Владимир Познер в программе «ВДудь» — о Путине, разговорах с Песковым и неудачном интервью Медведева

Пересказ для тех, у кого нет времени смотреть часовое интервью

В России нет журналистики, есть отдельные журналисты, но когда-нибудь она возникнет. Без этой профессии государство существовать не может. Вы до этого доживете, если будете долго жить.

Артем Шейнин — шеф-редактор, он организует студию и так далее. Но к содержанию «Познера» отношения не имеет. Про политику мы с ним не говорим. За других мне не бывает стыдно, но мне неприятно.

За пять лет программа «Познер» была близка к закрытию один раз, когда я сказал про государственную дуру. Это мне Константин Львович Эрнст сказал.

Три раза из моей программы вырезали куски. Два раза звонил Эрнст и я скрепя сердце соглашался. Третий раз без моего ведома вырезали, я пришел и сказал: если такое еще раз случится, давайте закроем программу. Больше такого не было. Я после таких случаев засыпаю плохо, хотя обычно сплю нормально.

Понятно, что я не могу позвать некоторых людей — Навального, Собчак… С Ходорковским интересная вещь произошла. Через некоторое время после освобождения я позвонил Дмитрию Пескову и спросил: что вы думаете по поводу интервью Ходорковского? И было сказано: почему бы и нет. Когда Ходорковский сделал несколько политических заявлений, я перезвонил и понял, что нет. Такая ситуация будет до тех пор, пока власти контролируют телевидение.

Я согласен, что интервью Медведева было неудачным. Он не просил вопросов, пришел ко мне в гости, и я испытал чувство благодарности. И не стал задавать те вопросы, которые должен был задавать, обязан был задавать.

Я встречался с Путиным в 2004 году, когда Парфенова выгнали с НТВ. Он мне сказал: «Он себе напозволял вообще». Я сказал: ну возможно, но это самый талантливый человек на ТВ. И спросил, не против ли Путин, если я буду вести с Парфеновым программу на Первом канале (уже была договоренность с Эрнстом). Путин ответил, что не против, но на следующий день решение изменилось. Как будто бы Добродеев пришел [к нему] с Кулистиковым и сказал, что предлагает сделать Кулистикова главой НТВ, но с условием, что Парфенов не возвращается на ТВ, а если и возвращается, то только на НТВ. Как я понимаю, это условие было принято, и моя попытка оказалась тщетной.

Путин силен. Он силен в умении поставить то, как он понимает интересы России, таким образом, что с этим приходится считаться. Нравится это или не нравится, но Путин заставил считаться с интересами России.

У меня есть и претензии: ограничение демократии, отсутствие политической конкуренции, давление на НКО, которые сразу попадают в число «иностранных агентов». Все люди, управляющие Россией, — продукт СССР. Они не умеют управлять современными людьми.

Я хотел бы купить небольшой самолет, но не могу себе позволить, так что смотрю на других с завистью.

У меня к Путину длинный разговор. Я бы хотел сделать с ним интервью и несколько раз пытался, но получал отказ. Встреть я его на улице, спросил бы, как вы спите.

Если пересказа мало, вот полная версия: