В поисках пушечного мяса

Почему в Думе появились инициативы об отказе от повесток для призыва на срочную службу и о легализации ЧВК

Фото: culture.ru

Лишь чрезвычайно наивный человек рискнет назвать Госдуму России законодательным органом. Она давно уже представляет собой третьестепенный департамент президентской администрации. Однако в силу формальных причин именно Госдума обречена первой озвучивать те напасти, которые российская власть намерена обрушить на подведомственное население. В течение первой недели работы в новом году российский парламент озаботился двумя законопроектами, которые прямо или косвенно должны обеспечить увеличение численности военных сил, находящихся в распоряжении российских властей. Сначала первый заместитель председателя комитета по обороне Алексей Красов внес драконовский законопроект, который требует, чтобы будущие солдаты срочно, без всяких повесток, являлись в военкоматы после объявления призыва. Вскоре депутаты сообщили, что они намерены в очередной раз представить в парламент законопроект, который должен легализировать так называемые частные военные компании (ЧВК).

Людишек снова не хватает

Фото: imenno.ru

Вся эта суета представляет собой разные следствия одной и той же проблемы — Москве стало решительно не хватать пушечного мяса. Новая Холодная война требует способности к мобилизации миллионов резервистов. Кроме того, Кремль, настаивающий на том, что он обладает некими «привилегированными интересами» в постсоветском пространстве, не исключает использования военной силы для обеспечения этих самых интересов. Однако демографы довольно давно вынесли свой беспощадный приговор: и сейчас, и следующие несколько лет лишь по 600 тыс. юношей будут достигать 18-летнего возраста. Именно поэтому, а вовсе не из-за роста числа контрактников (как нам врут в военном ведомстве) стремительно сокращается количество призывников. Осенью 2017-го их было лишь 134 тыс. — на 18 тыс. меньше, чем в тот же период 2016-го. При этом количество профессионалов-контрактников, если верить официальным данным Минобороны, вот уже два года как замерло на цифре 384 тыс. и, хоть ты тресни, дальше не растет.

На самом деле их гораздо меньше. В октябре прошлого года генерал-полковник Михаил Мизинцев, начальник Национального центра управления обороной РФ, куда в режиме реального времени стекается вся информация о Вооруженных силах, заявил, что контрактников — всего 354 тыс. А те, кто слышал выступление начальника Генерального штаба Валерия Герасимова на одной из двух итоговых коллегий военного ведомства, уверяли корреспондента NT, что была названа куда меньшая цифра.

То есть разница между реальной и официальной численностью — почти 140 тыс. Эта система надувательства должна неизбежно рассыпаться при сколько-нибудь серьезном столкновении с реальностью

В это можно поверить. Сравнительно недавно и довольно случайно мы получили представление о реальной численности нашей армии. На сайте госзакупок были размещены документы тендера на страхование всех действующих военнослужащих. Из этих документов следовало, что таковых военнослужащих насчитывается всего 793 тыс. в 2018-м и планируется иметь почти на 15 тыс. меньше в 2019-м. И это при том, что официальная численность Вооруженных сил — около 930 тыс. военнослужащих! То есть разница между реальной и официальной численностью — почти 140 тыс. Эта система надувательства должна неизбежно рассыпаться при сколько-нибудь серьезном столкновении с реальностью. Похоже, неслучайно ни одна из четырех новых сухопутных дивизий, о создании которых «на западном направлении» было с немалой помпой объявлено два года назад, не была задействована в маневрах «Запад-2017».

Призывное рабство возвращается?

И вот теперь, очевидно с подачи Минобороны, депутаты озаботились обеспечением российской власти боеготовыми соединениями. Главный ресурс — это, конечно же, призывники. Как только возникают проблемы с комплектованием Вооруженных сил, у генералов тут же появляется объяснение. Забавно, что военные бюрократы оправдываются отнюдь не демографической ситуацией. Они настаивают, что солдат-срочников наверняка было бы намного больше, если бы удалось обойти требование вручать каждому призывнику повестку под роспись. Семь лет назад генерал Василий Смирнов, возглавлявший тогда Главное организационно-мобилизационное управление Генштаба, с пеной у рта доказывал: достаточно присылать призывникам sms-сообщения на мобильники. А потом, если не явятся, преследовать (это самое любимое у отечественных генералов) по всей строгости закона. Вот и теперь законопроект Героя России Андрея Красова, получивший в целом одобрение правительства, предлагает рассылать повестки по почте заказными письмами. При этом вовсе не обязательно добиваться, чтобы за это письмо счастья расписался лично призывник. Законопроект считает, что это может сделать любой совершеннолетний член семьи, а также лица, «уполномоченные представлять их интересы в отношениях с призывными комиссиями». Так, повестка может быть даже вручена по месту работы призывника сотрудникам, которые ответственны за военно-учетную работу в организации. Мало этого, если подлежащий призыву гражданин по каким-то причинам все же не получил повестку, он обязан самостоятельно явиться в военкомат в момент объявления призыва. В случае неявки он попадает под действие административного и уголовного преследования. При этом все участники процесса делают вид, что они забыли, как Владимир Путин обещал, что армия перейдет на добровольческий принцип формирования в обозримом будущем.

В идеале, с точки зрения автора законопроекта, рукой которого уж точно водили чиновники оргмобуправления Генштаба, в армию следует отправлять не меньше 80% призывного ресурса. Такого не было даже в период Великой Отечественной…

Настаивая на актуальности своего законопроекта, Красов, вопреки утверждениям военного ведомства о 100-процентном выполнении плана призыва, указывает, что «в период призывных кампаний 2016 года военные комиссариаты не смогли оповестить о явке более 90 тыс. призывников (30% от общего числа граждан, призванных на военную службу)». То есть, по его данным, планы призыва не выполнялись вовсе. Сейчас, утверждается в пояснительной записке, от получения повесток уклоняются аж 170 тыс. «несознательных». Если иметь в виду, что в 2017-м было призвано никак не меньше половины юношей, достигших 18 лет, то в идеале, с точки зрения автора законопроекта, рукой которого уж точно водили чиновники оргмобуправления Генштаба, в армию следует отправлять не меньше 80% призывного ресурса. Такого не было даже в период Великой Отечественной…

Фото: armydocs.ru

Надежда на наемников

И уж точно не по стечению обстоятельств в то же самое время первый зампред думского комитета по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов сообщил, что в течение ближайшего месяца в Госдуму будет внесен законопроект, легализующий частные военные компании (ЧВК). Этот законопроект разрешит привлекать членов военных компаний (которых, заметим, в России официально не существует, что не мешает их сотрудникам воевать и на Украине, и в Сирии) «к участию в контртеррористических операциях за рубежом, защите суверенитета союзнических государств от внешней агрессии, а также к защите различных объектов». Начиная с 2014 года, такие проекты по меньшей мере дважды возникали в российском парламенте, но всякий раз их отвергали. Очередным катализатором думской активности стала позиция главы внешнеполитического ведомства. В ходе своей традиционной пресс-конференции министр иностранных дел Сергей Лавров был спрошен о судьбе двух россиян, воевавших в небезызвестной «группе Вагнера», попавших в плен к террористам из ИГИЛ* и, очевидно, ими убитых. Сообщив, что МИД целиком полагается на российских военных (которые ранее заявили, что эти конкретные граждане никакого отношения к оборонному ведомству не имеют), Лавров вдруг пустился в рассуждения о необходимости легализации ЧВК: «Здесь нужно четко зафиксировать законодательную базу для того, чтобы эти люди были в правовом поле защищены». Из чего следует, что, по мнению главы МИДа, граждан России надо защищать за границей только в том случае, если они принадлежат к какой-то «конторе», ну если не к Минобороны и не к ФСБ с СВР, то хотя бы к «Вагнеру».

*ЧВК «Вагнера» в Сирии*Фото из социальных сетей

Немедленно отреагировали думцы. «Деятельность частных военных компаний (ЧВК) нуждается в законодательном регулировании, так как полулегальное существование таких компаний — это слишком опасно», — заявил первый замруководителя, глава экспертно-консультативного совета думской фракции «Единая Россия» Андрей Исаев. Идею тут же подхватил председатель комитета по обороне генерал Владимир Шаманов: «Нужно реализовывать легализацию ЧВК через отдельный закон в соответствии с мировой практикой».

Ажиотацию думцев понять можно, так как долго не было ясности, чего же на самом деле хочет начальство. По слухам, против легализации частных военных компаний активно возражала ФСБ (хоть в официальных заключениях этому не противилась). Если так, то это тот редчайший (если вообще не единственный) случай, когда можно с главной отечественной спецслужбой согласиться. В российских реалиях государство не должно делегировать кому-либо право на насилие. По той простой причине, что при наихудшем развитии событий, в условиях масштабного кризиса наличие неких частных армий может привести к исчезновению государства как такового и превращению ядерной державы в гигантское «гуляй-поле». Похоже, что даже сейчас в Кремле к единому мнению относительно ЧВК не пришли. Хоть Путин в бытность премьером и ратовал за легализацию ЧВК, ныне Кремль пока что решил не связываться со скользкой темой. Президентский толмач Дмитрий Песков заявил даже, что «позиция отсутствует… Мы не инициировали подобный законопроект». Из чего можно сделать вывод, что за думским ажиотажем стоят какие-то конкретные ведомства, прежде всего — Минобороны.

Реалии украинской и сирийской операций довольно быстро продемонстрировали иллюзорность расчетов на то, что участие «добровольцев-наемников» из России может избавить Москву от ответственности за происходящее

Хоть ЧВК существуют на Западе с начала 1960-х, идея учреждения частных военных компаний в России осенила начальственные мозги аккурат в 2014-м, когда началась гибридная война на Украине. Тогда российскому руководству показалось, что, наняв бойцов ЧВК, оно освобождается от какой-либо ответственности за «секретные» действия бойцов, получивших «секретные» деньги. При этом подобные построения не имеют ничего общего с зарубежным опытом, на который так любят ссылаться в России. Военный аутсорсинг, когда ЧВК нанимают для выполнения военных задач, имеет в тех же Соединенных Штатах, прежде всего, экономический смысл. Жизнь американского солдата стоит очень дорого. В прямом смысле этого слова: в случае гибели военнослужащего США Пентагон должен выплатить больше миллиона долларов. При этом некоторые выплаты — пенсия семье, оплата образования детей и многое другое — могут продолжаться в течение долгих лет. И вот, чтобы избежать этого, было решено нанимать ЧВК (которые сами выплачивают страховки своим сотрудникам) для выполнения определенных задач, не связанных с широкомасштабными военными операциями.

Однако довольно скоро в Кремле потеряли интерес к легализации ЧВК, вроде «группы Вагнера», командиров которой до поры до времени щедро награждал Владимир Путин. Реалии украинской и сирийской операций довольно быстро продемонстрировали иллюзорность расчетов на то, что участие «добровольцев-наемников» из России может избавить Москву от ответственности за происходящее. Недавно казалось, что контингенты для зарубежных операций можно будет набирать после того, как та же Дума одобрила возможность заключения контракта с Минобороны на несколько месяцев для проведения конкретной операции за пределами страны. Однако, похоже, желающих нашлось немного. Так что, скорее всего, за думским ажиотажем опять-таки стоит Минобороны, которому стало решительно не хватать солдат…

* Организация, запрещенная в России как террористическая