ФСБ, устремленная в будущее

Силовые структуры стали главными работодателями и социальными лифтами

Фото: veritusgroup.com

Социальное здоровье можно измерять престижностью профессий и институтов. Вряд ли здорова экономика, где инвестиционный климат, вернее, отсутствие такового определяется поведением спецслужб, прокуратуры, судов. Едва ли можно признать нетоксичной структуру рынка труда, где основным работодателем, причем работодателем желаемым, становится государство. А в этом государстве самыми популярными институтами оказываются армия, ФСБ, РПЦ и личная канцелярия президента, разросшаяся до масштабов ЦК КПСС.

Мощи и торсы

Люди хотят работать там, где есть деньги, стабильность, престиж. В течение полутора десятилетий государство действовало в рамках негласного социального контракта: россиянам предлагается немного денег и относительная стабильность существования, а в обмен на это они не вмешиваются в дела политэкономических элит и в их распилы, откаты, заносы. В результате действия этого контракта существенная часть нации превратилась в иждивенцев, не очень верящих в собственные силы, зато ожидающих помощи от сил внешних, желательно волшебных — будь то мощи Николая Чудотворца или торс Путина. Государство и есть такая волшебная, хотя и скуповатая, скатерть-самобранка. Потому и стремятся простые граждане работать в бюджетных организациях, а чуть более продвинутые соотечественники — в госкомпаниях, госбанках, госструктурах разного уровня, регионального или федерального.

Предпринимательство не в чести: с одной стороны, попробуйте заняться частным бизнесом — в случае неуспеха намучаешься, в случае удачи — отберут либо бандиты, либо государственные рейдеры; с другой стороны, нет и «аппетита» к таким занятиям, и пространства для частной инициативы, не говоря уже о незащищенности частной собственности — всякий раз обнаруживается риск подпасть под ковш какого-нибудь мэра, предпочитающего пустые городские пространства. В результате, по данным Росстата, доля доходов от предпринимательской деятельности за время правления Путина просто обрушилась: с 15,2% в 2000 году до 7,8% в 2016-м.

Но особый шик, конечно, получить в качестве работодателя спецслужбу — тут тебе и зарплата, и продуктовый заказ, и романтика «защиты Родины» с богатыми историческими аллюзиями — бордовый околыш, похрустывающая портупея, поскрипывающие сапоги.

Доля доходов от предпринимательской деятельности за время правления Путина просто обрушилась: с 15,2% в 2000 году до 7,8% в 2016-м

Работа для внучат

Данные «Левада-Центра» 2017 года: если суммировать два мнения — сталинские репрессии касались только настоящих врагов народа, и вообще это миф, раздутый СМИ, а также добавить сюда 20% затруднившихся с ответом на вопрос о том, что такое репрессии того времени, — получится символическая цифра в 37%. С 2012 года удвоилось число ничего не знающих о репрессиях; резко, на 12 пунктов (с 51% до 39%), за тот же период снизился процент полагающих, что оправдать репрессии нельзя ничем, четверть населения оценивает их как политически необходимые и исторически оправданные, 47% считают, что о них говорить надо поменьше, нечего ворошить прошлое.

Стоит ли удивляться тому, что в январе 2018 года опрос «Левада-Центра» показал: 88% респондентов не находят поводов для беспокойства в связи со службой Путина в госбезопасности, а доля положительных высказываний о КГБ достигла 93% (вопрос был именно о КГБ).

Четверть населения оценивает репрессии как политически необходимые и исторически оправданные, 47% считают, что о них говорить надо поменьше

ФСБ, СВР, ФСО и другие спецслужбы, по преобладающему мнению граждан, занимаются защитой государства от угроз, защитой граждан, предотвращением терактов, соблюдением порядка в стране (данные ФОМ, февраль 2018 года). 66% положительно оценивают деятельность органов — по сравнению с 38% в 2001 году.

Почему бы в таком случае не поработать в этих самых органах: 45% родителей, бабушек и дедушек, опрошенных ФОМ, желают, чтобы их дети и внуки трудились на ниве госбезопасности (в 2001 году таких было всего 29%). А доля молодежи (до 30 лет), стремящейся избежать безработицы и естественным образом тянущейся к стабильной и высокой зарплате, а также к работе, дающей ощущение власти, то есть готовой служить в органах, достигает 50%.

Половина молодых граждан России хотят служить в органах государственной безопасности — это один из главных итогов правления Путина. Они не желают заниматься своим делом, основывать бизнесы, осваивать гражданские специальности, бывать за границей, познавать мир, реализовывать свои инициативы и идеи. Они хотят олицетворять государство и подозревать его граждан в антигосударственном поведении.

Это и есть Россия, устремленная в будущее? Половина населения которой, согласно формуле Мишеля Фуко, будет «надзирать и наказывать»? Страна охранников, топтунов, вохровцев, следаков, проедающих деньги налогоплательщиков и не занимающихся производительным и креативным трудом. Новый средний класс, очень средний во всем.

Вы спрашивали, какой у Кремля и индоктринированного им населения образ будущего? Вот он — во всей красе. Образ прошлого, на глазах превращающегося в будущее.

Половина молодых граждан России хотят служить в органах государственной безопасности — это один из главных итогов правления Путин

*Постоянный колумнист NT, руководитель программы Московского центра Карнеги
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции