Одна страница о любви к кино

The cinema is the greatest art form ever conceived for generating emotions in its audience. That’s what it does best.

Roger Ebert1

Название американского фильма “Intimacy” у нас в свое время перевели как «Интим», что попросту неправильно. Обычный русский контекст слова интим — объявление типа «интим не предлагать». А фильм про другое. Он про попытки пробить стену одиночества — в отсутствие лучших путей — через секс. Так что здесь я бы перевела англ. intimacy как «близость». “Intimacy” я посмотрела случайно — искала материал об авторе фильма, выдающемся французском театральном и кинорежиссере Патрисе Шеро (Patrice Chéreau, 1944–2013). Шеро снял этот фильм в 2001 году, и, насколько я могла понять, это просто еще один из полутора десятка фильмов Шеро — режиссера, мировая слава которого основана более всего на его театральных постановках. Можно ли сказать, что это фильм о сексе? Или это фильм о любви? Я бы сказала, что фильм о невозможности любви в условиях, когда мужчина и женщина не могут дать друг другу ничего, кроме секса.

Отсутствие чего-либо, кроме сугубо телесных ощущений, подчеркивается в фильме обстановкой, в которой происходит действие. Это нищая и грязная комната, куда героиня (ее зовут Клер; в этой роли — новозеландская актриса Керри Фокс) входит прямо с улицы; как я поняла — почти случайно.

Всё дальнейшее как бы и не предполагает эмоций — и где здесь intimacy? Меж тем мы узнаем, что у героя фильма Джея (видный британский актер и режиссер

Марк Рэйланс) двое сыновей лет четырех-шести — он с нежностью моет их в ванне; издали мы видим мать этих мальчиков — обычную женщину лет тридцати или около того. Это дом, откуда Джей ушел.

Работает Джей в баре, временами он посещает небольшой зал, где идут спектакли театра, напоминающего наш любительский, или самодеятельный. В Англии нечто подобное называется fringe-theatre; теперь таких маленьких студий становится всё больше, соответственно, всё более значимо их место в английской театральной культуре.

В таком театре Клер ставит спектакль, репетицию которого мы видим; ее сын, мальчик лет восьми, ждет мать, сидя в зале… Позже в действие включается муж Клер — его играет известный английский характерный актер Тимоти Сполл (мы его запомнили по фильмам Майка Ли). Драматический конфликт в “Intimacy” сводится к тому, что в очередной вторник — уже привычный день встречи с Джеем — Клер не приходит. Герой пытается ее вернуть, но она отказывается. И это всё? — удивится читатель, ожидающий событий. Что ж, вот еще один, не более сложный сюжет: замужняя женщина, тоже мать ребенка лет восьми, полюбила другого — и это почти всё… И хотя эту историю нам рассказали еще в школе, а наши бабушки и дедушки в довоенные времена видели ее же на сцене МХАТа, я считаю, что лучший Алексей Александрович Каренин — это Олег Янковский в фильме Сергея Соловьева 2009 года2.

Так что закончу моим любимым изречением Арнольда Шёнберга: «Еще много нового можно сказать и в до мажоре».

Ревекка Фрумкина

1 «Кино — величайшая художественная форма, когда-либо созданная для передачи эмоций аудитории. Это то, что оно делает лучше всего». Роджер Эберт.

2 Фрумкина Р. М. Алексей Александрович Каренин // ТрВ-Наука, № 111 от 28 августа 2012 года.