Original Material
ЦДЖ: Дело о 1500 квартирах может выйти на третий круг
В ближайшее время суд повторно вынесет приговор по первому уголовному делу из цикла о мнимом хищении 1500 квартир. Ранее обвинительный приговор был отменен, но это не повлияло на позицию прокуратуры, лишь немного снизившей запрашиваемые сроки для обвиняемых.
Тайга.инфо перепечатывает материал «Дело о 1500 квартирах может выйти на третий круг» Центра деловой жизни без изменений.
История о 1500 квартирах, продаваемых по цене ниже рыночной на 30−50%, обсуждается в прессе с 2014 года, и уже превратилась в уголовный бренд Новосибирска. Следователи МВД и прокуратура сами не рады, что так разрекламировали расследование. Улов оказался гораздо жиже анонсов. И политический результат оказался пустяковым. Не секрет, многие ждали, что следствие по фактам продажи муниципальных квартир должно привести к Владимиру Городецкому, работавшему мэром и утвердившему схему реализации, которую следствие посчитало располагающей к мошенничеству. Но в итоге Владимир Филиппович остался в статусе свидетеля и подтвердил легитимность системы пополнения бюджета города за счёт продажи муниципальных квартир силами управления по жилищным вопросам мэрии. А также пояснил, что цена, по которой квартиры продавались, соответствовала рыночной, и разница от перепродажи не могла поступить в бюджет никаким образом, так как деньги поступали в размере, предусмотренном договором, сведений о недополучении денежных средств в бюджет не было.
Тем не менее, история вылилась в два уголовных дела. Первое по 26 эпизодам продажи квартир было возбуждено против бывшего заместителя начальника управления по жилищным вопросам Андрея Гудченко, директора агентства недвижимости Павла Селякина, риэлтора Людмилы Епихиной и оценщика Валерии Селякиной. Второе по 52 эпизодам — против бывшей начальницы управления по жилищным вопросам Светланы Стыниной и предпринимательниц Веры Глотовой и Елены Камерзановой. По мнению следствия, обвиняемые продавали квартиры муниципалитета по ценам ниже рыночных, а затем риэлторы перепродавали их дороже и делились разницей с чиновниками. Стынина, которую считали главным фигурантом, посидев под стражей, заключила сделку со следствием и дала показания по делу против Гудченко и прочих, ни один из которых вины не признал. 15 декабря 2016 года Дзержинский районный суд признал их виновными в хищении муниципальных денег в размере 18 млн рублей. Гудченко получил 8 лет колонии, Селякин 7, Епихина и Селякина 6 и 4 года условно.
Следом должно было пойти второе уголовное дело, где, кроме Стыниной, на сделку со следствием пошла и Глотова. Предпринимательницу осудили в особом порядке и отпустили с условным сроком. Стынина же от сделки отказалась, заявив, что её принуждали оговорить себя и других обвиняемых. 27 марта Новосибирский областной суд отменил приговор Гудченко, Селякину, Епихиной и Селякиной, отправив дело на новое рассмотрение. В апелляционной инстанции обнаружили «нарушения фундаментальных основ уголовного судопроизводства, последствия которых привели к нарушению права сторон на справедливое судебное разбирательство», противоречия в приговоре и сложность правовой оценки содеянного. В том числе, судьи в апелляции отметили подмену понятия хищения — то ли деньги были украдены, то ли всё-таки квартиры.
К сегодняшнему дню повторное рассмотрение дела вышло на финишную прямую. 15 декабря закончились прения, все подсудимые выступили с последним словом, судья удалилась в совещательную комнату на неделю. Что изменилось с прошлого декабря? Прокуратура опирается на ту же самую позицию, считая вину подсудимых полностью доказанной. Но просит при этом меньшие сроки — 6 лет колонии для Гудченко, 5 для Селякина, Епихиной 5 лет условно, одной Селякиной опять 4. Подсудимые вину по-прежнему не признают. Адвокаты считают, что появились дополнительные основания для оправдательного приговора, которые прозвучали, наряду с прежними аргументами, в прениях 13−14 декабря.
Сторона защиты доказывала, что деньги, хищение которых вменяется в вину подсудимым, не принадлежали мэрии. Это были средства, вырученные агентством недвижимости от перепродажи квартир. Что касается цены продажи, то до середины 2009 года стоимость всех квартир определялась по письмам планово-экономического управления мэрии, устанавливающего цены, а позднее — по отчетам оценщиков. Так же были проданы и квартиры по 26 эпизодам предъявленного обвинения. По мнению защиты, чтобы определить наличие реального ущерба от деятельности подсудимых, надо было провести на стадии следствия бухгалтерскую, финансово-экономическую экспертизу. Но её не было. Представитель потерпевшего (мэрии) в процессе не смог обосновать причинённый ущерб. Нет документов, позволяющих утверждать, что деньги, которые якобы похитили подсудимые, должны были поступить в бюджет, но почему-то не поступили.
Чтобы прояснить, был ущерб или не было, защита настаивала на необходимости определения фактической стоимости квартир, как это обычно бывает при расследовании экономических преступлений. Здесь же следствие само установило и факт причинения ущерба, и его размер.
При новом рассмотрении дела была проведена судебная экспертиза рыночной стоимости квартир при продаже. Вопреки мнению прокуратуры о занижении цен, экспертиза показала, что все квартиры по предъявленным эпизодам были проданы адекватно рынку. Отчеты об оценке составлены без нарушений, которые могли бы повлиять на величину итоговой рыночной стоимости.
Также защита провела документальное финансово-экономическое исследование, представив суду акт Сибирского регионального центра судебных экспертиз при Министерстве юстиции. Судебный эксперт, исследовав годовую отчетность управления по жилищным вопросам мэрии за 2006-й, 2008−2013-й годы и документы из уголовного дела, касающиеся продажи квартир, пришел к выводу, что стоимость приобретения квартир мэрией по всем предъявленным эпизодам обвинения составила 38,465 млн. рублей, а выручка муниципалитета от их продажи составила 54,964 млн руб. Прибыль мэрии от продажи квартир составила 16,498 млн. рублей. Экспертом установлено, что лишь одна квартира реализована с убытком на сумму 78 тыс. руб.
Прибыль в почти 16,5 млн для мэрии установлена документально. Доказательства ущерба в большей степени основаны на внутренней убеждённости следователя. Если суд вновь закроет глаза на доводы защиты, дело пойдёт на третий круг: подсудимые с обвинительным приговором не согласятся и пойдут в апелляцию проторенной дорогой. Подзабытое дело вновь будут мусолить пресса и общественность. Городецкий уже переехал с поста губернатора в кресло помощника полпреда Президента, но его фамилия снова зазвучит в скандальном контексте. Тем более, что развивается и второе уголовное дело, то, в котором Стынина проходит обвиняемой. Защищающий её адвокат Михаил Багмет обратился в администрацию Президента с просьбой или переквалифицировать обвинение, или начать разбирательство в отношении крупных госслужащих, покупавших квартиры по тем же схемам, но избежавшим упоминания в уголовном расследовании. Через управление по жилищным вопросам мэрии квартиры продавались высокопоставленным чиновникам, депутатам и даже силовикам по ценам, которые сейчас кажутся очень привлекательными. Разве не логично или подозревать мошенничество в каждой продаже, или признать, что эта схема пополнения бюджета всё-таки была законной полностью? В любом случае, когда Багмет опубликует данные по всем сделкам с VIP-персонами, история приобретёт новый, более скандальный окрас.