Взгляд белого куба

До 12 декабря на «Винзаводе» работает персональная выставка Владимира Логутова «Следующий уровень», очередная в цикле «Прощание с вечной молодостью». Новая экспозиция подводит итог предпринятой художником десятилетней ревизии основ модернистского лексикона, а также задается вопросом о действенности формы выставки как таковой.

Уже в своих ранних видео Владимир Логутов превратил внутрикадровый монтаж в механизм манипуляций зрительским вниманием, поставив технологии на службу медитативной созерцательности. Параллельно экспериментируя в живописном медиуме на территории как абстракции, так и фигуратива, неизменно прибегая к оптическим иллюзионам, он выстраивает свои произведения как визуальные провокации. Центральный его вопрос — из чего слагается художественная форма, понятая как ситуация встречи материального тела произведения со взглядом зрителя?

На «Следующем уровне» заявлены три главных персонажа: картина, зритель и выставка. Современная картина предстает как тотально рефлексивный медиум, который постоянно пересоздается, преодолевает собственные границы, а в случае Логутова — собирает себя из микроэлементов мимесиса, кристаллизуется, чтобы в итоге раствориться вновь. «Настоящие», самодостаточные картины на выставке демонстративно отсутствуют. Есть лишь изображения картин, ставших элементами целостного Произведения более широкого порядка, «метапроизведения искусства», каковым на «Следующем уровне» является само тело выставки. Это не пространство-рамка, в котором демонстрируется искусство, но единое художественное пространство, наделяющее размещенные в нем экспонаты статусом архитектонических элементов.

Логутов, как всегда, демонстрирует формальный перфекционизм — в выверенности композиций, подборе цветов, общей слоистости изображений. Обильны и разнообразны как исходный художественный материал (от редимейдов из мастерской до тонкой акварельной живописи), так и техники его обработки (увеличенные росчерки из графического редактора соседствуют с лазерной резкой по металлу). Неизменно сохраняя критическую дистанцию по отношению к медиумам, метод Логутова все же явным образом лишен иронической снисходительности к наследию модернизма и открыто признает за ним непреходящую ценность Искусства как такового, Искусства вообще.

Проникнутая верой в эту ценность, экспозиция выстроена как история воображаемой жизни обобщенного Произведения, эмблемой которого служит модернистская картина. Вначале — экзерсисы в цвете и форме на плоскости. Затем — слияние в композицию в формате коллажей, фото и цифровой графики. Мелкие и случайные элементы живописного синтаксиса, изъятые из творческого потока, застывают здесь в свободном парении. Так же и далее: уже сформированные картины покоятся в безвоздушном вакууме в виде воображаемых выставок, чтобы затем быть подвергнутыми деконструкции, распаду в виде осыпавшегося грунта или скелета подрамника, проступающего сквозь холст в «травмах поверхности». Наконец, замыкают экспозицию глянцевые цифровые фото картин и зрителей.

Идя сквозь этот лабиринтоподобный визуальный нарратив, зритель, конечно, не обязан следовать предлагаемой концептуальной логике. Но ему определенно не избежать игрового режима, диктуемого экспозиционным пространством. «Следующий уровень» переформатирует выставочный зал вплоть до выворачивания наизнанку. В архитектурном арсенале выставки — и окна в стенах как лакуны на месте картин; и стены-зеркала, множащие иллюзорные ракурсы; и, наконец, такие фигуры пространственной инверсии, как подрамник, встроенный в плоскость стены обратной стороной.

Цель всех этих ухищрений двоякая. Это и смещение акцента с произведения на контекст его экспонирования, включение стены в картину как ее неотчуждаемого компонента. Но также это и умножение точек зрения, ракурсов и перспектив, расширение поля зрения внутри выставки. «Белый куб» превращается в оптический аппарат пересборки зрительского локуса. Зритель здесь и есть центральный выставляемый объект.

Зеркало, символический центр экспозиции, не только замыкает субъекта и объект наблюдения, но и умножает тела зрителей. Схожую роль играет затемненный зал, где демонстрируется видео с силуэтами персонажей, смотрящих такое же видео, герои которого, в свою очередь, созерцают белые стены галереи, лишенные произведений. Экран при этом инсталлирован так, что сам вместе с окружающим его залом и посетителями внутри является объектом, видимым из прямоугольного отверстия в стене. Множащиеся в результате силуэты и тени зрителей воплощают вариативность возможностей и типов зрения, образующих коллективного субъекта выставки, чей взгляд не локализован и автореферентен.

Метафорически трактуя пространство белого куба как субъекта, наделенного внутренним зрением, обращенным на самое себя, Владимир Логутов и куратор выставки Екатерина Иноземцева ставят вопрос о возможностях и альтернативных горизонтах восприятия современной выставки. В их интерпретации выставка предстает аппаратом сложной комбинаторики уловок для зрительского взгляда, не скованного единым объектом наблюдения, но нацеленного на максимальное расширение границ и рефлексию дистанций.