Люди в зеленом

Текст продолжает проект об экологии «Переменная».

Пока мы с вами отмечаем столетие Октябрьской революции, в Бонне стартовала очередная конференция ООН по климату — самая крупная в истории Германии. Ожидается, что приедет на нее не менее 20 тысяч человек: почти половина — члены официальных делегаций стран, остальные — наблюдатели из исследовательских и научных центров, экологи, активисты и журналисты. Эти крупные климатические конференции проходят раз в год с 1994 года. Два года назад именно на такой конференции в Париже приняли Парижское климатическое соглашение, которое заменит собой Киотский протокол в 2021 году.

Вообще-то климатическая конференция этого года должна была проходить на Фиджи (островное государство в Тихом океане, которому, в частности, грозят затопление и вынужденная миграция). Группы стран — Африка, Азия, Восточная Европа, Латинская Америка и так далее — по очереди председательствуют на переговорах, выбирая своего представителя, который и принимает у себя конференцию. Однако в случае с Фиджи сомнения возникли, прежде всего, в возможности принять и разместить на острове несколько десятков тысяч делегатов и построить необходимые сооружения для проведения конференции. Кроме того, путешествие на Фиджи стало бы крайне дорогостоящим для гостей и привело бы к очень высоким выбросам парниковых газов. Поэтому конференцию решили провести в Бонне, где располагается климатический секретариат ООН. Понимая, что переговоры по проблеме изменения климата не должны эту самую проблему усугублять, организаторы обычно стараются всячески их «озеленить»: в этот раз, к примеру, гостей развозят электробусы, а в буфетах нет пластиковой посуды. То, чего избежать не удается, компенсируют, то есть платят деньги проектам по снижению выбросов парниковых газов в развивающихся странах.

В общем-то любая климатическая конференция ООН — это всегда праздник. Десятки тысяч человек, ежедневные акции экологов (по пути к переговорным залам сложно не заметить лежащих активистов, переодетых белыми медведями, — они показывают последствия изменения климата в арктических регионах), демонстрации против тех или иных видов ископаемого топлива, выставки, посвященные последствиям изменения климата, кинопоказы, концерты. За климат читают молитвы, поют, танцуют и голодают. Ежедневно в дни переговоров общественные наблюдатели вручают антипремию «Ископаемое дня» за особые «заслуги» в климатических делах. России ее тоже давали не раз, на последней сессии переговоров в Марокко — за продвижение атомной энергетики в качестве низкоуглеродного решения. Сама шуточная церемония вручения включает в себя исполнение специально написанной песни, позорящей «антиклиматические» действия той или иной страны. В преддверии конференции ООН в Бонне уже прошел 25-тысячный «климатический» марш, главной темой которого стало сворачивание угольных проектов (как в Германии, так и везде в мире) — сам Бонн расположен поблизости от крупнейшего в ЕС района добычи угля. На следующий день около 4000 активистов блокировало работу угольного карьера недалеко от Бонна.

Как правило, пространство конференции делится на две части: в одной заседают переговорщики, во второй открывается выставочное пространство со стендами и павильонами стран, городов, регионов, научно-исследовательских и экологических организаций, объединений активистов и бизнеса. Во второй зоне представлены и экотехнологии: здесь можно покататься на электромобилях, подзарядить телефон, крутя педали электровелосипеда, заняться городским садоводством, попробовать местную органическую еду из разных частей мира. В этом году свой павильон впервые за долгое время открывает и Россия. Там посетителям выставки наливают чай и предлагают сфотографироваться с матрешкой, а также рассказывают о работе российских ученых, образовательных программах в области устойчивого развития и деятельности российского бизнеса (в павильоне представлены «Газпром», «Русал» и En+). Всего там пройдет около 25 круглых столов, дискуссий и презентаций: Россия расскажет о новых проектах в области солнечной, ветровой и атомной энергетики, о программах по защите лесов, а также о программах адаптации к изменению климата в различных российских регионах. Отметим, что экологи традиционно критикуют включение атомной и крупной гидроэнергетики в число низкоуглеродных решений проблемы глобального изменения климата.

Впрочем, кроме празднеств и выставки достижений «зеленого» народного хозяйства делегаты на конференции в Бонне будут заниматься и разработкой дальнейших правил реализации Парижского климатического соглашения. Само соглашение было написано очень общим языком — в том числе и для того, чтобы под ним подписались все или почти все страны (президент США Дональд Трамп в этом году объявил о выходе из соглашения, но это займет не менее четырех лет). В результате до 2020 года делегаты будут прорабатывать отдельные пункты соглашения, разъяснять их, прописывать новые правила и требования и отвечать на технические, но от этого не менее важные вопросы. Например, надо договориться, как отчитываться по выбросам парниковых газов и подтверждать эти выбросы, а также как страны могут сотрудничать в снижении выбросов.

Несмотря на название конференции, переговоры идут скорее не о самом климате, а о политике и экономике — и преимущественно о деньгах и технологиях. Скажем, нужно откуда-то взять деньги на финансовую помощь развивающимся странам, чтобы те могли адаптироваться к изменению климата и снижать выбросы парниковых газов. Еще страны хотят договориться, как сделать «зеленые» технологии доступными для всего населения Земли, а не только для самых богатых стран и как сохранять леса и другие экосистемы, чтобы те хотя бы частично компенсировали вредную для климата деятельность человека.

Если все же вспомнить о климате, то пока, по данным Всемирной метеорологической организации, средняя температура на планете поднялась с середины XIX века на 1,1 градуса Цельсия. Цель Парижского соглашения — сделать так, чтобы к концу нынешнего столетия этот рост не превысил двух градусов. Сейчас глобальные выбросы парниковых газов не растут уже третий год — прежде всего, благодаря росту возобновляемой энергетики в Китае и США. Однако для достижения цели нужны дополнительные усилия: пока обещания стран соответствуют примерно трем градусам потепления (если не делать совсем ничего, то будет больше четырех).

Одним из главных неформальных вопросов конференции в Бонне остается «а что же США?». Сейчас делегация США еще участвует в переговорах (так как страна формально остается стороной соглашения до 2020 года); как и что она будет говорить и делать, посмотрим в ближайшие дни. Пока же основной «фронт» американских климатических действий перенесся на уровень штатов, городов и отдельных компаний, и именно они будут говорить в Бонне о своих достижениях и новых целях. Традиционно республиканский и нефтедобывающий штат Техас, к примеру, расскажет о том, как он стал лидером в ветроэнергетике страны. Традиционно демократическая Калифорния — о новых планах в солнечной энергетике и намерениях полностью перейти на возобновляемые источники энергии. На переговоры в Бонне кроме официальной делегации США приехала и «народная» американская делегация, представляющая как раз объединение всех сил «за климат». В субботу на первой неделе в Бонне ожидается мероприятие высокого уровня, где мэры американских городов, губернаторы штатов, а также президенты и CEO американских компаний представят свои действия и планы в области климатической политики.

А что же Россия? Кроме уже упомянутого павильона и мероприятий делегация из министерств, ведомств, научных и исследовательских центров собирается принять активное участие в переговорах. Правда, РФ, в отличие от 169 других стран мира, пока не ратифицировала соглашение — это планируется сделать в 2019—2020 годах. По официальной версии, так как соглашение и так уже вступило в силу, от решения России много не зависит. По неофициальной — внутри страны до сих пор существует довольно сильная «антиклиматическая» оппозиция (прежде всего, это энергоемкие производства, опирающиеся на уголь, нефть и газ), которая видит в Парижском соглашении скорее угрозу, а не шанс для дальнейшего устойчивого развития. Именно поэтому разработка любого «климатического» законодательства продвигается в стране крайне медленно. Многие компании добывающего или перерабатывающего сектора и вовсе не верят в благие перспективы углеродного регулирования, считая, что речь пойдет о новом платеже или налоге, средства от которого будут направлены непонятно на что. Проблемы, конечно, есть не только у России: даже Германия, известная своими успехами на ниве возобновляемой энергетики, сейчас испытывает серьезные трудности со сворачиванием угольной энергетики и может, как предупреждают экологи, не выполнить свои амбициозные климатические планы на 2020 год — многое зависит и от состава коалиции, формируемой сейчас по результатам парламентских выборов, которые прошли в конце сентября.

От переговоров в Бонне не ждут каких-то особенно громких решений, но очень важно, чтобы страны не ушли с курса на 2020 год и полноценный «запуск» Парижского соглашения. Климатологи подают тревожные сигналы: по предварительным данным ВМО, обнародованным в понедельник, 2017 год с большой вероятностью войдет в тройку самых теплых в истории наблюдений. Остается надеяться на торжество зеленого — если не в одежде бюрократов, то в их головах.