«Чего боялся бедный Эрик?»

В суде по делу Белых допросили бывшего директора Нововятского лыжного комбината

КАРТОЧКА ПРОЦЕССА
Суд: Пресненский районный суд Москвы
Статьи: ч. 6 ст. 290 УК «Получение взятки должностным лицом»
Обвиняемый: Никита Белых
Стадия: судебное следствие
Грозит: до 15 лет лишения свободы

15 декабря судья Татьяна Васюченко продолжила допрос бывшего гендиректора Нововятского лыжного комбината (НЛК) Владимира Сысолятина. Допрос проходит по видеоконференцсвязи из суда Кирова. На одном из предыдущих заседаний Сысолятин рассказал о работе инвестиционных проектов предприятия и работе с бывшим владельцем комбината Альбертом Ларицким. По его словам, Ларицкий появился на НЛК в 2009 году, он нашел новый банк, который профинансировал проект. Отношения Ларицкого и Белых свидетель описал как дружеские.

Кроме того, экс-директор «НЛК» рассказал, что Ларицкий весной 2012 года попросил его передать, как он выразился, «котлету» (т.е. взятку) для Белых. Сам Ларицкий этого сделать не мог, потому что улетал срочно в Москву.

По словам Сысолятина, это была благодарность за передачу лесных участков НЛК и «Кировлесу».

15 декабря Сысолятин рассказал о том, что в период, когда Николай Шаклеин (предшественник Белых на посту губернатора области) руководил правительством региона, у «НЛК» не было преимуществ при распределении лесных участков. Несколько раз возникали конфликты с департаментом лесного хозяйства, которые решались после встреч между представителями НЛК и департамента. По словам Сысолятина, после того, как директором НЛК стал Альберт Ларицкий, взаимодействовать с администрацией стало гораздо проще.

— Ларицкий ходил повсюду и бравировал своим знакомством с Белых, — рассказывал свидетель. — Говорил, что очень дружит с Белых и благодаря этому будет владеть всей Кировской областью.

На вопрос адвоката Андрея Грохотова Сысолятин ответил, что на начало 2013 года, когда он покинул пост директора НЛК, предприятие процветало: на производстве трудились более 1000 человек, была небольшая прибыль.

— А НЛК был прибыльным все ваше время работы гендиректором? — уточнил Белых.

— Насколько могу припомнить, да, — ответил свидетель.

Остановились на той самой «котлете», которую Ларицкий якобы передал для Белых весной 2013 года. Взятку Ларицкий передал Сысолятину между 17 и 19 часами.

— Там был оранжевый пакет завернут в белый, а внутри — четыре пачки пятисотенных купюр, всего двести тысяч, — заключил Сысолятин.

— Вы осознавали, что это взятка? — поинтересовался Грохотов.

— Я над этим тогда не успел задуматься.

— А когда пришло осознание?

— Защитник, ну свидетель уже отвечал на этот вопрос, — осекла судья Васюченко, после чего сняла вопрос как повторный.

Сысолятин же далее рассказывал, что Ларицкий регулярно напоминал о необходимости «поблагодарить ребят»: и в 2011, и в 2012 году. При этом к Сысолятину с просьбой передать деньги Белых обращался всего один раз.

— Слушайте, а вообще проблема была для директора предприятия попасть ко мне на прием? — спросил Белых.

— Обычно о встрече договаривался Ларицкий. А лично с вами мы встречались всего раз, — ответил свидетель, добавив, что якобы передавал пакет с деньгами тогдашнему замгубернатора Сергею Щерчкову на парковке у здания законодательного собрания Кировской области, после чего Щерчков «въехал через шлагбаум к зданию правительства».

Из оглашенных далее документов следовало, что Сысолятин перечислил со счетов НЛК 800 тысяч рублей благотворительной спортивной организации, причем сделал это по распоряжению Ларицкого.

— Но я уверен, что сделано это по поручению Белых, — подчеркивал Сысолятин.

— Почему вы так уверены? — вздохнул экс-губернатор.

— Потому что просьба исходила лично от Щерчкова, а зная Щерчкова, не думаю, что он стал бы в таких вопросах сам проявлять инициативу.

Между подсудимым и Сысолятиным произошла перепалка: Белых, тыкая пальцем в протоколы допросов Сысолятина на следствии, требовал сказать, почему тот считает, что заявка «НЛК» на инвестпроект была рассмотрена в короткие сроки.

— Вы можете назвать предприятия, у которых она была рассмотрена медленнее?

— Я не следил за этим.

Белых перечислил несколько предприятий и снова задал уточняющий вопрос под неодобрительные комментарии прокуроров.

— Говорю же вам, не следил я за этим, — раздраженно отвечал Сысолятин и следом подтвердил свои показания на следствии о том, что администрация предоставляла им «самый лучший лес». Позже, впрочем, выяснилось, что речь идет о лесных участках, ранее арендованных обанкротившимся КОГУП «Кировлес», а часть экономически невыгодных участков в «НЛК» просто не стали арендовать.

На этом допрос Сысолятина завершился. После перерыва суд заслушал диск с записью телефонных переговоров бизнесмена Юрия Зудхаймера и Никиты Белых (прослушивала их ФСБ). На записях зафиксированы переговоры, которые предваряли встречи Белых и Зудхаймера в Риге, Братиславе и Москве. Прокуроры особенно цеплялись за фразы собеседников, которые, по их мнению, выглядели «странно».

— Никита Юрьевич, а что значит фраза Зудхаймера «Я коллектибелен. И только для вас прилечу в Вену»?

— Не знаю, — пожал плечами Белых. — Видимо, это означает, что у него других мероприятий в Вене нет и он мне предлагает определиться с временем и местом встречи.

В итоге встреча прошла не в Вене, а в Братиславе, куда также прилетал Белых в 2015 году.

На следующей записи Зудхаймер извиняющимся тоном просит Белых принять самому некие документы или «прислать человека понадежней». Бумаги губернатору он передавал через племянника Эрика.

«Только вы уж там пожалейте его. Он и так волнуется, боится, чтобы вы сами… У него в первый раз такое», — говорил Зудхаймер. В ответ Белых предложил встретить его «во вторник-среду, когда я буду в Москве».

— А что за документы? — интересовалась Дятлова. — И чего боится бедный Эрик?

— Об этом спрашивайте самого Зудхаймера, если он приедет, конечно, — усмехнулся Белых.

Подсудимый напомнил, что у Зудхаймера были постоянные проблемы с пониманием российского законодательства, поэтому вопросы губернатору составлялись в форме документов сотрудниками НЛК и УК «Лесхоз». Что такого должен был делать Эрик Зудхаймер «в первый раз», Белых не смог сказать. Когда Эрик все-таки привез документы, Белых направил его к секретарю московского представительства Татьяне Котанкиной.

Во время следующего разговора Зудхаймер застал Белых на яхте на Канарах. «Учитывая, что вы не в России, можно по телефону?» — уточнял Зудхаймер. – «Не стоит, наверное». – «Я по этим инвестпроектам хотел поговорить, мне все ваши люди говорят, что с вами нужно разговаривать. Там зависло все, все посылают. Там и документы передать надо, все уже готово, я готов. Желаю вам хорошего моря, потому что море может принести только радость!».

Белых из клетки показал в сторону Екатерины Белых, которая сидела рядом с выходом из зала— по его словам, тогда он как раз был в отпуске с Екатериной и еще несколькими друзьями. Дятлова попросила прокомментировать фразу про телефон. Белых объяснил, что на яхте трясло, было ветрено, и было бы неудобно записать что-то или обсуждать дела. Ничего завуалированного здесь нет, настаивает подсудимый.

Про упомянутые документы Белых повторил, что на каждой встрече просил предоставлять ему документы обо всех вопросах.

— Вам было известно, что под документами подразумеваются деньги? – спросила прокурор.

— Нет, - ответил Белых.

Во время следующего разговора 13 июня 2016 года Зудхаймер поздравил Белых с днем рождения и сообщил, что 22-23 июня будет в Москве. Белых обещал попозже сориентироваться по времени, поскольку улетал на Петербургский экономический форум.

• Это двуличие и лицемерие Зудхаймера, который желает всего хорошего при том, что уже неделю как написал заявление на меня, - заметил Белых.

Больше вопросов у прокуроров не возникло, а судья Васюченко напомнила, что в шесть часов у нее самолет. Следующее заседание назначили на 18 декабря — именно в этот день в Москве снова планирует появиться Юрий Зудхаймер. Ранее он не смог быть на процессе «из-за погодных метеоусловий в Швейцарии».