Опасное признание

Президент США Дональд Трамп в среду, 6 декабря, выступил с речью, в которой объявил о признании Иерусалима столицей Израиля и о переносе туда из Тель-Авива в скором времени американского посольства. Это решение Трампа уже заранее подверглось жесткой критике и вызвало вал предупреждений со стороны политических лидеров, в том числе союзников Соединенных Штатов, и во всем мусульманском мире, и в Европе. Так какими могут быть последствия?

Представители администрации Дональда Трампа говорят, что президент США уверен в своих действиях и полагает, что "сейчас подходящее время для правильного шага", который не сможет помешать мирному процессу на Ближнем Востоке. "Президент в курсе того, насколько это щепетильная проблема, но считает, что это – признание реальности, – сказал один из его помощников. – Мы продвигаемся вперед на основе истины, которая неоспорима. Это просто факт".

Госдепартамент США сегодня же предупредил сотрудников американского посольства в Тель-Авиве, что им стоит воздержаться от поездок в Иерусалим и на Западный берег реки Иордан в период с 4 по 20 декабря.

О намерении признать Иерусалим столицей Израиля Дональд Трамп много раз заявлял во время своей предвыборной кампании в 2016 году, что горячо приветствовали его избиратели из числа наиболее консервативного крыла Республиканской партии и многочисленных общин американских христиан-евангелистов. В 1995 году американский Конгресс принял закон, предписывающий не позднее 31 мая 1999 года перенести американское посольство в Израиле в Иерусалим и содержащий призыв к признанию "неделимого Иерусалима" израильской столицей.

Однако в этом законе за президентом США сохраняется право налагать на него каждые полгода временное вето. Этим правом последовательно пользовались каждые шесть месяцев во время своего президентства Билл Клинтон, Джордж Буш-младший и Барак Обама, настаивавшие на том, что Конгресс не имеет права определять внешнюю политику Соединенных Штатов. В июне этого года Дональд Трамп также отложил "иерусалимский вопрос" на полгода, но во второй раз делать это отказался. Об этом Трамп сообщил лидерам Израиля, Палестинской автономии, Саудовской Аравии, Египта и Иордании во время недавних телефонных разговоров с ними.

Дональд Трамп заявляет о признании Иерусалима единой столицей Израиля. Вашингтон, 6 декабря

При этом еще один представитель администрации президента США рассказал также, что перенос американского посольства в Израиле неизбежно растянется на несколько лет, так как это место работы тысяч человек, для размещения которых никто еще даже не начал присматривать в Иерусалиме подходящее здание.

Join me live from the @WhiteHouse via #Periscopehttps://t.co/wLXKoISSTG

— Donald J. Trump (@realDonaldTrump) December 6, 2017

На международном уровне Иерусалим, где расположены все израильские структуры законодательной и исполнительной власти, не признается столицей, поскольку его статус должен быть определен на мирных переговорах с Палестинской автономией. Палестинская сторона считает необсуждаемым то, что восточная часть Иерусалима, включая большую часть Старого города, где сосредоточены религиозные святыни мусульман, христиан и иудеев, занятая Израилем во время Шестидневной войны в 1967 году, станет в будущем столицей независимого палестинского государства.

"Представители палестинского народа во всем мире не допустят, чтобы этот заговор против них имел успех, и мы рассматриваем все варианты защиты своей земли и священных для нас мест", – заявил по этому поводу глава группировки ХАМАС Исмаил Хания.

О том, какими могут быть последствия признания Вашингтоном Иерусалима столицей Израиля, в интервью Радио Свобода рассуждает политолог-востоковед, профессор Григорий Косач:

– Мировые лидеры, почти все мусульманские, большинство европейских, говорят, что решение Трампа может иметь катастрофические последствия. Действительно ли они будут столь катастрофическими?

– Я думаю, что, по крайней мере, в мусульманском мире ситуация радикально изменится – будут развиваться силы, которые в этом регионе обычно называются экстремистскими. Когда король Саудовской Аравии Салман, в частности, в ходе телефонного разговора с Трампом сказал, что признание Иерусалима столицей Израиля явится сильнейшей провокацией для мусульманского мира, он был во многом прав. Он боится усиления роли Ирана, боится усиления связанных с Ираном радикальных группировок на территории арабского мира – ситуация окажется во многом неразрешимой. В конце концов, нельзя забывать об арабской мирной инициативе, которая предполагает ведение переговоров с Израилем об окончательном урегулировании палестино-израильского конфликта. Но в случае, если и восточная часть Иерусалима, от которой никто в арабо-мусульманском мире не собирается отступаться, станет официально признанной частью столицы государства Израиль, все это будет разрушено и уничтожено. И это внесет дополнительную ноту сумятицы и неразберихи, анархии в ситуацию на Ближнем Востоке.

– Начнется новая масштабная интифада? Есть ли для этого основания? Есть ли силы, которые могут ее начать, которые посчитают фактически новую войну выгодной?

Интифада может начаться, и в этом нет абсолютно никаких сомнений

– Да, конечно! Интифада может начаться, и в этом нет абсолютно никаких сомнений. Есть группировка ХАМАС, вновь вернувшаяся в объятия Ирана и не заключившая реального мирного соглашения с ФАТХ, и не урегулировавшая свои проблемы, и есть группировка "Хезболла", которая не нуждается ни в каких характеристиках сейчас. Есть "Исламский джихад", и еще многие группировки, и есть, в конце концов, достаточно радикальные силы в самом ФАТХе, которые не считают возможным поддерживать нынешнее палестинское руководство. Да и само это руководство, в случае, если начнутся непоправимые последствия этого шага Трампа, будет вынуждено идти в общем фарватере, поддерживая эту интифаду, точно так же, как это было во времена предшествовавших событий.

– Можно в целом расценить перспективу появления американского посольства в Иерусалиме в будущем как хороший подарок палестинским организациям? Потому что есть мнение, мы с вами беседовали об этом, что никакой мирный процесс им вообще невыгоден по главной причине: потому что любой мир будет означать конец их комфортного финансового существования, конец их политической и денежной поддержки со стороны огромного числа государств и движений во всем мире?

– Да! Признание и перенос посольства США означают, что радикальные палестинские группировки снова выходят на передний план в военно-политической борьбе на ближневосточном пространстве. На них снова посыплются многочисленные дары, пожертвования и многое другое, они обретут авторитет – как силы, которые "борются против сионистской оккупации", за возвращение мусульманских святынь, и так далее. В этом смысле это, конечно, подарок палестинской стороне.

Световая проекция флагов США и Израиля на стене Старого города Иерусалима. Вечер 6 декабря 2017 года

​– Дональд Трамп всегда, принимая очередное внешнеполитическое решение, ориентируется на внутриамериканскую аудиторию, я бы сказал, только на нее. У него вообще имеется сформулированная концепция дальнейших действий на Ближнем Востоке? Он понимает, что происходит в регионе и насколько там все запутано? Или для него это неважно?

– Большинство шагов президента США отличаются абсолютной непоследовательностью, они определяются обстоятельствами времени и места. "Нужно, кажется, так сегодня сделать? Так сделаем так, допустим, нанесем удар по сирийской территории". Действовать более программировано, планово – это, скорее всего, не его стезя. И то же самое относится, разумеется, к переносу посольства в Иерусалим. Я не думаю, что он просчитал все последствия этого шага. А они, повторю, могут быть катастрофичными для ситуации и самих США в регионе. Конечно, это для него решение проблем, связанных с внутренней аудиторией. Но та же самая внутренняя американская аудитория должна понимать, и президент США должен осознавать, что она, эта аудитория, связана с внешним миром, и удовлетворение ее интересов нанесет огромный ущерб имиджу, положению, статусу их собственной страны в мировом масштабе.

– Для Москвы такое событие, как изменение статуса Иерусалима в глазах США, означает какие-то изменения в ее политике в регионе? С учетом интересов и действий Кремля и в отношении израильско-палестинского конфликта, и в войне в Сирии, и во многих других аспектах. Махмуд Аббас, например, именно Владимира Путина просил повлиять на Трампа, чтобы тот передумал…

Шаг Трампа будет, конечно же, использован в Москве – для развязывания пропагандистской кампании

– Махмуд Аббас несколько преувеличивает возможности российского президента. Повлиять на Трампа Путину будет крайне трудно, если вообще возможно. Я думаю, что шаг Трампа будет, конечно же, использован в Москве – для развязывания пропагандистской кампании. Россия заявит о своей поддержке палестинцев, о важности палестинских национальных прав. Кремль, скорее всего, подчеркнет последовательность собственной позиции. "Ну, как же, Западный Иерусалим – столица Израиля, Восточный Иерусалим – столица Палестинского государства". Все это будет иметь место. Но на самом деле, оказать какое-либо серьезное влияние не только на Трампа, но и в принципе на ближневосточную ситуацию, на урегулирование палестино-израильского конфликта Россия не может и, скорее всего, не сможет в будущем. Это все большие иллюзии, если иметь в виду какие-либо возможности Москвы.

– Вы подмечали, что политика России в арабском мире, в целом в мусульманском мире, скорее, тоже реактивна, чем последовательна. И при этом Москва в последний год все время хочет представить себя международному сообществу как мощную умиротворяющую силу на всем Ближнем Востоке. Теперь у Кремля появится еще больше палестинских и вообще арабских друзей?

– У России может появиться сколько угодно палестинских и арабских друзей, и Кремль может заявлять, что визит какого-либо арабского правителя в Москву доказывает, что Россия обладает огромными возможностями влияния в регионе, да и в мире в целом. Но насколько это влияние твердо, насколько оно будет и может опираться на реальные силы Москвы? Смотрите сами: Москва не играет какой-либо существенной роли в вопросах, связанных с палестино-израильским урегулированием. Москва, при всей ее дружбе с Израилем, находится (и не только в последнее время, это случилось значительно раньше) в очень сложных отношениях с израильтянами в связи с иранской проблемой. Москва не может добиться какого-либо согласования действий между Тегераном, Анкарой и самой собой в Сирии. Москва слишком много говорит! Она представляет себя как некую силу, но является ли она реальной силой в той ситуации, которая ныне существует и будет складываться в регионе Ближнего Востока, – это большой вопрос.

Москва слишком много говорит!

​– Вашингтон, признав Иерусалим столицей, пусть с любыми оговорками, подтверждает, что Израиль – его главный союзник в регионе, это укрепит их дружбу. А кого Вашингтон действительно может потерять в качестве союзника или хотя бы партнера? Причем я имею в виду серьезные, реальные последствия, а не дипломатические сотрясания воздуха?

– Серьезные последствия такого рода вряд ли мы увидим, если говорить о настоящих американских союзниках в регионе. Да, будет колоссальное сотрясение воздуха, прежде всего. Да, будет очень серьезный гнев со стороны Саудовской Аравии, она окажется в очень сложном положении. Но отказаться от стратегического союза с США из-за палестинцев, из-за перевода посольства в Иерусалим Саудовская Аравия никогда не сможет. Будут громкие разговоры, крики, вопли, скандалы, но саудовско-американские отношения (я говорю о Саудовской Аравии потому, что это действительно реальный крупный союзник США в регионе) всегда натыкались на массу проблем, которые нужно было преодолевать – и они преодолевались. При этом никто никогда не ставил под вопрос сущность и значимость стратегического альянса между этими двумя странами.

Палестинские активисты в Рамалле несут сжигать портреты Дональда Трампа. Вечер 6 декабря 2017 года

– То есть такие государства, как Саудовская Аравия, Иордания, Египет, еще кто-то, обязательно отреагируют на любые слова Трампа, касающиеся изменения отношения к статусу Иерусалима, но в реальности они влиять на внешнюю политику США, конечно, не могут и зависят от Вашингтона гораздо больше, чем Вашингтон от них. Получается, что Дональд Трамп прав в том, что он делает во внешней политике на Ближнем Востоке?

– С одной стороны, да, получается, что он прав. Но насколько эта правота дальновидна? Порой крупный политик совершает некие поступки, считая, что они верны, а на самом деле разрушает то пространство, в котором живет. В конечном итоге вдруг оказывается, что именно его решение привело к появлению некой новой реальности. Стоит ли допускать такого рода действия, принимать такие решения? На мой взгляд, это неразумно. Лучше с самого начала взвесить все последствия и принять решение, угодное тебе, но в формах как можно более смягченных, для того чтобы твои союзники как можно менее пострадали, – полагает Григорий Косач.