Тихон Шевкунов: «Если бы Серебренников попросил меня о встрече, я бы безусловно не отказал»

К епископу Тихону (Шевкунову), которого часто называют «духовником» Владимира Путина, всегда много светских вопросов. The Bell поговорил с ним о том, как церковь будет участвовать в предстоящих выборах, какое отношение он имеет к преследованию Кирилла Серебренникова, что думает о политике Министерства культуры и почему его проекты пользуются такой поддержкой со стороны госкомпаний.

Фото: агентство городских новостей «Москва» / Никеричев Андрей

– Патриарх Кирилл недавно призвал всех поучаствовать в выборах. Он говорит, что это должна быть гражданская позиция, люди церкви должны участвовать в формировании государства. Для Кремля же важно на предстоящих выборах обеспечить высокую явку. Вы как к этому относитесь?

— Святейший Патриарх Кирилл призывал православных христиан, участвуя в выборах, принять на себя ответственность за судьбу страны. Могу только согласиться с такой позицией.

— А вы обычно принимаете участие в голосованиях?

— С 2000 года. До этого голосовал, один раз в 18 лет. Потом был перерыв лет на 25.

— А сейчас за кого будете голосовать?

— Это — великая тайна.

— А то, что действующий президент так долго находится у власти, вас не смущает?

— Люди выбирают. Что тут скажешь? Но, правда, чем дольше политик во власти, тем ему, действительно, сложнее. Для меня в этом смысле один из самых поразительных примеров – выборы в Великобритании в июле 1945 года. Меньше трех месяцев прошло после великой победы. Премьер-министр Уинстон Черчилль – триумфатор, герой, все признают его несомненные и великие заслуги в победе над фашизмом, в создании антигитлеровской коалиции. И вот на выборах английские избиратели с треском прокатывают консерваторов. Это при том, что сегодня Черчилль признан самым выдающимся британцем в истории, опережая даже Шекспира. Если в условиях свободных честных выборов побеждает все же действующий глава государства, и страна снова призывает его на высшее государственное служение, то это не просто совершенно особое доверие, но и громадная ноша, которую здесь и сейчас должен нести именно этот человек.

— Поступали ли в епархии, монастыри просьбы от кремлевской администрации — наладить работу с паствой, призвать людей прийти на выборы, организовать какую-то просветительскую работу, чтобы повысить явку?

— Нет. Ничего подобного нет и не бывает.

Фото: из личного архива архимандрита Тихона (Шевкунова). Встреча с читателями в Румянцевской библиотеке.

— Вы всегда довольно резко отвечаете на вопросы о том, что якобы являетесь духовником Путина, тем не менее о вас в последнее время снова часто говорят и пишут именно в этом качестве. Почему?

— Уже не первый год усердно лепят образ злобного мракобеса, душителя свобод, который находится рядом с президентом и влияет на принятие им решений. Что тут сказать? Флаг в руки любителям теорий заговоров и черным мифотворцам. Уже говорил и могу повторить: человека из духовной среды, который влияет на нынешнего президента России в принятии им тех или иных решений, в природе не существует. Тем не менее эти страшные сказки безусловно будут продолжаться: «Если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно».

— Ну, вы с ним периодически, действительно, рядом находитесь...

— Рядом с президентом периодически находятся общественные деятели, священники, ученые, актеры, врачи, журналисты, режиссеры.

– Раз уж вы сами заговорили о режиссерах. В конце года на «Дожде» вышел документальный фильм, в котором утверждалось, что вы критикуете современных российских режиссеров, и что на встречах с Путиным вы высказывались против Кирилла Серебренникова, за которым потом установила слежку ФСБ. Можете прокомментировать?

– Сначала про фильм или про Серебренникова? Про фильм. Не был бы произведен сорокаминутный фильм про мою скромную персону на не самом богатом телеканале «Дождь» без отдельного субсидирования. С командировками съемочных групп в США, Францию и Чехию. Не появлялось бы на протяжении нескольких недель по несколько статей и публикаций в день на ту же тему без заказа.

Кстати, недавно узнал, что авторы этого фильма запустили на своем телеканале еще одну новую байку о том, что в нашем скиту в Рязанской области есть вертолетная площадка, где приземляются вертолеты VIP-гостей и монахов, что в скиту построены коттеджи для силовиков. Никаких, разумеется, вертолетных площадок там и в помине нет. А в скиту живут и осваивают первый курс семинарии наши студенты: важно, чтобы они первый год были бы в удалении от мира. Впрочем, один раз за двадцать пять лет в район скита действительно прилетал вертолет со съемочной группой Никиты Михалкова, он делал тогда документальный фильм о селе «Чужая земля». Что касается «коттеджей для отставных силовиков», то это тоже, конечно же, басни: в фильме, говоря об этих «коттеджах», показали скитской дом, в котором живут наши семинаристы. Они здорово посмеялись, когда устроили коллективный просмотр фильма «Духовник».

[Комментарий и.о. главного редактора телеканала «Дождь» Александры Перепеловой: «За исключением России, для этого репортажа автор Сергей Ерженков ездил только во Францию, в остальных местах мы снимали с помощью фрилансеров. Ни фактов, ни доказательств про вертолетную площадку у нас не было, поэтому этого нет в фильме и новостях, выпущенных на сайте. Это прозвучало в обсуждении фильма на фестивале «Артдокфест» и присутствует на сайте Дождя, как и любое другое обсуждение. Нахождение там домов силовиков нам подтвердил глава села Красное, этой записи нет в распоряжении канала. Не исключено, что в кадр действительно попал не тот дом. Но то, что эти дома вокруг скита есть, – несомненно. На два наших запроса, о деле Кирилла Серебренникова и о конфликте с Патриархом, владыка все еще не ответил – The Bell; глава поселения Красное Камал Пашаев после публикации этого интервью заявил The Bell, что домов силовиков рядом со скитом нет, вопросы об их домах во время записи ему не задавались].

— Выяснять отношения с журналистами сейчас принято в суде. Вы не собираетесь?

— Они для меня не обидчики, а благодетели. Как говорит один из моих любимых святых Феофан Затворник: «Клевета грязь, но грязь целебная». Поношения, напраслина и клевета в наш адрес как ничто другое помогают нам в духовной жизни. Но это наши, христианские, дела. Что же касается суда, то мне и правда поступали такие предложения от знакомых. Но во-первых, я не из тех тонких натур, которые могут быть оскорблены в своих религиозных чувствах. «Бог поругаем не бывает», говорит Священное Писание. Те, кто пытаются оскорбить Бога, нашу веру или оклеветать человека, — самые опасные для самих себя люди. За них и вправду надо особо усердно молиться. А для того, чтобы подать в суд, желать их наказания, их придется возненавидеть, чего и добивается дьявол. Но дело в том, что православный христианин должен всячески противостоять не то что ненависти к недоброжелателям и врагам, но даже чувству неприязни. Потому что ненависть к человеку — это убийство. Так нас учит Христос. Так что своих благодетелей я буду совершенно искренне любить и за них молиться.

– Вернемся к Серебренникову…

– Клевета – штука совсем грязная. Вначале Алексей Алексеевич Венедиктов запустил в сети выдумку, что я послал на прогон балета «Нуреев» переодетых монахов, они посмотрели спектакль, их пересказ меня возмутил и я приказал Мединскому отменить премьеру. После ареста Серебренникова Андрей Лошак в каком-то своем сетевом ресурсе написал, что, хотя у него нет никакой инсайдерской информации, но он предполагает, что дело с арестом могло развиваться так: некие православные активисты могли посмотреть фильм Серебренникова «Ученик». Потом они могли побежать к Тихону, и тот тоже мог посмотреть этот фильм, отчего пришел в негодование. Тихон вполне мог сделать нарезку из фильма (недаром он закончил ВГИК) и наконец вполне мог пойти со всем этим к Путину, а дальше закрутилась репрессивная машина. Лошак излагал все это в качестве предположения. Но тут же об этом стали говорить и писать, как о безусловном утверждении. Помните у Высоцкого: «Я ненавижу сплетни в виде версий». Кто-то ненавидит, а кому-то это очень даже по душе.

Ни одного фильма и ни одного спектакля этого режиссера я не смотрел. И смотреть не собираюсь, поскольку само направление его творчества не вызывает у меня абсолютно никаких симпатий. Но это совершенно не значит, что по причине принципиального идейного и эстетического расхождения я могу хотя бы просто пожелать, не то что содействовать, чтобы его подвергли репрессиям или лишили свободы.

— Один мой источник рассказывал, что еще в августе, за несколько недель до своего ареста, Серебренников говорил о том, что вы якобы стоите за его преследованием. Мне говорили, что он даже просил у вас по этому поводу аудиенцию и ее не получил.

— Очередная серия из области выдумок. Кирилл Серебренников не обращался ко мне с такой просьбой. Если бы он попросил меня о встрече, то, учитывая создавшуюся у него тяжелую человеческую ситуацию, связанную с уголовным делом, я бы безусловно не отказал.

Скажу еще вам по большому секрету — если бы я хотя бы намеком попросил Владимира Владимировича Путина посадить Серебренникова, или не Серебренникова, любого, кого угодно, то это была бы моя последняя встреча с Владимиром Владимировичем Путиным. Больше бы ни разу я с ним лично встретиться и разговаривать бы не смог. Отвратительны все эти слухи. Впрочем, я понимаю, насколько в креативных кругах жизненно необходим образ штатного мракобеса — злобного и ригорического человека, который якобы находится рядом с президентом.

— Почему якобы? Именно в вашем историческом парке Владимира Путина, например, выдвинули на новых срок...

— Любой кандидат в президенты хочет быть представленным избирателям в контексте столь востребованной сегодня отечественной истории. Тем более что наши исторические парки сегодня бьют рекорды по посещаемости. Кстати, и от Алексея Навального нам тоже прислали письмо с просьбой о его выдвижении в нашем историческом парке.

— Вы шутите.

— Ничуть. Фонд «Пятое время года» прислал официальный запрос об аренде нашего исторического парка для выдвижения Навального. Но, честно говоря, два кандидата в президенты, один за другим объявляющие о своем выдвижении в нашем столь еще юном историческом парке, — это было бы уж слишком нескромно, что называется too much. Так что мы своего кандидата выбрали.

[Пресс-секретарь Алексея Навального Кира Ярмыш сказала The Bell, что штаб Навального обращался ко многим площадкам по поводу подходящих помещений на конкретные даты, в том числе – к нескольким на ВДНХ. Но там Навальному отказали. – The Bell].

— Государство выделило 10 миллиардов рублей на этот проект «Россия — моя история». Это не too much?

— Too little, маловато! Агентство Bloomberg недавно на полном серьезе выпустило информацию, что «Газпром» выделяет в 2018 году на благотворительные цели 26 млрд рублей, причем большая часть будет направлена на наши исторические парки. Эту новость тут же подхватили и растиражировали. На самом деле все это очередные враки. На 2018 год «Газпром» действительно запланировал субсидии на три новых исторических парка. Общая сумма на все три составит не «большую часть от 26 миллиардов», а 360 млн рублей. Может быть, в «Газпроме» будет принято решение о строительстве еще двух экспозиций, поскольку запросы на них из регионов поступают постоянно. Не знаю, пока это под вопросом.

Фото: Агентство городских новостей «Москва» / Ермаков Дмитрий. Открытие исторического парка «Россия - моя история» на ВДНХ

Теперь о субсидировании исторических парков в прошлом году: всего их 18, 15 уже открыты в разных городах, остальные достраиваются. На каждый из 18 исторических парков «Газпром» выделил в 2016–2017 годах от 110 до 120 миллионов рублей. Средства идут на закупку очень большого количества мультимедийного оборудования, на создание дополнительных экспозиций, связанных с историей каждого региона, на выставочную застройку, на ремонт или строительство зданий мультимедийных музеев. Но все средства поступают напрямую в регионы. Они сами закупают оборудование, их местные организации осуществляют экспозиционную застройку, региональные институты истории и вузы создают региональный контент. Наш «Фонд гуманитарных проектов», который организовывал и привлекал научные, творческие и технические силы для создания этих исторических выставок, бесплатно передал в регионы весь свой огромный текстовой и уникальный электронный контент об истории России с древних времен до наших дней. Над всем этим больше шести лет трудились наши талантливые, замечательные сотрудники, а это сотни людей. На девяносто процентов – молодежь до 35 лет.

— Кроме «Газпрома» по теме парков, ваш монастырь довольно плотно взаимодействует с «Роснефтью». Верно ли, что эта компания, в том числе, давала вам деньги на новый храм?

— Да, «Роснефть» помогла в строительстве нового храма. Сотрудникам этой компании и всем другим нашим благотворителям, которых было немало, мы искренне благодарны. С помощью «Роснефти» за последнее десятилетие восстановлено из руин и построено больше полутора сотен храмов, оказана помощь в строительстве нескольких мечетей, еврейских и буддистских культурных центров. Сейчас они восстанавливают потрясающий, но требующий огромного ремонта памятник архитектуры — монастырь на острове Коневец.

Но наибольший финансовый вклад в строительство нашего нового храма внес сам Сретенский монастырь. Это средства от издания книг: у нас одно из крупнейших в Русской православной церкви издательств. Только от одной книги «Несвятые святые и другие рассказы» с 2011 по 2016 год мы получили больше 400 млн рублей. Все эти деньги были направлены на строительство храма. Общий тираж книги за эти годы составил около 2,5 млн экземпляров, а всего она издана, кажется, на 15 или 18 языках.

— «Роснефть» опекает и ваш хор, даже возила его в Венесуэлу…

— Насколько мне известно, руководство «Роснефти» постоянно приглашает в поездки по своим ближним и отдаленным объектам многие творческие коллективы. В их числе и хор Сретенского монастыря. Что касается зарубежных поездок, то наш хор, прежде чем направиться в Венесуэлу, дважды побывал с концертами в кругосветных поездках. Их устраивали не «Роснефть», а известные зарубежные продюсерские компании. Выступали, без красного словца, в лучших концертных залах мира. И всякий раз с огромным и неизменным успехом. В Вашингтоне они, кроме всего прочего, давали концерт в Конгрессе США, когда у нас еще были нормальные отношения, кажется, это было в 2009 году.

— Вы с Игорем Ивановичем Сечиным знакомы лично?

— Да.

— Я ходила на суд по делу Алексея Улюкаева. С точки зрения Церкви, как вы оцениваете поступок Сечина? Я имею в виду — позвал в гости посмотреть офис, тайком беседу записал.

— Я не собираюсь интерпретировать ничьи поступки и готов судить только о своих.

— Вы сами — в прошлом кинематографист, учились во ВГИКе. Как вы оцениваете деятельность Министерства культуры? Запреты и переносы фильмов – от медвежонка Паддингтона до запрета фильма «Смерть Сталина»?

— О медвежонке ничего не знаю. А про Сталина… Ну, велика беда – сняли перед выборами, а точнее перенесли на несколько месяцев показ откровенно провокационного фильма. Вспомните драку Максима Шевченко и Николая Сванидзе в прямом эфире. Общественный совет Минкульта вынес решение о дополнительной экспертизе. Имеют на это право? Конечно. Прокатчики против. Тоже их полное право. Пусть разбираются в суде. Долгие годы у нас ратуют за создание гражданского общества. Оно же с неба не упадет. Вот оно и создается. А то, что роды проходят болезненно – терпите.

— А как вы вообще относитесь к Сталину? К Ленину?

— Сталин… Для меня это фигура одновременно и ужасная и трагическая. Убежден: для России на все времена было и будет — никакие победы и успехи в государственном строительстве никогда не оправдают и не изгладят в народной памяти крови невинных жертв. Что касается Ленина, то в наших исторических парках есть раздел: «Ленин: от первого лица». В нем приведены многочисленные и совершенно людоедские ленинские цитаты о расстрелах и повешениях, о взятии и казни заложников — заведомо безвинных людей, о политике террора против народа России как о сознательно избранной большевиками стратегии. Поразительно, но самые разные люди в начале ХХ века — благородные, любящие Россию, пламенно желая ей добра, сделали все для того, чтобы в конце концов у власти оказался этот, быть может, самый страшный персонаж в нашей истории. События 1917 года убедительно говорят о том, что русское креативное общество, тогда оно называлось прогрессивным, оказалось вопиюще инфантильным, слепым, тупым и абсолютно бездарным в смысле управления страной, самодовольным и феерически безответственным. Большая часть творцов февраля – а это были наши замечательные креативные и прогрессивные элиты – позже, задним числом это с ужасом поняли. Недаром Александр Федорович Керенский уже в Америке в шестидесятые годы на вопрос журналиста, можно ли было предотвратить ужасы, в которые была ввергнута Россия после революции, ответил уверенно: «Можно!» «Что для этого нужно было сделать?» — спросил журналист. «Расстрелять одного человека», — не задумываясь ответил Керенский. «Ленина?» — «Нет, Керенского», — ответил Керенский.

— Вернемся к запрещенному фильму о Сталине.

— Трейлер фильма смотрел. К высокой сатире, разумеется, это не имеет никакого отношения. Все откровенно однообразно и откровенно тупо. Тот случай, когда нет смысла тратить время на всю ленту. Кондовый пропагандистский заказ. Его сверхзадача – конечно не Сталин, а Россия, ее народ. Фигуры Сталина, советских вождей, великого Жукова настолько же омерзительны, насколько должен быть ничтожен и омерзителен главный по умолчанию герой картины – народ, которым управляют такие упыри. Все просто, как мычание. Нам постепенно навязывают неизбежность философии Charlie Hebdo со всеми вытекающими для России последствиями. Нужно ли подобным веяниям противостоять? Несомненно. Весь вопрос, как это делать, соблюдая и законность, и гражданский мир.

Светлана Рейтер, The Bell