«А корзинку уничтожить»

Алексея Улюкаева приговорили к 8 годам колонии строгого режима

…Минут за 10 до того, как судья Замоскворецкого суда Москвы назвала сроки, коридор возле зала стал заграждать собой конвой. Это был первый признак того, что подсудимого возьмут под стражу в зале суда, хотя по идее откуда конвой мог знать итоговое решение, которое еще не зачитано… Тем не менее конвой вовсю готовил своеобразный еще один «коридор» в коридоре (чтобы журналисты очевидно не помешали) для сопровождения Улюкаева уже в наручниках в автозак. Через 10 минут на экс-министра действительно наденут наручники и посадят в клетку, где он будет дослушивать приговор в части штрафа, имущества и получит традиционный вопрос от судьи: «Подсудимый, понятен приговор?».

Подсудимому приговор понятен. В его глазах был шок и растерянность, хотя он старался держаться невозмутимо. Все также, но холоднее, отвечал уже из клетки на многочисленные (иногда бестактные) вопросы журналистов, благодарил за внимание, разговаривал со своими растерянными адвокатами.

Через «коридор» конвоя его проведут быстро и без лишних проблем.

Еще утром он был воодушевлен и активен. Шутил. Начало оглашения задерживалось на час. «Давайте, как в школе: 15 минут ждем педагога и уходим», — предлагал он журналистам. Те пользуясь случаем, обрушивали на экс-министра вопросы – про возможный срок и про Сечина. Улюкаев говорил, что надеется на оправдание, а на тему Сечина снова шутил, очевидно не зная, как ответить на вопрос, испытывает ли глава «Роснефти» к нему личную неприязнь:

— Помните, как в «Мимино»? «Такую неприязнь испытываю, что кушать не могу!».

Поддержать Улюкаева пришел политик Леонид Гозман (правда в основной зал не попал, оставшись в зале с видео-трансляцией). Больше из ближайшего окружения никто не пришел. От неизвестной из коридора передали букет белых роз. «Сказали, что от поклонницы», — иронизировал экс-министр. Потом от еще одной неизвестной, представившейся послушницей Свято-Алексеевского монастыря, передали книгу об этом монастыре. Улюкаев был на подъеме.

Наконец в зал в сопровождении охраны вошла судья Лариса Семенова. Свой приговор она читала на протяжении двух часов. Приговор был зеркальным отражением выступления прокуроров в прениях, за исключением разве что эмоциональных пассажей типа «катался как сыр в масле» и «своими действиями подрывает авторитет власти».

С первых строк в приговоре Улюкаев признавался виновным.

— Суд установил, что Улюкаев совершил преступление, предусмотренное частью 6 статьи 290 УК РФ, а именно получил взятку, будучи должностным лицом, за действие в пользу взяткодателя, в особо крупном размере, — судья читала быстро и тихо.

Сначала Семенова прошлась по полномочиям Улюкаева в Минэкономразвития, давая понять, что он не мог не влиять на сделку «Роснефти» по приватизации «Башнефти», затем перешла к дублированию версии следствия о том, что, занимая такую должность, подсудимый «вынашивал преступный умысел» на получение взятки у главы «Роснефти» Игоря Сечина в обмен на положительное заключение Минэкономразвития по приватизации «Башнефти». Взятку вымогал на саммите стран БРИКС в Индии, а затем в ноябре 2016 года поехал за ней в офис «Роснефти»...

При этом, гласил приговор, Улюкаев «сознавал общественную опасность своих действий».

Подсудимый слушал сосредоточенно, смотря все время на судью. У той голос иногда срывался на хрип, тогда она пила воду. Прокурор Борис Непорожный — самый активный из обвинителей — временами смотрел в потолок, словно что-то выискивая там, затем возвращал свой взгляд на Улюкаева и защиту.

Показания свидетелей все как один «в совокупности» подтверждали виновность Улюкаева и его «преступный умысел», гласил приговор. Первым делом, как и у обвинения в прениях, в пример приводились показания бывшего главы службы безопасности «Роснефти», генерала ФСБ в отставке Олега Феоктистова. Феоктистов знал, что Улюкаев требовал от Сечина взятку в размере 2 млн долларов, показав двумя пальцами знак победы во время саммита БРИКС на Гоа. Правда, в приговоре не уточнялось, что все это Феоктистов сам не видел, а только слышал со слов Сечина, сам он на Гоа не был. Не привела вслед за этим в своем приговоре судья Семенова и показания на следствии самого Игоря Сечина. Эти показания, напомним, сторонами в суде не исследовались. Лично в суд Сечин не пришел несмотря на неоднократные повестки.

— Вина Улюкаева также подтверждается заявлением Сечина в ФСБ о вымогательстве взятки, — единственное что сказала судья, не добавив, что и заявление в ФСБ, как выяснилось, в суде писал Феоктистов, а не Сечин.

Странный факт отсутствия в деле показаний (как на следствии, так и в суде) главы ВТБ Андрея Костина, который играл с Сечиным в бильярд в тот момент, когда Улюкаев якобы вымогал у него деньги, — судья в приговоре просто обошла стороной, хотя Костин — вроде бы реальный свидетель.

Как и прокуроры, она также ссылалась как на «доказательства» вины на показания сотрудников Минэкономразвития, «Роснефти» и Росимущества, которые в суде рассуждали о деталях и ходе сделки, о том, что Улюкаев редактировал доклад министерства по сделке (доклад, к слову, давал добро на сделку), но о вымогательстве Улюкаевым взятки ничего не знали, признаваясь, что слышали об этом лишь из СМИ.

Вину Улюкаева суд также обосновал показаниями сотрудника интернет-издания «Лайф», заснявшего на саммите БРИКС, как Сечин и глава ВТБ Андрей Костина играют в бильярд. По версии следствия, именно в ходе этой игры Улюкаев потребовал «вознаграждение» за свое заключение. Однако, отмечается в приговоре, сам корреспондент «Лайфа» не видел, как министр показал два пальца главе «Роснефти».

Наконец судья Семенова сослалась на показания сотрудника службы безопасности «Роснефти» — тот тоже не видел жеста в два пальца, но видел, как Улюкаев подходил к Сечину во время игры в бильярд и о чем-то (о чем конкретно — не слышал) говорил с главой «Роснефти».

Как доказательство вины экс-министра Семенова трактовала и прослушку переговоров Улюкаева и Сечина как по телефону 14 ноября 2016 года, так и в офисе «Роснефти» вечером того же дня. Причем таким доказательством вины Улюкаева в приговоре назывался в приговоре сам факт того, что министр и глава «Роснефти» договорились о встрече.

В основу обвинительного приговора легли санкция суда на прослушку телефонных переговоров Улюкаева и аудиозапись звонков.

Ожидаемо легли в приговор результаты психолого-лингвистической экспертизы разговоров Сечина и Улюкаева по телефону (когда они договаривались о встрече), в момент передачи сумки на улице у офиса «Роснефти» и в самом офисе. Эксперты, привлеченные следствием — из волгоградской некоммерческой организации «Южный экспертный центр» «не усмотрели» в действиях Сечина признаков провокации.

По мнению суда, выводы этих экспертов «также свидетельствуют о виновности» экс-министра, поскольку Улюкаев «демонстрирует понимание недосказанных высказываний Сечина».

А вот показания привлеченного защитой профессора, завкафедрой судебной экспертизы МГЮА им. Кутафина Елены Галяшиной, анализировавшей выводы экспертов от следствия и обнаруживших в их работе нарушения (в частности, анализ разговоров проводился, несмотря на шумовые помехи на записи) и некомпетентность (не основывались на лингвистических доказательствах), судья отправила в утиль. В том числе вывод Галяшиной о том, что, судя по записям, именно Сечин инициировал встречу с Улюкаевам, а затем и передачу сумки.

«Все доказательства достаточны для вывода о виновности подсудимого. Все нарушения устранены. Противоречий нет. Суд не усматривает искусственного создания сотрудниками ФСБ картины преступления. Улюкаев являлся должностным лицом, лично получил взятку», — резюмировала судья. Все доводы защиты, по ее словам, не основаны на законе и на материалах дела. А Улюкаев своими показаниями пытается избежать наказания.

— Суд считает, что вина Улюкаева нашла свое полное подтверждение. Совокупности доказательств достаточно для вывода о виновности…

«Учла» Семенова правда «смягчающие обстоятельства» — заболевания, положительные характеристики, наличие на иждивении несовершеннолетних детей и пожилых родителей-инвалидов, государственные награды, ордена, благодарности, ученую степень…

Однако Семенова постановила: «Цели восстановления справедливости могут быть достигнуты только в виде лишения свободы».

— Признать Улюкаева Алексея Валентиновича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием в колонии строгого режима со штрафом 130 433 400 рублей… — судья читала, а в это время вошедший конвой уже одевал подсудимому наручники и заводил его в клетку. Судья продолжала. — …С лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, либо выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в госорганах, органах местного самоуправления, государственных, муниципальных учреждениях и гос.корпорациях сроком на 8 лет… Сохранить арест, наложенный постановлением судьи Басманного районного суда г.Москвы от 18 мая 2017 г., на имущество до исполнения приговора в виде штрафа: земельные участки, частное домовладение, автомобиль, жилой дом, денежные средства, находящиеся на счетах в ПАО Сбербанк России, ВТБ 24 ПАО, денежные средства, изьятые в ходе обысков, монеты из драгоценных металлов, наручные часы, слиток из серебра, декоративной закладки из серебряного сплава...

Что касается 2 миллионов долларов, которые были в переданной Сечиным сумке, то их судьба будет разрешена после вступления приговора в законную силу.

Остальные вещдоки — саму сумку, в которой были деньги, компакт-диски, флеш-карты, детализацию соединений, документы, изъятые в ходе выемок, средство «Тушь-7», сухие смывы с ладоней и пальцев Улюкаева и его водителя, презентацию ПАО НК «Роснефть», плетеную корзинку, прозрачную пленку от нее и ленточку желтого цвета с надписью «Роснефть», лежавшие в корзинке наполненные бутылки вина «Усадьба Дивнаморское Сира Дивноморское» (2 штуки 2012 года выпуска) и «Усадьба Дивнаморское склон Дивноморское» (2 штуки 2013 года выпуска) — суд постановил «уничтожить». Ранее была уничтожена колбаса из корзинки. Вот собственно все, что мы должны знать о деле «Сечин vs Улюкаев».

— Всем спасибо. Это несправедливый приговор. Но я продолжаю надеяться, — сказал из клетки журналистам 61-летний Улюкаев. Защита уже заявила, что обжалует приговор.