Соткано из воздуха

В ходе прений в Северо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону гособвинитель потребовал для фигурантов дела "Орджоникидзевского джамаата" от семи до 18 лет лишения свободы. Об этом сообщает "Кавказский Узел"

"Подсудимые являются генерацией нового поколения преступников, они хотели шагать в ногу со временем и использовать квадрокоптеры в своей преступной деятельности", - сказал прокурор Александров.

Гособвинитель заявил, что "вина подсудимых доказана в полном объеме". Главными доказательствами прокурор назвал явки с повинной жителей Ингушетии Зелимхана Хациева и Рамзана Халдыхроева, а также протоколы осмотра Илеза Торчхоева, Тимура Матиева, Зелимхана Амриева, у каждого из которых, по версии следствия, были изъяты различные гранаты с запалом. Подтверждают вину подсудимых помимо этого протоколы осмотра "Исламского магазина", помещения птицефермы, расположенных в Сунже, и домовладения Багаудина Опиева, отметил Александров.

"Несмотря на то, что в деле нет потерпевших, нет объекта посягательства, НВФ существовало и имело четкую вертикаль власти", - заявил гособвинитель.

Кроме этого, Александров отметил, что в ходе предварительного следствия почти все подсудимые дали признательные показания. После проверки подсудимым было отказано в возбуждении дела о применении к ним пыток, подчеркнул прокурор.

Адвокаты обвиняемых требовали возобновить судебное следствие. Об этом попросил и подсудимый Илез Цечоев. Он сообщил о намерении допросить свидетелей, бывших очевидцами его задержания в Белгородской области, а не в Ингушетии, как утверждает обвинение. Однако судебная коллегия под председательством Сергея Горелова эти ходатайства отклонила.

В ходе прений адвокаты просили оправдать подсудимых, подчеркивая, что их вина не доказана. Прения продолжатся 25 декабря.

В деле девять фигурантов. Лечи Гадамаури - основному обвиняемому - инкриминирована часть 1 статьи 208 УК (организация незаконного вооруженного формирования; в редакции, действовавшей на момент вмененных ему эпизодов, - от 8 до 15 лет колонии). Опиев, Амриев, Матиев, Торчхоев, Асхаб Албаков, Акроман Бузуртанов, Джохар Цечоев и Илез Цечоев оввиняются по части 2 этой же статьи (участие в таком формировании; от 5 до 10 лет). Опиеву это обвинение инкриминировано через часть 5 статьи 33 (пособничество).

Кроме того, все, кроме Цечоевых, обвиняются по части 2 статьи 222 кодекса (незаконный оборот оружия в составе группы лиц по предварительному сговору; от 2 до 6 лет), а все, кроме Цечоевых и Матиева, - по части 2 статьи 222.1 (незаконный оборот взрывчатки в составе группы лиц по предварительному сговору; от 3 до 8 лет).

Гадамаури, Албакову и Амриеву инкриминированы также часть 3 статьи 30 - часть 2 статьи 223.1 УК (покушение на незаконное изготовление взрывчатки в составе группы лиц по предварительному сговору; от 3 лет 9 месяцев до 6 лет), а Опиеву - часть 1 статьи 205.1 (содействие терроризму; от 5 до 10 лет) и часть 2 статьи 228 (незаконный оборот наркотиков в крупном размере; от 3 до 10 лет).

Именно из-за вмененной Опиеву статьи 205.1 дело рассматривается СКОВСом. Если бы ее в обвинении не было, суд проходил бы в Ингушетии.

Согласно фабуле дела, "Орджоникидзевский джамаат", образованный под руководством Гадамаури, входил в состав "Сунженского сектора". Амиром "Сунженского сектора" прокурор также называет Гадамаури. Остальные фигуранты, утверждает прокурор, входили в состав "джамаата" в период с 1 марта 2014 по 31 декабря 2015 года. Как утверждается в обвинительном заключении, группировка занималась "деятельностью, направленной на изменение конституционного строя РФ и нарушение ее территориальной целостности, распространение идей радикального ислама, разжигание национальной и религиозной вражды, совершение преступлений экстремистской и террористической направленности по религиозным, политическим и идеологическим мотивам".

Слушания по существу дела начались в августе. На первом заседании Опиев и Гадамаури сообщили о пытках, которым подвергались на следствии. Они требовали исключить из дела все их сделанные под длавлением признания. Гадамаури заявил, что единственный из силовиков, представившихся ему после задержания, был начальник регионального ЦПЭ Тимур Хамхоев. В декабре 2016 года Хамхоев был арестован по делу о разбое; позже ему предъявили еще одно обвинение - в пытках задержанного.

Позже о пытках заявили еще шестеро подсудимых.