Original Material
Награда за отца
Украинских волонтеров, которые помогали военным во время аннексии Крыма, наградили – трое активистов получили знаки отличия от Военно-морских сил Украины. Один из памятных знаков получил сын крымского активиста – сам Тимур Шаймарданов пропал через два с половиной месяца после аннексии полуострова. За несколько недель до его исчезновения за активистом следили, говорят друзья. Его жена с сыном уже четвертый год живут во Львове. Также к наградам представлен майор Армии Спасения и доброволец батальона «Айдар».
В Одессе командующий Военно-морскими силами Украины Игорь Воронченко наградил трех крымских активистов, которые помогали военным во время аннексии – Павла Довбыша, Руслана Зуева и Тимура Шаймарданова. Последний пропал без вести в конце мая 2014 года и награду за него получали жена Ольга и сын Марк. Все они получили памятные знаки за «За содействие военно-морским силам Украины».
Во время аннексии Крыма Воронченко был заместителем командующего флотом по береговой обороне и хорошо знает, какую роль активисты и волонтеры играли тогда, в сложных и непонятных для военных условиях.
Когда от нас отвернулись те, с кем мы вместе служили, те, кто стоял вместе с нами в строю и те, кто предал Родину, к нам пришли наши друзья – гражданские Игорь Воронченко
«Прошло больше трех с половиной лет после начала агрессии, но мы в Крыму почувствовали это первыми. Когда от нас отвернулись те, с кем мы вместе служили, те, кто стоял вместе с нами в строю и те, кто предал Родину, к нам пришли наши друзья – гражданские. 18 или 19 марта ко мне пришли Тимур и Артур и сказали: «Мы встанем живой цепью и будем защищать наш штаб», – вспоминал командующий. Активисты приносили военным еду, воду, снабжали информацией.
«Я надеюсь, что Тимура мы найдем, там есть определенные шаги, которые можно отследить. И что все преступления, которые творили бывшие наши «братья», не останутся безнаказанными», – заявил Воронченко.
Награжденный Тимур Шаймарданов пропал 26 мая 2014 года. Друзья и соратники говорят, что в течение нескольких недель перед исчезновением Тимур жаловался на слежку. Вскоре после исчезновения, телефон активиста несколько раз появлялся в мобильной сети, но больше никакой информации о Тимуре не было, говорит Ольга Решетилова, координатор «Медийной инициативы за права человека».
Тимур – один из 18 пропавших без вести крымчан. Всего по подсчетам украинской общественной организации «Крым SOS» с 2014 по 2016 год в Крыму насильственно исчезли 43 человека, шесть из них впоследствии были найдены мертвыми.
Ничего не известно также о Сейране Зинединове, который пропал через четыре дня после своего друга. Более того жена Шаймарданова проходит по уголовному делу об исчезновении Сейрана, которое открыли в России. Об этом Ольга сама рассказала Крым.Реалии.
«Российская сторона обвиняет меня в исчезновении Сейрана. Он вышел из моей машины, где мы с ним общались о Тимуре и о том, что его якобы готовы поменять. Сейрану нужно было пройти от моей машины до дома 300 метров. Но домой он не дошел, больше его не видели. Россияне звонили, обвиняли меня. Сегодня я боюсь за себя и за своего сына», – говорит женщина.
Награду за отца получал одиннадцатилетний Марк. Уже четвертый год он ходит в школу во Львове, занимается плаванием. Говорит, что скучает по родному Крыму и хотел бы вернуться домой.
В Украине уголовное дело об исчезновении Тимура Шаймарданова расследует прокуратура Автономной республики Крым и прокуратура Херсонской области.
Крымские активисты приехали в Одессу из Львова – именно там весной-летом 2014 года поселилась и Ольга с сыном, и майор Армии спасения Руслан Зуев. Туда же, в западную Украину, переехал жить и Павел Довбыш. Он уехал из Крыма в апреле 2014 года. Затем больше полугода служил добровольцем в «Айдаре».
Что бы ни говорили, весной 2014 года в Крыму действовало украинское сопротивление. Сейчас сопротивление тоже есть Павел Довбыш
«Вручение награды было немного неожиданным, потому что прошло уже много времени. Но очень приятно, что не забыли о том, как помогала наша группа сопротивления во время начала оккупации государством-агрессором Россией. Что бы ни говорили, весной 2014 года в Крыму действовало украинское сопротивление. Сейчас сопротивление тоже есть, но самых инициативных либо арестовали, либо им пришлось бежать, либо они пропали без вести. Как например, Тимур Шаймарданов», – говорит Довбыш. Активист допускает, что Тимур поддерживал связь с осужденным в России на 20 лет известным режиссером Олегом Сенцовым.
Спецслужбы России технично и быстро подавили открытое сопротивление в Крыму, говорит бывший доброволец. После демобилизации он стал волонтером и продолжает помогать военным на востоке Украины.
Майор Армии спасения Руслан Зуев до начала аннексии помогал тюрьмам, детским домам и интернатам. Когда украинских военных начали блокировать на их собственных базах, начал помогать осажденным. Собрав еду и одежду для передачи, каждый раз шел на вылазку как на войну. Не знал вернется ли.
Наша жизнь навсегда изменилась после аннексии – многих начали преследовать, за мной приходили сотрудники ФСБ Руслан Зуев
«Никогда не знали какое сегодня будет настроение у российских военных – пропустят с помощью или нет, как будут относиться к тебе. Занятие было очень опасным, многие друзья после этого исчезли. Наша жизнь навсегда изменилась после аннексии – многих начали преследовать, за мной приходили сотрудники ФСБ», – вспоминает Зуев.
Решение покинуть полуостров он принял после обысков, которые прошли у него в конце мая-начале июня 2014 года. Вместе с женой и ребенком ему удалось выехать.
Зуев бы последним, кто видел Тимура перед исчезновением. Тот пришел посоветоваться к майору Армии спасения.
«Я служитель христианской миссии и много общаюсь с людьми. Тимур хоть и был мусульманином, но пришел со мной в тот день посоветоваться. Он всегда очень прилично выглядел, носил костюм и галстук. А тут он пришел в каком-то свитере, спортивных штанах, очень нервный. Мы говорили часа два, и тогда он и сказал, что за ним следят, что он боится за свою жизнь и своего сына», – вспомнил Зуев.
Ранее стало известно, что по делу об исчезновении Шаймарданова правозащитники подали жалобу в Европейский суд по правам человека на оба государства – и на Украину, и на Россию. Как сообщалось, жалоба в Страсбургский суд была подана, поскольку крымские силовики отказываются предоставлять потерпевшей стороне материалы дела, а украинские правоохранители не проводят следствие.