Принуждение к Мьянме

Десятки тысяч людей, собранных на главной площади Грозного, выслушали позицию Рамзана Кадырова: он не одобряет действий российских дипломатов в ООН и разделяет позицию Великобритании

С 25 августа, когда в Мьянме случилась очередная эскалация многолетнего конфликта между властями и мусульманским меньшинством рохинджа. Рамзану Кадырову начали поступать обращения российских мусульман с требованием вмешаться в ситуацию.

Позиционирующий себя лидером российской уммы и главным защитником ислама, Кадыров не мог проигнорировать эти обращения. 2 сентября в его инстаграме был размещен видеоблог.

В своих оценках происходящего Кадыров оказался солидарен с международным правозащитным сообществом, считающим, что действия властей Мьянмы подпадают под определение геноцидальных и способствуют гуманитарной катастрофе. Но — откровенно разошелся с внешнеполитической позицией России по этому вопросу: «Говорят, что Россия там наложила вето, — объясняет своим подписчикам Кадыров. — Я до сих пор не могу понять, где это и кто это говорит и где эта бумага… И если даже Россия будет поддерживать тех шайтанов, которые сегодня совершают преступления, я против позиции России. Потому что у меня свое видение, своя позиция. Я больше чем уверен, что сегодня никто не будет поддерживать убийц, насильников. Но есть определенные нюансы государственной политики, и мы должны с пониманием относиться к тому, как ведут себя государственные деятели, политики…»

В ответ на наивную просьбу подписчика в соцсетях послать на помощь мусульманам рохинджа армию, Кадыров (надо видеть, с каким искренним сожалением) ответил: «Никак невозможно отправить туда войска, потому что это прерогатива государства… Как ты хочешь — невозможно поступить. Если была бы моя воля, была бы возможность, я бы ядерную <бомбу> туда даже <сбросил>. Уничтожил бы людей, которые убивают детей, женщин, стариков… Вы думаете, они будут менять свою позицию? Нет, там нужна сила. Сила только может изменить ситуацию…»

Также Рамзан Кадыров предъявил обоснованные претензии российским СМИ, проигнорировавшим конфликт в Мьянме (за несколько последних дней конфликт привел к массовым жертвам среди мирного населения и спровоцировал огромное количество беженцев). В целом же глава Чечни признал свое бессилие повлиять на ситуацию: «…Говорят, завтра (3 сентября. —Е. М.) пройдет митинг у посольства <Мьянмы в Москве>… Те, кто говорят, что надо провести митинг, от этого ничего не изменится. Но чтобы все успокоились, высказались, я готов провести митинг в Грозном… Я вас всех приглашаю. Завтра не получится, послезавтра (4 сентября. —Е. М.**) в Грозном возле мечети проведем большой митинг. Но от этого ничего не изменится, мы просто для успокоения души…»

На следующий день после размещения в сети видеоблога Кадырова у посольства Мьянмы в Москве действительно собрались несколько сотен мусульман разных национальностей.

Они требовали от российских властей (и даже подписали петицию) предотвратить «убийства, пытки, сжигания людей на кострах буддистским режимом». Акция прошла без эксцессов как со стороны митингующих, так и со стороны полиции, которая не стала разгонять несанкционированный митинг.

В политическом плане значение этой акции переоценить сложно: это первое стихийное, в самом центре Москвы, публичное политическое высказывание российских мусульман, идущее в разрез с российской международной политикой.

Требование этих людей прекратить насилие можно только приветствовать. Как и соблюдение полицией и властями города Конституции РФ, гарантирующей всем право на свободу выражения своего мнения. Однако в соцсетях (немусульманском их сегменте) эта акция вызвала поток ксенофобских высказываний и оскорбительных для полиции и российской власти шаржей (на одном из них сотрудник российской полиции изображен молящимся мусульманином, на другом — президент России Путин с живым барашком на голове идет первого сентября в школу).

Люди, которые не так давно стихийно собрались около Басманного суда в защиту Кирилла Серебренникова, которые много лет требуют свободы собраний и соблюдения прав человека в отношении себя, почему-то отказали в этом праве другим гражданам своей страны. Не устроила религия собравшихся?

Или их требования к руководству страны, имеющему реальную возможность повлиять в Совбезе ООН на действительно ужасающую ситуацию в Мьянме? Или это обида на небитых и шок оттого, что полиция умеет иногда вести себя по-человечески?

Многие усмотрели тут однозначный страх Москвы перед Кадыровым (чеченцы, которые участвовали в акции протеста, говорили, что узнали об акции из видеоблога главы Чечни).

Однако Рамзан Кадыров не был организатором акции протеста у посольства Мьянмы в Москве, да и

на митинг в Грозном он согласился скорее вынуждено, чтобы не уронить свой авторитет «главного защитника мусульман».

3 сентября до всех глав администраций районов Чечни, руководителей учреждений бюджетной сферы, директоров учебных заведений, начальников отделов полиции, прокуратуры и проч. донесли привычные разнарядки о делегировании подчиненных на митинг 4 сентября в Грозном. Так, например, каждому отделу управления Пенсионного фонда Чечни нужно было отправить на митинг по 20 человек, от районных отделов полиции — от 40 до 60 человек. 4 сентября, по свидетельству жителей Чечни, в республике были закрыты школы и даже детские сады. Семьям рекомендовали оставить детей дома на попечение одной женщины, а всем остальным присутствовать на митинге. Люди не могли поймать такси, чтобы доехать до Грозного. Был оцеплен весь центр Грозного, от центрального рынка «Беркат» люди шли пешком до площади перед мечетью «Сердце Чечни».

Но к 11 часам площадь оставалась еще незаполненной. Такой же, с проплешинами, она оставалась на протяжении всего митинга, что легко было заметить по видеотрансляции, которую вели грозненские телеканалы и канал RT. Федеральные российские СМИ «миллионному митингу» в Грозном внимания почти не уделили.

МВД Чечни заявило о миллионе участников, но на самом деле площадь, которая при самом оптимистичном подсчете составляет четвертую часть от 14 гектаров всего комплекса мечети «Сердце Чечни», с трудом может вместить только 150 000 человек. На митинге 4 сентября, вероятно, не было даже ста тысяч. Малочисленность собрания отчетливо видна на съемке дрона.

В этот день в Грозном было очень жарко. Многие пришли не только с плакатами (все они были сделаны качественно, по одному образу и подобию, что лишний раз говорило об организованности, а не о стихийности митинга), но и с зонтиками, чтобы хоть как-то защититься от солнца. Проносить воду на митинг запретили в целях безопасности.

Очень быстро устали дети, которые стояли в первых шеренгах у сцены, с флагами Чечни в руках. Камера выхватила мальчика, который почти плачет, пытаясь всучить флаг стоящему рядом с ним взрослому. Чтобы хоть как-то спастись от жары, митингующие используют агитационные материалы в качестве опахала.

Разогревать толпу и вести митинг поручили советнику главы Чечни по религиозным вопросам Адаму Шахидову. На протяжении получаса он заставлял людей сорок раз прокричать калиму «Ля иляха илля Ллах» (декларация веры в исламе, дословно — «нет бога кроме Аллаха»), а затем сделать 100 салаватов (восхвалений Пророка). Однако «миллионный митинг» отвечал довольно вяло, и почти каждый выступающий подстегивал людей реагировать более активно.

Так, спикер парламента Магомед Даудов начал с того, что отчитал присутствующих за недостойное поведение: «Сегодня мы вышли, чтобы мусульмане в Мьянме получили от нас нашу мольбу. Так! Прошу всех, кто там ходит туда-сюда, прекратить свою ходьбу. И молиться за наших братьев <в Мьянме>, у которых жара еще сильнее, чем у нас. Вспомните наше состояние, когда мы нуждались в этой поддержке. Благодаря Ахмат-Хаджи <Кадырову> мы сегодня процветаем. И поэтому должны кричать о свободе мусульман!.. Молодежь призываю не проситься в соцсетях туда на войну и борьбу с насилием. Мы должны призвать молодежь к трезвости. Это 6000 километров <от нас>, не будьте обманутыми. Я бы сам это сделал, если бы это было допустимо. Мы можем помочь нашим братьям только молитвой и аятами из Корана…»

Надо сказать, что буквально за пару дней до этого Магомед Даудов в комментариях в инстаграме Рамзана Кадырова буквально провоцировал молодежь выезжать на помощь братьям:

«ВАЛЛАХ1И даю слово любому покупаю билет до ближайшего аэропорта к Бирме, вы только скиньте копию паспорта и дату поездки туда мне в Директ».

А потом написал: «Как и ожидалось! Не кто не хочет бесплатный билет до Бирмы! Все хотят в интернете повоевать» (*орфография и пунктуация автора. —*Е. М.). Однако когда один человек все-таки прислал Даудову паспорт и попросил купить билет, спикер Чеченского парламента отправил обратившегося… делать бирманскую визу.

О самой ситуации в Мьянме на митинге солидарности с мусульманами рохинджа выступающие говорили кратко. В основном восхваляли заслуги Размана Кадырова и его отца. Так, муфтий Карачаево-Черкесии поблагодарил Кадырова за заботу о верующих. Представитель ингушской делегации — «за то, что дал свободу и мир чеченцам». Муфтий Ставрополья начал свое выступление с того, что ему «посчастливилось учиться в Бухаре вместе с Кадыровым-страшим», а закончил благодарностью лидеру «великого и грозного чеченского народа» за то, что «строит такие дома и высотные здания, которых нигде нет». О мусульманах в Мьянме муфтий Ставрополья умудрился не сказать ни слова.

Наконец, по выражению ведущего митинга Адама Шахидова, «защитник сунн пророка Мухаммада», «сын легендарного великого шахида» Рамзан Кадыров «озарил нас своим присутствием».

Рамзан Кадыров выступал недолго. Что нетипично: он начал свое выступление с чтения заготовленного текста на русском языке. Обрисовав вкратце ужасающие расправы над мусульманами рохинджа, Кадыров традиционно обвинил «запад и ООН», а также весь мир в том, что «он молчаливо наблюдает за этим геноцидом».

«Первые лица западных стран готовы защищать права даже одного человека нетрадиционной ориентации, но теряют дар речи, когда уничтожаются целые народы. Такая позиция вызывает негодование и гнев всех людей доброй воли. Так не может дальше продолжаться. Сегодня я и миллионы жителей разных стран требуем от лидеров мировых держав остановить это кровопролитие. Мы требуем наказания виновных и международного расследование преступлений против человечества. Необходимо срочно остановить гуманитарную катастрофу и протянуть руку помощи гибнущему народу рохинджа…»

Так Кадыров, сам того не подозревая, поддержал позицию тех членов Совбеза ООН, которые считают, что ситуация в Мьянме требует вмешательства внешних сил. И, по сути, солидаризировался с проектом резолюции по Мьянме, подготовленным Великобританией. В этом документе содержится призыв разрешить международным гуманитарным организациям доступ в районы компактного проживания мусульман для оказания помощи пострадавшим.

На этапе предварительных консультаций этот проект резолюции был заблокирован двумя членами Совбеза ООН — Китаем и Россией.