Президент без партии

Президент Трамп постоянно спорит с собственной партией. Что будет с политической жизнью и структурой руководства США, если он окончательно рассорится с партией, которая его выдвигала на пост президента?

В июле он осерчал на лидера республиканцев в Сенате Митча Макконнелла за то, что он не смог обеспечить большинство биллю о замене медстрахования по Обаме страхованием по Трампу. Тогда трое республиканцев, в том числе специально прервавший лечение Джон Маккейн, проголосовали вместе с 46 демократами и двумя независимыми сенаторами – в итоге законопроект был отклонен 51 голосом против 49. Президент ответил на своей странице в "Твиттере" замечанием, что республиканцы в Сенате никогда не выиграют, если не смогут собрать большинство в 51 голос. "Они выглядят дураками и попусту теряют время", – написал Трамп. Один из его последователей ответил картинкой, изображающей, как лидер фракции демократов Чак Шумер одобрительно похлопывает по плечу сенатора Маккейна и подписью "Эти идиоты все еще считают себя республиканцами".

Президент разразился целым залпом сердитых ремарок в адрес Макконнелла, а в разговоре с журналистами намекнул, что если так пойдет и дальше, лидеру сенатского большинства, возможно, придется расстаться со своим постом.

В августе президента ждал новый афронт: Макконнелл и спикер нижней палаты Пол Райан отказались внести в исключительно популярный законопроект о льготах для ветеранов вооруженных сил поправку о повышении лимита госдолга. Президент рассчитывал, что в этом случае поправка легко "проскочит", но республиканские лидеры Конгресса знали: поправка осложнит прохождение всего билля.

Однако проблему необходимо решить до конца финансового года, то есть до 30 сентября. В противном случае у Казначейства просто не будет денег на оплату текущих счетов правительства. 6 сентября президент для обсуждения угрозы дефолта пригласил в Белый дом лидеров Конгресса от обеих партий, а также председателей профильного комитета. Вождям Республиканской партии пришлось на этой встрече проглотить горькую пилюлю: Дональд Трамп, к их полной неожиданности и несмотря на возражения министра финансов Стивена Мнучина, согласился с предложением демократов Чака Шумера и Нэнси Пелоси повысить долговой лимит на три месяца вместо 18, как предлагали республиканцы. Более того: он заявил, что и впредь намерен "заключать сделки" с демократами.

Учитывая цейтнот, республиканцы, скорее всего, примут предложение демократов. Однако ситуация заставляет их задуматься о дальнейших взаимоотношениях с Дональдом Трампом. Не окажется ли партия без президента, а президент – без партии? Что если президент объявит себя беспартийным, учредит собственную партию или, чего доброго, станет демократом?

Ни тот, ни другой, ни третий сценарий не противоречат Конституции. В ней вообще нет упоминаний о политических партиях. Джордж Вашингтон считал их злом и говорил об этом в своем прощальном послании к нации так:

Любые союзы и ассоциации, созданные под любым уважительным предлогом с действительным намерением осуществлять руководство или контроль над конституционными властями... способствуют возникновению фракционной борьбы, приданию ей чрезвычайной роли, замене делегированной воли нации волей партии – зачастую небольшого, но предприимчивого меньшинства общества – и, принимая во внимание чередующиеся триумфы партий, превращению государственных органов власти в зеркало, отражающее непродуманные и нелепые прожекты фракций, а не в орган реализации разумных планов, поддерживаемых всеобщим мнением и отвечающих взаимным интересам.

Однако уже в его кабинете, состоявшем всего из пяти человек, кипела межпартийная борьба: лидером одной партии, федералистов, был вице-президент Джон Адамс, лидером другой, республиканцев – госсекретарь Томас Джефферсон. Разделился на две фракции и Конгресс. Они были главными соперниками на президентских выборах 1776 года. Победил Адамс, Джефферсон пришел вторым. Согласно тогдашней Конституции, кандидат, занявший второе место, становился вице-президентом. Возникла парадоксальная ситуация: вице-президент вел непримиримую борьбу с президентом. 12-я поправка, вступившая в силу в 1804 году, ввела во избежание повторения такого положения процедуру отдельного избрания президента и вице-президента. После избрания в 1800 году Джефферсона партия федералистов постепенно утратила свое влияние и в конечном счете прекратила существование.

В истории США дважды случалось так, что президент лишался поддержки партии. Впервые это произошло в 1841 году, когда ровно через месяц после инаугурации скоропостижно скончался президент Уильям Генри Гаррисон. Его пост занял вице-президент Джон Тайлер. Он был выходцем с Юга, а в руководстве партии вигов, от которой он и Гаррисон были избраны, преобладали новоанглийские политики. Тайлер стал кандидатом из чисто конъюнктурных соображений.

Поскольку переход от президента к вице-президенту произошел впервые, партийные боссы попытались ограничить объем полномочий Тайлера, установить явочным порядком нечто вроде "семибоярщины": кабинет принимает решения – президент соглашается с мнением большинства. Но Джон Тайлер решительно воспротивился такой процедуре. На первом же заседании кабинета он заявил:

Прошу прощения, джентльмены. Для меня большая честь иметь в своем кабинете столь выдающихся государственных деятелей, как вы. Я буду с удовлетворением пользоваться вашими советами и рекомендациями. Но я никогда не позволю диктовать мне, что я должен делать, а чего не должен... До тех пор, покуда вы придерживаетесь того же мнения, я буду счастлив, что вы со мной. Ежели вы думаете иначе, я приму вашу отставку.

Кабинет подал в отставку в полном составе, за исключением госсекретаря Дэниэла Уэбстера. Виги пытались проводить свою политику через Конгресс, но президент Тайлер неизменно накладывал вето на законы, с которыми не был согласен. Преодолеть вето удалось лишь однажды. Виги исключили его из партии, а в июле 1842 года, после очередного вето, внесли резолюцию об импичменте. Но большинство членов нижней палаты, которая принимает решение о возбуждении процедуры импичмента, нашли обвинения против Тайлера чрезмерными. А на промежуточных выборах виги потеряли контроль над палатой и решили просто дождаться новых выборов.

Тайлер так и оставался до конца своего первого и единственного срока президентом без партии. Он попробовал вернуться в ряды Демократической партии, в которой состоял когда-то, но ее вожди отнеслись к этим попыткам без энтузиазма. Тогда Тайлер учредил свою собственную партию, демократов-республиканцев, активно используя при этом административный ресурс. Тайлеру было чем привлечь избирателя. Он провозгласил внешнеполитическую доктрину, согласно которой в состав США вошли Гавайи и готовилось включение Техаса. Ему симпатизировали многие газеты. Слоганом его кампании стала фраза "Тайлер и Техас!".

Однако виги, составлявшие большинство в Сенате, отказались ратифицировать договор с Техасом. Тогда Тайлер призвал Конгресс принять Техас в состав США не ратификацией, а совместной резолюцией. Демократы поддержали его. Их кандидат Джеймс Полк пригласил президента вновь вступить в партию. Удовлетворенный Тайлер, для которого включение Техаса в Союз было главной целью, снял свою кандидатуру. Президентом был избран Полк. При нем и произошло присоединение Техаса.

Партия же вигов после смерти своих вождей, Генри Клея и Дэниэла Уэбстера, распалась.

Можно утверждать, что и Авраам Линкольн в некотором смысле изменил свою партийность. В 1864 году он избирался на второй срок от Партии национального союза. Так назвала себя коалиция республиканцев с "военными демократами", то есть фракцией демократов-северян, выступавших за сохранение Союза. Одним из лидеров фракции был Эндрю Джонсон. Он стал кандидатом в вице-президенты.

Убийство Линкольна в апреле 1865 года сделало Джонсона президентом. Это и есть второй пример президента без партии.

Джонсон почти сразу же вступил в острую конфронтацию с так называемыми "радикальными республиканцами" по вопросу о Реконструкции – послевоенного урегулирования на Юге. Джонсон вслед за Линкольном был сторонником мягкой линии. Он, в частности, согласился с правом южных штатов не предоставлять избирательного права афроамериканцам и объявил широкую амнистию воевавшим на стороне Конфедерации. Радикальные же республиканцы, обладавшие абсолютным большинством в Конгрессе, рассматривали Юг как оккупированную территорию. Доминировали они и в Объединенном комитете пятнадцати – специальном органе по проведению Реконструкции. Эндрю Джонсон упорно накладывал вето на принятые Конгрессом законы, а Конгресс неизменно преодолевал его.

В конце концов в феврале 1868 года Палата представителей приняла решение об импичменте президента. Непосредственным поводом стало увольнение военного министра Эдвина Стэнтона, который отказывался исполнять приказы президента, особенно касающиеся Реконструкции. Расследование в Сенате продолжалось три месяца и было прекращено, когда стало ясно, что импичмент квалифицированного большинства не получит.

Джонсон остался президентом до конца срока. Однако он был морально сломлен, и в политике Реконструкции возобладала жесткая линия.

Кроме того, пять раз в истории партия отказывала президенту в номинации на второй срок. Помимо Джона Тайлера и Эндрю Джонсона, это произошло с Миллардом Филмором, Франклином Пирсом и Честером Артуром – соответственно 13-м, 14-м и 21-м президентами. Когда в 1912 году Теодор Рузвельт, покинувший пост президента в марте 1909-го, пожелал избираться снова, Республиканская партия предпочла ему действующего президента Уильяма Говарда Тафта. Обиженный Рузвельт создал собственную Национальную прогрессивную партию и расколол республиканский электорат. Как кандидат третьей партии он добился самого большого в истории успеха – обошел Тафта, но проиграл кандидату демократов Вудро Вильсону.

Интернет-издание Smoking Gun выяснило, что как избиратель Дональд Трамп менял свою политическую принадлежность не менее пяти раз. В июле 1987 года он зарегистрировался как республиканец. В октябре 1999 объявил себя сторонником Партии независимости. В августе 2001 стал демократом. Спустя восемь лет вернулся в Республиканскую партию. Через два года снова ее покинул и зарегистрировался как независимый избиратель. Снова стал республиканцем в апреле 2012 года.

Добавим шестой раз: в 1999 году он участвовал в президентской кампании в качестве кандидата Партии реформ, однако в феврале снял свою кандидатуру. Номинацию этой партии получил тогда Пэт Бьюкенен, набравший 0,42 процента голосов.

И все же одно дело – избиратель или кандидат и совсем другое – действующий президент. Даже оставаясь формально членом и главой партии, но демонстративно противопоставляя себя ей, президент ослабляет и свои, и ее позиции. Если уже сейчас партийным боссам сложно мобилизовать простое большинство, то при еще бóльшем отчуждении можно ожидать если не раскола, то фрагментации партии, когда члены Конгресса будут голосовать без оглядки на президента и партийное руководство, ориентируясь в каждом конкретном случае на интересы своих избирателей и собственные виды на переизбрание.