Original Material
2017 год в неологизмах и мемах
Слова, вошедшие в язык, а чаще только лишь в моду, в том или ином году, — это камушки, по которым мы сможем вернуться к себе, прежним, жившим тогда-то, посреди таких-то событий и обстоятельств, казавшихся значимыми миллионам — и почему бы? Спустя год или два понять это бывает уже непросто. Значение неологизмов, кочевавших из статьи в статью, забывается. Мемов, без знания которых, казалось, нам ни за что не понять друг друга, не отыскать уже днем с огнем. Но наиболее памятливые из нас эти слова собирают, самые дотошные пишут для них дефиниции. И прошлое не исчезает. Упакованное в неологизмы, оно всегда под рукой. Есть ли более экономный способ — вспомнить, рассказать, подытожить?
Самые громкие мемы 2017 года — Ждун и хайп.
Ждун (так назвали в Рунете скульптуру, изготовленную по заказу Лейденского университета, — аморфное серое создание, «большой милый комок плоти», который, по словам его создательницы, голландской художницы Маргрит ван Бреворт, хочется обнять) — воплощенное долготерпение и благодушие.
Хайп, пришедший к нам из английского (hype), означает надувательство, навязчивую рекламу, шприц для введения наркотиков. А в русском языке — прежде всего шумиху и ажиотаж.
И только на первый взгляд эти мемы противоположны друг другу. Засидевшийся Ждун — в очереди ли, в бессмысленном ли ожидании социального лифта, да и вообще перемен, — самой своей затянувшейся неподвижностью идеально создан для хайпа.
Вокруг чего же мы, в общем и целом ждуны, хайпили в ушедшем году?
Сначала — вокруг Дианы Шурыгиной, история (не)изнасилования которой заполнила собой топовые ток-шоу прошлой зимы. По версии «Яндекса», мем на донышке (жест Дианы, показавшей, как мало она выпила в тот роковой вечер) стал в Рунете пятым по популярности.
Вторая половина года ознаменовалась бумом вокруг августовского рэп-баттла Оксимирона и Гнойного, набравшего за прошедшие месяцы около 30 млн просмотров. Знание словаря рэперов, долгие годы бытовавшего лишь в среде поклонников субкультуры, сделалось модным. Следящие за стилем и модой ресурсы стали дружно публиковать краткие гиды по баттл-сленгу [1]. Словечки вроде биф, дисс, панч или флоу стали входить в язык. А незнание таких выражений, как бади бэг и рил ток (см. словарик), обернулось и вовсе казусом. Материал о нем, появившийся на портале «Медуза», назывался «Стань нашим мешком для трупов. Альфа-банк попытался использовать рил ток, но получилось не очень». Процитирую его почти целиком:
«Альфа-банк решил написать объявление о поиске нового сотрудника на „молодежном“ языке, но что-то пошло не так…
В посте Альфа-банк на „ты“ обратился к потенциальному соискателю — ему должно быть от 15 до 18 лет. Банк предложил стать „блогером в самом хайповом банке“; в посте использовано выражение „рил ток“; будущему сотруднику придется, в частности, „стримить, делать сториз и хайпить в соцсетях“.
В конце поста говорится: „Стань нашим бади бэк!“ И, кажется, авторы объявления не очень хорошо понимают, о чем речь. Во-первых, выражение, которое в рунете популяризовал рэпер Гнойный, пишется так: „бади бэг“. Во-вторых, „body bag“ буквально переводится как „мешок для трупов“. В рэп-баттлах оно используется как глагол, который указывает, что один участник уверенно победил другого.
Синк эбаут ит, Альфа-банк!» [2]
На молодежном сленге искали сотрудника и в Новосибирске, сообщив, что порталу, занимающемуся поиском вакансий, необходим хайпожор [3]. Среди главных свойств хайпожора — пребывание «на волне хайпа и топовых тем». Среди задач, которые ему предстоит решать, — повышение известности бренда «Зарплата.ру», в том числе в социальных сетях. Надо ли объяснять, что хайпожор — это человек, способный оседлать волну хайпа как в собственных интересах, так и во благо работодателя? Надо ли уточнять, что хайпожор — одно из модных словечек 2017 года — как вдруг появилось, так вдруг и забудется?
Видимо, та же участь постигнет слова, которыми мы пытались описать большие и малые социальные потрясения.
Провозглашенная московской мэрией реновация (прозванная в народе хреновацией) обернулась бунтом пятиэтажников и прочих несносных, не захотевших переезжать в многоэтажные человейники.
Фильм «Он вам не Димон», созданный Алексеем Навальным и его Фондом борьбы с коррупцией, вывел на димонстрации против незаконно приобретенной медвижимости десятки тысяч людей почти в ста городах. Навальнята и революционная школота, вброшенные в связи с этим в социальные сети прокремлевскими троллями, вошли в язык вполне органично, то есть цели своей не достигнув, но важную метку сделав: никогда еще на несанкционированные акции не выходило в России так много молодежи.
Два слова, для которых в словарях будущего придется писать длиннейшие дефиниции (мол, депутат Поклонская, мол, фильм «Матильда», мол, та же Поклонская, сообщившая о мироточении в Крыму бюста императора Николая II), сегодня понятны всем: матильдобесие и Идолопоклонская. Как и прозвище доктор белгородских наук — которым наградил язык министра культурки (еще одно его прозвище прежних лет), после того как диссертационный совет по истории Белгородского госуниверситета отказался лишать Мединского степени доктора.
Неологизмы и мемы из того же ряда: Баклан-арена, губеропад, корзинка с колбасой.
Впрочем, этимология Баклан-арены уже и сегодня нуждается в комментарии. В беседе с журналистом одного из спортивных изданий вице-губернатор Петербурга Игорь Албин объяснил протечки на стадионе «Зенит Арена» (стоимость которого за время строительства выросла почти на порядок! [4]) тем, что бакланы своими мощными клювами разрушают цельность светоотражающей пленки на крыше стадиона. Понятно, что соцсети не остались в долгу. Баклан-арена, пожалуй, самое мягкое, что было произнесено в связи со всем этим.
И наконец, самая громкая тема года, оказавшаяся в центре не просто хайпа, но суперхайпа, — майнинг (добыча) криптовалют. Интерес к ней рос день ото дня вместе с фантастическим ростом стоимости загадочного, обыденным умом не постижимого биткоина. В «Яндексе» число запросов с этим словом выросло с января по декабрь в 17 раз, в конце года достигнув 8,5 млн (для сравнения скажу, что «Новороссию» и «Русскую весну» на пике популярности этой сверхпопулярной темы запрашивали в «Яндексе» не более 3,5 млн раз).
Столь же быстро рос интерес и ко всему, что содержит сегодня криптовалютный словарь для «чайников»: от альткоина (обобщенное название всех криптовалют, кроме биткоина) и блокчейна до эфириума (второй по популярности криптовалюты). Но 2018 год начался с тревожных прогнозов: сам Уоррен Баффет предрек виртуальным валютам крах, а биткоин назвал пузырем из-за невозможности определить его реальную рыночную капитализацию. Для лексикографов это означает одно: на долгую жизнь в языке может рассчитывать разве только блокчейн — технология, жестко к криптовалютам не привязанная (в Эстонии работает блокчейн-система электронного гражданства, Финляндия при помощи блокчейн-технологий идентифицирует беженцев, правительство Бразилии в 2017-м приступило к тестированию блокчейн-системы удостоверений личности [5]).
Ну и в завершение — о молодежно-сленговом эщкере, занявшем в топе мемов 2017 года, по версии «Яндекса», первое место. Слово, возникшее в языке рэперов (как утверждает легенда, вследствие быстрого произнесения фразы let’s get it), означает «давайте сделаем это», «давайте замутим», иными словами, устроим какой-нибудь хайп. Иными словами… Надеюсь, что в 2018 году они у нас непременно появятся.
Марина Вишневецкая,
писатель, автор-составитель книги «Словарь перемен — 2014»
1. www.gq.ru/lifestyle/children-theatre-jan18
3. nsk.zarplata.ru/vacancy/card/135399891/Haypozhor?position=1
4. Стадион начали возводить в далеком 2006 году. Сначала смета строительства на Крестовском составила 6,7 млрд руб. <…> По данным главы Петербургского отделения антикоррупционного центра «Транспэрэнси Интернешнл» Дмитрия Сухарева, [на сегодняшний день] стоимость строительных работ превысила 50 млрд руб. mr7.ru/articles/173756
Наш словарик:
Бади бэг (англ. body bag) — мешок для трупа. На языке рэперов бади бэг означает поражение, проигрыш.
Рил ток (англ. real talk) — разговор всерьез. Но после знаменитого августовского баттла эта реплика, несколько раз повторенная Оксимироном (наравне с другими: изи-изи, синк эбаут ит), стала мемом, произносимым по разным поводам — чаще всего с иронией.