и доступа к телевидению заодно. В принципе, подход к такому универсальному блокиратору был у КНБ и раньше —

в июне 2016 года во время террористических атак на Актобе город сидел без мобильной связи и интернета несколько дней, — однако раньше нужно было соблюдать приличия и идти на контакт с гражданскими. Теперь маски сорваны,

говорит полковник КНБ в отставке Арат Нарманбетов.

«Вся работа для того же оперработника или следователя КНБ намного упрощается и облегчается. Если раньше ему приходилось для согласования своего постановления на проведение того или иного оперативно-технического мероприятия бегать по двум адресам — в суд и Министерство информации и коммуникаций Республики Казахстан, то теперь достаточно и одного суда. А потом запросто заходи, хоть на чай, к своему соседу по коридору в техническую службу и решай там все вопросы, как говорится, уже безо всяких осложнений и препятствий», — описывает новую схему работы Нарманбетов.

И сторонники, и противники силового блока страны признают: это однозначное усиление Комитета национальной безопасности во главе с бывшим премьер-министром Каримом Масимовым. В принципе, к этому все и шло: в январе президент страны Нурсултан Назарбаев поручил создать систему «Киберщит Казахстана» — комплекс мероприятий, который защитил бы компьютеры страны от вторжения; в концепции, текст которой осенью будет обсуждаться в парламенте, компьютерные атаки предлагается квалифицировать как «акт вооруженного нападения» и реагировать на него должно Минобороны. КНБ отводится роль куратора программы (и, по большому счету, ее разработчика), а министерство внутренних дел должно «обеспечить высокую раскрываемость в настоящее время, в значительной степени, латентных преступлений, совершаемых с использованием информационных технологий». То есть выявить и наказать прячущихся за клавиатурой интернет-рецидивистов.

13 июля, во время празднования 25-летия КНБ, Назарбаев разразился большой речью о «врагах» Казахстана: говорилось и о международном терроризме, и о гибридных войнах (привет российскому ТВ), и о неких внутренних противниках. Нацбезопасность действующий президент определил в авангард битвы со всеми тремя группами, посоветовав «держать порох сухим». Таким образом, в Казахстане КНБ окончательно утвердился в качестве основной силовой структуры. И это решительный шаг к диктатуре спецслужб, сетует директор Международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис. «Никаких возможностей контроля КНБ [и его поступков] больше не существует, — говорит Жовтис. — Это абсолютно политический шаг, и ссылки на то, что так можно эффективнее бороться с терроризмом и экстремизмом, меня лично не устраивают».

Надо заметить, что в лояльных нововведению материалах в казахстанских СМИ перевод техслужбы в ведение КНБ рассматривается исключительно с точки зрения улучшения эффективности как раз в борьбе с киберугрозами и кибертерроризмом. Сайт 365info.kz цитирует политолога Антона Морозова, который приводит в пример историю с Норвегией, где националисты приняли спинки сидений в автобусе за женщин в парандже. «Давайте представим себе, что подобное случилось не в какой-то счастливой толерантной стране, а там, где ситуация и без того накаленная. Призывы распространяются по сети, люди пытаются организоваться, выстраиваются управляемые агрессивные структуры...

«Каким будет самый верный путь стабилизации социального напряжения? Конечно, вмешательство технической службы, контролирующей связь и интернет»

...Естественно, при параллельной разъяснительной медийной работе», — оправдывает будущие отключения Морозов.

Но Евгений Жовтис считает, что речь будет идти не столько об этих случаях, сколько о зачистке от всякого рода «неожиданностей» во время перехода власти от одной персоналии к другой. «КНБ — это инструмент в руках той части элиты, которая сейчас находится на верхушке. Это (усиление КНБ) не только средство разборок с другой частью элиты, но и средство против системы коммуникаций вообще, — говорит правозащитник. — Для нынешней власти интернет и соцсети — это источник опасности, «майдана», в отношении которого уже есть паранойя, и теперь есть возможность рубильник если не совсем выключить, то «приглушить». Благо, опыт Китая в этом отношении есть».

Иными словами, за казахстанцами теперь будет следить не только большой «ага» (старший брат), но и большой «агашка» (ироничное название чиновника в Казахстане).