Любовь побеждает смерть

Должен сознаться, сама мысль о том, что франко-британская комедия "Смерть Сталина" выйдет на экраны российских кинотеатров, вызывала у меня оторопь. Просто невозможно было вообразить эту картину: режиссер Армандо Ианнуччи на деньги натовских продюсеров снимает в сатирическом ключе кино про наш 1953 год - и Минкульт безропотно выдает ему прокатное удостоверение, и неравнодушные граждане покорно покупают билеты и занимают места в зале, где смеясь расстаются со своим прошлым. Все, что мы знаем про Минкульт с Мединским и неравнодушных граждан с канистрами, резко противоречило этой благостной картине.

Между тем до вчерашнего дня происходило нечто совершенно небывалое в современной России. Минкульт безмолвствовал. Общественность отмалчивалась. Разве что знаменитый наш культуролог-ракетчик Павел Пожигайло сообщал корреспонденту ВВС, что "если в фильме будет намек на какую-то любовь Иосифа Виссарионовича и Никиты Сергеевича, в западных фильмах такое практикуется", то этому безобразию будет поставлен заслон. Но он ошибся, бедняга, спутав традиции зарубежного кино с живой российской литературной классикой, после чего более на заданную тему не высказывался. Дошло до того, что ведомство Мединского выдало картине прокатное удостоверение, и почудилось уже, что непоправимое вот-вот случится. "Смерть Сталина" покажут в наших кинотеатрах.

Меня это событие очень огорчило. Получалось, я совсем не знаю страну, в которой прожил столько лет и о которой пишу. И о начальстве, управляющем ныне культурой, тоже ни малейшего понятия не имею. Неверно себе представляю министра Мединского. Превратно толкую про Павла Пожигайло. Как это нередко бывает с людьми, оторвавшимися от родной почвы.

Оттого так радовался я весь вчерашний день, поглощая свежие новости про Сталина и его смерть. О закрытом просмотре в Минкульте, после которого Никита Михалков заявлял, что "такие фильмы просто не должны до России доходить", а Елена Драпеко сулила "сильный пожар от этого фильма". Читая в государствообразующей газете нелестный отзыв о "потомках наших союзников по антигитлеровской коалиции", которые не постеснялись в рамках "пропагандистской войны" снять "самый тошнотворный фильм про СССР в новейшей истории". Последовательно, буквально в течение нескольких часов узнавая о том, что кино сперва отложено до лета, дабы не оскорблять ветеранов Сталинградской битвы, потом запрещено в прокате, а вот уже и отправлено на юридическую экспертизу. С целью выяснить, не поглумились ли англичане, французы и отечественные прокатчики над чувствами россиян, которые комедию не увидели и не увидят.

Это была радость узнаванья. Ясное подтверждение тому, что находящийся в послании автор этих строк не утратил на чужбине связей со своей страной и что-то самое главное о Родине знает. Нечто такое, чего гордый взор иноплеменный не просечет.

В частности, ту неоспоримую истину, что начальство в России всегда знает, какие книги, фильмы, произведения живописи народ одобрит, а какие гневно осудит. Что начальство в России порой долго чешет голову, выискивая, чего бы еще запретить, но если уж обнаружит крамолу, то кидается на нее всей руководящей толпой и долго на ней топчется. Странно даже, что сатирическая комедия про советских вождей и военачальников, причем основанная на реальных фактах, чуть не дошла до кинотеатров. Закрадывается подозрение, что в системе произошел сбой и начальство, утомленное разнообразными прежними скандалами - с огнеопасной "Матильдой", с Кириллом Серебренниковым, с диссертацией Мединского, наконец, - как-то отвлеклось и вовремя не распознало русофобскую провокацию. Вот и пришлось спешно организовывать "обращение юристов" и собирать общественный совет при Минкульте, а там уж пошло как по маслу. Все высказались, все возмутились, всех объял ужас - и отстояли Сталина, Берию и Гулаг.

Хотя не исключено, что в ходе скандала замечательным образом проявилась чиновная мудрость министра культуры. Он, быть может, терпеливо выжидал удобного момента, чтобы расправиться со своими давними врагами-прокатчиками. Неделю назад они схлестнулись с ним, требуя немедленно восстановить в прокате перенесенные было на февраль иностранные фильмы, и Мединского заставили переменить решение. Теперь же он взял реванш, пресекая вредительскую вылазку западных агентов влияния под личиной коммерсантов. Заодно и по карману им вдарил. Денег же было много истрачено - и на закупку, и на рекламу, и на озвучку этой франко-британской идеологической диверсии. Правда, прокатчики могут подать в суд на Минкульт, но бюджетных средств министру не жалко, да и едва ли его враги одержат победу. Мало ли у нас ограбленных и проигравших в тех судах, где им противостояло государство.

А главную победу мы с Владимиром Ростиславовичем и его заединщиками можем праздновать уже сейчас. Я верил в них, настоящих постсоветских патриотов, сталинских орлов, верных русланов агитпропа, как может быть себе не верю, и они не подкачали. Единственная просьба: в другой раз не надо так томить и пугать, склоняя к мысли, что в путинской России вдруг взяли и отменили цензуру. Это ведь мысли не только дурацкие, но и опасные. Один раз промедлили, другой, в третий раз не уследили - и внезапно услышали хохот. Кто, спросили, хохочет? А россияне смеются: над Сталиным, над Минкультом, страшно сказать над кем. Дома и за границей, по всей земле. Жуткая вообще картина, святотатственная, оскорбление чувств, сплошной экстремизм. Не доводить бы россиян до греха.