«Провокация спецслужб США». Последние новости и главные вопросы о «кокаиновом деле»

История с почти 400 кг кокаина в школе при российском посольстве в Аргентине продолжается. Подозреваемые Али Абянов (он находится в СИЗО в Москве) и Андрей Ковальчук (заочно арестован, находится в Германии) через адвокатов высказали свои версии событий. Оба заявили, что их подставили. По версии Абянова, его подставил Ковальчук, а по версии Ковальчука, он и сам стал жертвой провокации — конечно, со стороны американских спецслужб.

После новых показаний подозреваемых вопросов ко всей истории стало еще больше. Мы собрали пять главных:

Как чемоданы оказались в школе?

Это, наверно, единственный важный вопрос, на который есть однозначный ответ. Российский МИД почти сразу признал, что чемоданы в школу пронес летом 2016 года бывший завхоз посольства Али Абянов, у которого был доступ к подсобку, где они были обнаружены. Это не отрицает ни сам Абянов, ни владелец чемоданов Ковальчук — правда, первый говорит, что он не знал, что в них, а второй утверждает, что там были коньяк, сигары и кофе. Но остается вопрос — можно ли было пронести чемоданы в школу без ведома и проверок охраны. Живущий в Буэнос-Айресе экономист Максим Миронов, чьи дети учатся в посольской школе, написал пост, в котором описал систему охраны школы и выразил уверенность, что это невозможно. МИД жестко раскритиковал пост, подчеркнув, что у технических сотрудников есть неограниченный доступ в любые помещения школы, а на каникулы охрану здания вообще снимали, «что могло значительно упростить злоумышленникам задачу».

Как в чемоданы попал кокаин и кому он принадлежал?

По версии российских и аргентинских спецслужб, владельцем кокаина был предприниматель Андрей Ковальчук. Сам он через адвоката утверждает, что ничего не знал о кокаине — летом 2016 года он якобы купил партию коньяка, кофе и бытовой химии, частично для подарков, частично на перепродажу, и с разрешения Абянова оставил в подсобке школы. После этого, по версии Ковальчука, наркотики в чемоданы подбросили аргентинские полицейские при содействии американских спецслужб. У Абянова другая версия — он уверен, что кокаин принадлежал Ковальчуку и дал на него показания. По словам Абянова, он познакомился с Ковальчуком еще в 2011 году. Тот представился одним из «кураторов дипломатов» от спецслужб. «Ковальчук вошел к нему в доверие, убеждал, что вхож в круг высокопоставленных дипломатов. У Абянова не было сомнений, что это порядочный силовик», — рассказал адвокат арестованного Александр Костанянц.

Какое отношение подозреваемые имеют к российскому МИД?

Если с должностью Абянова все вроде понятно, то с Ковальчуком сложнее: адвокат Ковальчука утверждает, что он работал техническим сотрудником российского посольства в Берлине (об этом же писал «Росбалт»), однако МИД России настаивает, что Ковальчук никогда не работал в системе ведомства. По данным Republic, Ковальчук часто бывал на территории посольства России в Буэнос-Айресе, хотя там не работал.

В опубликованных аргентинской прессой переговорах организаторов ввоза наркотиков также упоминается тезка первого секретаря упоминается тезка первого секретаря российского посольства в Аргентине Олега Воробьева, которого подозреваемые называют «наш Олег». К Воробьеву никаких претензий нет, сказал «Интерфаксу» дипломатический источник: напротив, это он первым инициировал разбирательство после обнаружения чемоданов. Официально МИД его упоминание никак не комментировал.

Почему чиновники отрицают участие в операции самолета спецотряда «Россия»?

Чемоданы с мукой вместо кокаина в ходе спецоперации отправляли самолетом Ил-96 отряда «Россия», который перевозит первых лиц государства, свидетельствуют съемки аргентинской полиции, случайно снятые жителем Буэнос-Айреса кадры с самолетом, данные FlightRadar24 и закрытого сразу после своего упоминания в СМИ в связи с «кокаиновым делом» сайта Russianplanes. Но Управделами президента, признав, что в дни спецоперации самолет был в Буэнос-Айресе и привез туда российскую делегацию, наотрез отказывается признать его участие в кокаиновой операции. В ведомстве даже предположили, что опубликованная аргентинской полицией фотография могла быть подделана — в ответ на что полиция подтвердила подлинность фотографий. Еще в самом начале истории The Telegraph сообщила, что в спецоперации участвовал лично секретарь Совета безопасности Николай Патрушев — именно его самолет перевозил муку под видом кокаина. В Совбезе эту информацию опровергали.

Почему МИД так реагирует на скандал?

С одной стороны, ведомство пытается максимально дистанцироваться от скандала, с другой — постоянно комментирует старательно, с фирменной иронией, не только опровергает публикации в СМИ (подробно перечисляя их список с гиперссылками) и делает замечания «Российской газете», но и отвечает блогеру Миронову, выделяя отдельный абзац для описания «антироссийских настроений» блогера и его жены.

Что мне с этого?

Кинематографичная история с кокаином вряд ли закончится массовыми увольнениями — формально виновные уже найдены и (почти все) арестованы. Но ситуацию подогревает и продолжит подогревать упорное и странное отрицание российскими чиновниками даже вполне очевидных фактов (вроде самолета из спецотряда).

Артем Губенко