Тотальная инсоляция

Финальные лекция и показ программы «Кино глазами инженера» начнутся 27 августа в 17:00 в главном храмовом комплексе коммунизма — на ВДНХ, в царстве вечного лета и изобилия. Перед показом урбанистического сай-фая Медведкина о сталинской реконструкции Москвы состоится лекция о том, как (и в какой степени) этот большой проект был осуществлен в реальности. Регистрацию на лекцию и показ можно пройти здесь.

«Новая Москва» (1938)

Режиссер Александр Медведкин

Вдалеке от столицы, среди болот и комаров, молодые инженеры строят электростанцию. Они же создали и диковинку — «живую модель Москвы». Включишь ее — и на месте маленьких домиков и церквушек появляются огромные монументы коммунизма, вдохновленные гением самого вождя всех народов.

Доставить модель в Москву берутся конструктор Алеша и его бабушка. В Москве Алеша познакомится с художником Федей, студенткой Тимирязевской академии Олей, поросенком Генрихом и роковой москвичкой Зоей, которая Алешу полюбит, но уезжать на выселки не захочет.

«Новая Москва» повторила судьбу почти всех медведкинских шедевров. Вышла небольшим экраном, очень скоро оказалась на полке и оставалась неизвестной широкой публике почти до самого конца советской эпохи. Зато после — попала в число наиболее популярных советских лент 30-х. Любовь на Западе и частые показы в России.

Написано с тех пор о фильме тоже довольно много, хотя авторы заметок о «Новой Москве» обычно останавливаются на двух самоочевидных темах. Во-первых, на примере фильма можно говорить о бесчеловечности сталинской утопии, которая выглядит особенно мертвенной и чужеродной на фоне веселых романтических приключений главных героев. Взрывы старых домов, насильственное расширение улиц, огромные дворцы, большая часть которых так и не была построена, невероятных размеров статуи и циклопические колонны… идеальный город, создание которого наблюдают персонажи картины, напоминает нечто среднее между «столицей мира Германией» Шпеера, фантазией на тему Пиранези и Р'льехом. Ажитация, в которую впадают герои, когда вспоминают, что «этот план реконструкции выдвинул великий Сталин», также кажется довольно внезапной и в лучшем случае несколько преувеличенной.

Во-вторых, спустя годы в «Новой Москве» явственно читается невольное предсказание краха той системы, которую она вроде бы намеревалась воспеть. Во время публичной демонстрации живая модель Москвы сперва сбоит, и история на наших глазах словно отматывается вспять. Под смех и крики публики на месте колонн и триумфальных арок появляются снесенные московские церковки, а вместо Дворца Советов из клубов дыма вдруг возникает храм Христа Спасителя. Не нужно ехать на «Кропоткинскую», чтобы удивиться верности этого предсказания, которое задумывалось как забавная шутка. То, что для героев фильма — шелуха истории, которую нужно уничтожить ради строительства нового и прекрасного будущего, для нас — повод для бесконечной горечи, «Россия, которую мы потеряли». И вот уже вокруг Пушкинской площади регулярно совершается крестный ход, участники которого желают восстановления Страстного монастыря, а участник лагеря «Таврида» обсуждает с президентом планы возведения храмов на месте снесенного в Кремле 14-го корпуса.

И то, и другое в фильме есть. Однако москвич, живущий в 2017 году, может внезапно обнаружить в комедии Медведкина и какое-то совершенно внезапное, очень созвучное его ощущениям измерение. Москва — это город постоянных перемен, пейзаж в котором меняется ежечасно. Это огромная стройка, поскольку каждая власть стремится переделать ее под свой вкус.

ВДНХ

Всесоюзная сельскохозяйственная выставка (а именно так изначально называлась ВДНХ) — памятник, уникальный не только для нашей страны, но и — не побоюсь этого слова — для всего мира. Официально ВСХВ — а вслед за ней и ВДНХ — создавалась, чтобы продемонстрировать населению Страны Советов передовые достижения отечества в области сельского хозяйства и промышленности. Но мы-то с вами понимаем, что ВДНХ — это, прежде всего, колоссальный идеологический монумент, нечто среднее между храмовым комплексом и тематическим парком.

Проходя сквозь гигантскую арку Главного входа, посетители выставки попадали в страну чудес. Здесь все было не так, как там — в реальной жизни. Здесь жить было и вправду лучше и веселее; об этом красноречиво говорили улыбающиеся крутобедрые и розовощекие колхозницы и их мужчины. Вместо холода коммуналки — вечное лето, оттого архитектура легкая и воздушная, как в санатории. Вместо пустых полок в магазинах — вездесущие толстые снопы пшеницы и увесистые гроздья винограда, тучные коровы и свиньи-чемпионы.

И пока страна, преодолевая тяготы повседневной жизни, строит социализм, здесь все уже свершено и построено. На холсте Герасимова счастливые граждане советской страны позируют на фоне Дворца Советов, подчинившего себе московский пейзаж. А на знаменитом горельефе Вучетича «Советскому народу, знаменосцу мира, — слава!» за демонстрантами раскрывается новая, преображенная Москва.

Фильм Медведкина будет показан в «Оптике», одном из закрытых ныне павильонов ВДНХ. Перед показом — лекция о сталинской реконструкции Москвы, еще одном грандиозном проекте по перестройке реальности.