«Свободный парламент в России будущего сможет заблокировать наши реформы»

Экономист Милов отвечает на критику «Медузы» в адрес программы Навального

13 декабря основатель Фонда борьбы с коррупцией, политик Алексей Навальный опубликовал предвыборную программу. «Медуза» изучила документ, нашла в нем несколько спорных или не до конца разъясненных утверждений — и сформулировала вопросы. Участник экспертного совета по подготовке предвыборной программы Алексея Навального, бывший заместитель министра энергетики России Владимир Милов разобрал публикацию «Медузы» и прислал в редакцию свои возражения. Мы публикуем его статью целиком.

Вопросы «Медузы» к предвыборной программе Алексея Навального

«Медуза» опубликовала вопросы к предвыборной программе Алексея Навального. Дискуссия — это отличная вещь, мы к ней готовы и с удовольствием разъясним свою позицию. Нам показалось, что большинство опубликованных вопросов связано с двумя причинами: 1) авторы неверно поняли некоторые детали программы (сейчас подробно их поясним); 2) вопросы задаются не к программе как таковой, а к последствиям ее реализации — и это приводит к полемике, основанной на достаточно спорных утверждениях.

Давайте подробно разберем комментарии «Медузы».

Почему в программе остались суммы в абсолютных величинах?

«В каких именно рублях считает Навальный? 2016 года, когда эти цифры впервые были опубликованы? В рублях 2017-го, которые с учетом инфляции стоят уже меньше? Или 2018-го, когда будут выборы? Или вообще 2020-2022 годов, когда будут введены изменения? В этой части конкретики в программе не появилось. Наоборот, появилось гораздо больше поводов считать, что инфляция при выполнении программы (см. следующие пункты) значительно увеличится, и все указанные цифры просто ничего не будут значить».

Навальный прямо в самом начале своего ролика говорит, в каких рублях он считает: это параметры консолидированного бюджета 2016 года, последнего полного календарного года, за который имеется полностью сведенный консолидированный бюджет. Ни в коем случае здесь не нужно считать на перспективу: возникнет путаница, так как будет масса допущений и переменных. Задача той части программы (и видеоролика), которая посвящена бюджетному маневру, была именно в том, чтобы показать в статичных параметрах последнего доступного консолидированного бюджета, от каких расходов мы в принципе хотим избавиться (избыточные чиновники, силовики, распильные прожекты, откаты, госпропаганда), какие увеличить (медицина, образование), и где собрать недополучаемые сегодня доходы (доходы от использования госимущества, налоги на «Газпром»). Смысл этого анализа — именно в статичности картинки, чтобы читатели поняли, что мы хотим поменять в бюджетной системе при текущих параметрах.

Сюда не нужно примешивать перспективную динамику. Цель анализа была не в этом. В перспективе многое будет меняться: например, в связи с ожидаемым нами резким ростом зарплат сильно вырастет налоговая база по НДФЛ (при сохранении текущей ставки в 13%) — за счет того, что россияне станут получать значительно более высокие зарплаты, НДФЛ станет главным бюджетообразующим налогом, как во многих развитых странах (сегодня он уступает другим налогам, потому что население бедное). Но все эти детали только запутали бы читателей при разъяснении бюджетного маневра, цель которого — объяснить, какие статьи текущего бюджета мы считаем лишними, а какие — недофинансированными.

«Появилось больше поводов считать, что инфляция при выполнении программы значительно увеличится» — на основании каких данных делается этот вывод? Такие утверждения часто приходится слышать, однако складывается впечатление, что их авторы анализируют какую-то сферическую инфляцию в вакууме. Между тем, мы сделаем две принципиальные вещи, которые будут способствовать сдерживанию инфляции под контролем:

• перезапуск деловой активности, в результате которого денежная масса будет работать на рост, а не на увеличение цен;
• демонополизация экономики, которая наконец поставит под контроль нынешний безудержный рост монопольных цен.

Мы считаем, что эти два вектора — которые сегодня не работают — гораздо сильнее «придавят» инфляционные процессы, чем рост зарплат — их раскрутит.

Что делать с государственными монополиями?

«В разных частях программы про это говорится по-разному. Навальный в одном месте предполагает, что в его России не будет госмонополий, в другом — что не будет госкорпораций; но потом пишет, что средства от управления госсобственностью пойдут в некий аналог кудринского Стабфонда — Фонда будущих поколений. Кроме того, еще в одном месте предполагается, что «Газпром» и «Роснефть» (первая госкомпания — монополист на рынке магистральных трубопроводов, вторая — лидер по добыче нефти в России) будут платить значительные средства во внебюджетные социальные фонды.

Останется ли у «Газпрома» монопольное право на строительство газопроводов? Случится ли приватизация этой компании? Что произойдет с «Роснефтью»? А с РЖД? Как быть с Росатомом? Единственную крупную реформу госмонополии в XXI веке проводил Анатолий Чубайс в РАО «ЕЭС России», но вряд ли Алексей Навальный будет брать пример со своего постоянного оппонента».

Нет, мы не говорим об этом по-разному в разных частях программы. Госмонополии и госкорпорации во многих сферах — это часто одно и то же, и обе эти модели похожим образом вредны, ликвидация и тех, и других не противоречит друг другу.

Как будет происходить демонополизация экономики, читайте в подробном докладе о демонополизации, который мы с [основателем «Открытой России», оппозиционным политиком Михаилом] Ходорковским опубликовали больше года назад, и о котором я говорю в каждой своей передаче «Где деньги?» на [ютьюб-канале] «Навальный Live». Там все подробно объяснено.

Про Пенсионный фонд или Фонд будущих поколений: да, сейчас туда будут передаваться акции монополий, а по мере демонополизации крупных компаний Пенсионный фонд будет оставаться владельцем пропорциональных долей в новых выделяемых из них компаниях. Это то, что происходит при любой реструктуризации.

Нет, мы вовсе не по аналогии с «кудринским Стабфондом» хотим создавать Пенсионный фонд (мы еще несколько месяцев назад подробно описывали наши планы тут): кудринский Стабфонд — это просто бессмысленная кубышка для накопления денег на счете правительства в Центробанке, а мы хотим создать богатый и капитализированный пенсионный фонд-инвестор по аналогии с норвежским Глобальным пенсионным фондом, крупнейшим инвестором в мире, средства которого были бы собственностью пенсионеров.

Пример с Чубайсом очень неудачный. Мы постоянно критикуем преобразования, проведенные Чубайсом, именно за провал и профанацию идеи создания конкурентного рынка электроэнергии, где в результате 55% генерирующей мощности контролируют четыре госкомпании, а вместе с тремя другими крупными холдингами [Олега] Дерипаски, [Виктора] Вексельберга и [Андрея] Мельниченко — все три четверти мощности. Мы на этот пример постоянно ссылаемся, объясняя, «как не надо делать» (вот тут можно подробнее об этом прочитать).

Кто будет платить компенсационный налог на приватизацию?

Одна из идей Алексея Навального заключается в том, чтобы ввести некий «компенсационный налог» — из-за того, что приватизация в 1990-е годы «по убеждению большинства российских граждан» была проведена с нарушением закона. Судя по словам из предвыборной программы, речь идет о налоге для конкретных людей, а не для компаний.

Имена людей в предвыборной программе не упоминаются, но круг бизнесменов, участвовавших в приватизации, понятен. Теперь вопрос: с кого нужно брать «компенсационный налог» за приватизацию, допустим, «ЮКОСа» — с бывшего основного владельца компании Михаила Ходорковского? Или с «Роснефти», которой впоследствии достались активы Ходорковского? Или с акционеров «Роснефти», а среди них не только государство, но простые россияне, купившие ее акции в рамках «народного IPO»?

А с кого брать компенсационный налог за приватизацию «Сибнефти»? Эта компания находилась под контролем предпринимателя Бориса Березовского (умер в 2013 году), а потом перешла к Роману Абрамовичу, который продал компанию «Газпрому».

В программе мы постарались сказать об этом предельно ясно — владельцы инфраструктуры, «нечестно приватизированной». Залоговые аукционы, история с продажей [бизнесменом Алишером] Усмановым «самому себе» металлургических активов «Газпрома» (когда он отказывался даже называть цену, вырученную «Газпромом», возглавляя одновременно и газпромовскую «дочку»-продавца, и частную компанию-покупателя). Разумеется, активы, которые были впоследствии ренационализированы, под это не подпадают.

С Навального, конечно, более детальные предложения о конкретном механизме введения компенсационного налога, однако это еще один вопрос из серии «уточняющих», ответ на который обязательно будет дан позже. Сама идея вовсе не является нереализуемой — Навальный опирается на опыт введения в Британии windfall tax на приватизацию 1980-х, который был вполне себе реализован.

Ипотека под 2% на 30 лет? Правда?

«Обещание ипотеки под 2% есть в короткой версии программы и в сопроводительном видеоролике — хотя ее нет в длинной. Навальный предполагает, что даже если инфляция выше, высокие ставки тем, кто берет ипотеку, может компенсировать государство.

Это обещание несет в себе огромные риски. Фактически Навальный обещает, что в течение десятков лет в России будут стабильные экономика, валюта и инфляция. Сейчас это не так: рубль сильно зависит от цен на нефть, экономические кризисы случаются по меньшей мере раз в десятилетие. Посмотрите, каким был годовой рост потребительских цен на протяжении последних десятилетий — тут и близко нет двух процентов.

Другой риск — злоупотребления. Если у вас в экономике есть кредиты под 20% годовых (скажем, потребительские) и субсидируемые кредиты от государства под 2%, то велик риск с помощью хитрых схем брать один кредит, чтобы зарабатывать на другом».

Мы уже объяснили выше, какие факторы будут сдерживать инфляцию: стимулируемый нами резкий рост деловой активности, поглощающий денежную массу, и демонополизация и сдерживание монопольных цен. В такой формулировке вопроса механизм инфляции очень упрощен. «Посмотрите, каким был рост цен в течение последних двух десятилетий» — ну так в сверхмонополизированной экономике, конечно. Мы-то хотим построить совсем другую экономику.

«Если у вас в экономике есть кредиты под 20% годовых…» — так при нас не будет таких дорогих кредитов. Мы помиримся со всем миром и вернем России доступ к дешевому внешнему кредитному финансированию. Мы демонополизируем банковскую систему, банки будут повышать операционную эффективность, а не жировать за счет чрезмерной «вилки» между процентными доходами и расходами. Забудьте о ставках по кредитам в 20%. При Навальном, с высококонкурентным банковским сектором и возвращенным доступом к дешевым внешним кредитам, ставки по кредитам в целом будут низкими.

Неясно, что имелось в виду под «злоупотреблениями». Что банки будут брать у государства субсидии на ипотечные кредиты и выдавать эти деньги под 20% в виде потребительских кредитов? Повторим, что, во-первых, ставок в 20% не будет, а во-вторых, как это технически возможно? Мошенническим путем, когда не будет факта ипотечного залога?

Возвращаясь к ипотеке: оценивая реальный спрос на эти кредиты, мы полагаем, что максимальные затраты на субсидирование ипотечных ставок — несколько сотен миллиардов рублей в год (считайте сами: сейчас средний платеж по ипотеке 21 тысяча рублей, государство, допустим, будет четыре-пять тысяч субсидировать, умножьте на несколько миллионов семей, которые захотят ипотеку взять). Субсидирует же сегодня государство автокредиты (мы, кстати, не уверены, что это надо делать — лучше субсидировать жилье).

Что делать с уволенными Навальным людьми?

«Политик предполагает, что в течение всего нескольких лет значительно сократится число чиновников, военнослужащих, сотрудников Пенсионного фонда, Росгвардии и других государственных служащих. Точное число тех, чья работа окажется под ударом, неизвестно, но по косвенным признакам можно судить, что речь идет не о сотнях тысяч, а о миллионах россиян.

Что будет с этими людьми? Вряд ли они смогут занять места мигрантов (в России Навального будет введен визовый режим со странами Средней Азии и Закавказья), ведь сложно представить, что бывший сотрудник той же Росгвардии пойдет работать дворником.

Чтобы обеспечить работой всех уволенных, потребуется существенный рост частного сектора (который, справедливости ради, Навальный в своей программе обещает). Но если его не случится, уволенные все равно останутся «на балансе» государства — только платить им будут не зарплату, а пособие по безработице».

Вряд ли стоит переживать за бесполезных чиновников и эфэсбэшников, сидящих сегодня на нашей с вами шее. Мы много раз объясняли, что произойдет с ними (вот мой недавний ролик на эту тему), но будем всегда рады объяснить еще. Куда пойдут увольняемые невоенные силовики (ФСБ, ФСИН, ФССП, Росгвардия и т. п.)? Да в армию. Создание профессиональной армии — это полмиллиона новых высокооплачиваемых рабочих мест на постоянной основе. Они все время нас учат родину любить, все эти эфэсбэшники — ну так пусть ей пойдут послужат. Тем более это оплачиваться будет хорошо. Некоторые, кстати, высказывают нам встречный упрек: «А где вы возьмете полмиллиона боеготовых мужчин, чтобы в контрактной армии служить?» Да вот там и возьмем, среди сокращаемых невоенных силовиков.

В-третьих, увольняемые гражданские госслужащие — на самом деле их около миллиона, не нужно преувеличивать их число — безусловно, получат от государства помощь в виде программ переквалификации для адаптации к рыночным профессиям. Например, в ФНС, Казначействе, Пенсионном фонде, Росреестре трудится сегодня в совокупности почти 350 тысяч человек. Там просто не нужно столько, в век цифровизации все это очень быстро и элементарно автоматизируется (вот тут подробнее можно почитать о том, где мы видим избыточную численность и чиновников, и силовиков). Одновременно будут бурно расти финансовые рынки, в результате демонополизации экономики появятся десятки новых привлекательных «голубых фишек», куда инвестиционные и пенсионные фонды смогут активно вкладывать средства населения. Будет явный рост спроса на работников в этой сфере. Переквалифицируем, подучим и отпустим этих утят в рынок. Все будет хорошо.

А также что касается дворников — если дворникам платить столько, сколько им по ведомости платят, а не столько, сколько на руки отдают коммунальные сутенеры после отъема коррупционной ренты, то туда народ побежит, ведь там вовсе не маленькие номинальные зарплаты. Мы все это коррупционное коммунальное хозяйство быстро вскроем и заставим там и повысить производительность, и реально хорошие зарплаты платить тем, кто останется. А избыточная рабочая сила в этой сфере — вы правы, домой в Среднюю Азию, требовать там от своих правительств демократии и экономических реформ по такой же схеме. Там они будут полезнее, нам нужны процветающие, развитые и демократические соседи.

Гуманизация или дегуманизация правосудия?

«В программе Навального есть конкретный пункт «Гуманизация правосудия», в котором, в частности, предлагается провести широкую амнистию среди осужденных по экономическим преступлениям. Одновременно в пунктах про борьбу с коррупцией прямо говорится об ужесточении законодательства — и тоже в части экономических преступлений. Вот лишь один пункт программы: «Увеличение с 10 до 20 лет срока давности по коррупционным преступлениям и преступлениям экономической направленности против государства и частных лиц, если размер ущерба превысил 10 миллионов долларов».

Посмотрим, по каким статьям у нас народ в тюрьмах сидит. За коррупцию практически никто не сидит, несмотря на то, что мы среди лидеров в мире по числу заключенных. Из полумиллиона заключенных лишь несколько тысяч сидит за получение взятки. Так что давайте не передергивать — у сравнения полностью сбит масштаб. Понятное дело, что гуманизация коснется всех остальных, а вот к коррупционерам отношение будет ужесточаться — потому что коррупция и есть та раковая опухоль, которая стреножила страну и мешает ей развиваться. Здесь нет никакого противоречия.

Где взять деньги? Это самый главный вопрос ко всей программе

«Расходную часть бюджета Алексей Навальный предполагает не только перераспределить, но и существенным образом увеличить. При этом доходы будут расти отнюдь не такими высокими темпами — более того, судя по некоторым оговоркам, они и вовсе могут сократиться.

Основа для предполагаемого роста доходов — сокращение коррупции в госзакупках. <…> Сможет ли Навальный одномоментно вынуть из системы госзакупок триллионы рублей на финансирование бюджета, не разрушив ее? В этом, по крайней мере, можно усомниться: все предложенные им меры по борьбе с коррупцией (создание дополнительной антикоррупционной структуры, увеличение прозрачности госкомпаний, ужесточение законодательства, международная координация) имеют долгосрочный эффект. Кроме того, Навальный предлагает существенным образом сокращать госсектор, а это автоматически означает и уменьшение объема госзакупок. Иными словами, при выполнении одного пункта программы под вопросом оказывается выполнение другого».

Честно говоря, вопрос «Где взять деньги?» просто ставит в тупик. Так Навальный же только и делает, что это объясняет. Помимо его свежего ролика, подробный документ о бюджетной реформе, где в деталях это объяснено, вышел еще несколько месяцев назад. «Навальный предлагает существенно увеличить расходную часть бюджета» — неясно, почему авторы пришли к этому заключению. Мы же подробно показываем на цифрах: все балансируется, никакого роста общих расходов не будет, просто перераспределение между статьями бюджета (см. первый вопрос нашей дискуссии). Не одномоментно все будет происходить? Ну так не одномоментно будем и расходы по нужным статьям наращивать, все в строгом соответствии с принципом нейтральности (не увеличиваем расходы по одним статьям, пока не сократим по другим, но общие цели бюджетного маневра мы обрисовали).

«Сможет ли Навальный одномоментно вынуть из системы госзакупок триллионы рублей на финансирование бюджета, не разрушив ее?» Многолетний опыт работы Фонда борьбы с коррупцией доказывает, что в России нет более эффективной структуры, которая как раз ровно это и умеет делать. Это и есть конкурентное преимущество Навального перед другими кандидатами (тут следует добавить традиционное для политика «Пока все говорят, Навальный делает», но вы и так поняли — смайл).

Комментарии экономистов Сергея Журавлева и Андрея Мовчана

Комментарии экономистов к программе Навального слишком длинные, чтобы цитировать их здесь полностью. Их мнение о программе можно прочитать тут.

Очень странно читать комментарии Сергея Журавлева «в содержательной части программа… очень узенькая, мало чего предлагается» (при том что весь предыдущий текст «Медузы» посвящен разбору всякой детальной конкретики, которая критикуется!) — или Андрея Мовчана «эта программа должна сделать врагами Навального 90% населения страны». Видимо, Мовчан считает, что населению ненавистна сама идея повышения зарплат, пенсий и налогов на «Газпром», и оно побьет нас за саму мысль о том, чтобы посметь залезать в карман к «Газпрому», чтобы поднять людям зарплаты и пенсии. Кстати, он перечисляет среди «пострадавших 90% населения» только чиновников и силовиков — кто-нибудь, познакомьте, пожалуйста, Андрея Мовчана со структурой населения Российской Федерации, среди ее жителей встречаются не только чиновники и силовики.

Невозможно это серьезно комментировать. Хотелось бы реально содержательных комментариев вместо этого традиционного бурчания экономистов-дʼАртаньянов о том, что все вокруг ничего не понимают. Время в стране тяжелое, нужна серьезная дискуссия, а не позерство.

Вопросам мы всегда рады, но вопросы лучше задавать до публикации материала о программе — так лучше получится избежать введения читателей в заблуждение.

И последнее. Задача программы — нарисовать образ будущего. Мы его подробно обрисовали — конкурентная экономика, ориентированная на производство и экспорт высокотехнологичной продукции, без монополий и избыточного давления чиновников и силовиков. Компактное государство, дружественное людям и обеспечивающее им необходимую инфраструктуру — медицину, образование, безопасность, дороги, — а не пытающееся диктовать им, куда отдать свои деньги, что читать, с кем спать и т. п. В этом цель предвыборной программы.

Оценок по поводу того, что будет и не будет получаться по ходу реформ, можно давать много. В конце концов, в прекрасной России будущего будет свободный парламент, который сможет легко заблокировать или видоизменить любые реформы, предлагаемые Навальным. Наша задача — обозначить курс. Мы его обозначили, людям он нравится. Дискуссию по поводу деталей мы всегда приветствуем, но лучше все же замечать лес за деревьями.

Владимир Милов, специально для «Медузы»