Выборы по-чеченски и статистика "понаехавших"

На выборы 18 марта "Фонд борьбы с коррупцией" послал в республики Северного Кавказа 90 наблюдателей. И если наблюдатели от местных партий, как правило, ограничивались рапортами об отсутствии нарушений и достоверности зашкаливающей явки, то "понаехавшие" активно пытались предотвращать вбросы и карусели, а также считали число голосующих.

Не везде эти усилия увенчались успехом – так, практически всех наблюдателей в Северной Осетии удалили с участков, а в Дагестане порой случался банальный мордобой. Однако там, где дело довели до конца, результаты видны на графиках явки невооруженным глазом.

Изначально наибольшие опасения вызывала поездка 52-х наблюдателей в Чечню. Накануне выборов сотрудники ФБК передали их список главе ЦИК Элле Памфиловой с просьбой обеспечить безопасность "десанта". Вскоре ситуацию несколько разрядил сам Рамзан Кадыров, пригласивший в республику и наблюдателей, и самого основателя ФБК Алексея Навального.

В итоге, наблюдение в Чечне действительно прошло с минимальными проблемами. Кому-то пытались запретить снимать (не всегда успешно), порой нарушители нагло действовали в открытую (об этом ниже), наблюдателей на двух участках оттеснили в места, откуда урны плохо просматривались, но это не идет ни в какое сравнение с проблемами, ждавшими их коллег в других республиках региона.

Однако это не означает, что выборы в Чечне проходили честно. Напротив, расхождения между статистикой участков с наблюдателями и без них однозначно свидетельствуют о массированных фальсификациях – таких же, как и в прочих регионах с аномально высокой явкой.

Странности начались еще до подведения итогов. Так, на 14 участках в Грозном явка в промежуточном отчете на 18.00 оказалась выше, чем итоговая за весь день. Все они были с наблюдателями от ФБК. На УИК №393 разница составила фантастические 732 человека.

И хотя сами по себе такие отклонения о нарушениях не свидетельствуют, подобные завышения часто используются при подготовке вброса или подтасовки финальных результатов, чтобы резкий всплеск между 18.00 и 20.00 не бросался в глаза.

Были и прочие странности – голосующие нередко приходили группами, насчитывающими более 50 человек. Некоторые избиратели, по прописке имеющие право голосовать на участках, не оказывались в списках. Их заносили в отдельную тетрадь.

Причины завышения промежуточной явки стали ясны после оглашения финальных результатов. Явка в среднем по республике составила 92%, по Грозному – 77%. При этом средняя явка на грозненских участках без наблюдателей – 93%, с наблюдателями – 53%.

Пять УИК без наблюдателей продемонстрировали стопроцентную явку. Только два из 26 участков с наблюдателями показали явку выше 90%.

Наблюдатель с УИК №408, где явка была максимальной, так описывает свой опыт (текст приведен с сокращениями): "На участке было человек 70 избирателей, они ходили по кругу и голосовали. При мне вбросили первую пачку бюллетеней, я сразу отреагировал и оповестил всех, подошли другие наблюдатели и подтвердили вброс. Чеченские девушки-наблюдатели прониклись моими переживаниями. Но они ничего не могли сделать, хоть сами были в полном шоке. Председатель повертел урну и сказал, что всё хорошо. Я попытался снимать, но у меня сразу отобрали телефон и всё удалили. Дальше я не выдержал и поймал ещё одну девушку, которая пыталась вбросить. Я громко объявил о фальсификации, попросил зафиксировать, но мне сказали, что ничего не было. Тогда я понял, что я уже не наблюдатель, а заложник всей этой ситуации. Мне пришлось сидеть и смотреть, как при мне вкидываются бюллетени пачками, люди голосуют по несколько раз, не выходя из здания. После 20.00 закрылся участок, но выборы активно продолжались, теперь в урны засовывали просто пачки бюллетеней, никто не обращал на меня внимания, я начал думать о своей жизни и о том, как мне добираться ночью домой".

К счастью, подобные случаи были редким исключением и, вероятно, местной инициативой.

Также на участках под наблюдением существенно ниже доля избирателей, проголосовавших за Путина, – 72% вместо 88%. Для сравнения, результат в среднем по России – около 77%. Зато Грудинину по итогам выборов на контролируемых участках в Грозном не пришлось бы сбривать усы – за него проголосовало 18% избирателей. Более реалистичную явку показывают и аналогичные УИК в соседних республиках – там, где наблюдателям дали довести свою миссию до конца.​

Как ни странно, такие результаты внушают осторожный оптимизм. Семь лет назад подобные нарушения массово происходили по всей России. С тех пор движение наблюдателей в корне изменило ситуацию во многих ключевых регионах. Сейчас десятки тысяч добровольцев работают без опаски и фиксируют минимальные нарушения. Навстречу пошло и государство, установив на участках видеокамеры, а кое-где и электронные урны, автоматизирующие подсчет голосов и сильно затрудняющие вбросы.

На Северный Кавказ квалифицированные наблюдатели пришли только на выборах в Государственную думу 18 сентября 2016 года. Большинство местных жителей было настроено скептично. Однако горстка активистов в Дагестане собрала шокирующие материалы, которые привели к визиту в республику Эллы Памфиловой.

Глава ЦИК во всеуслышание заявила: "Путину ваши дутые крутые результаты не нужны", и впоследствии выразила удовлетворение отставкой Рамазана Абдулатипова.

На выборы 2018 года пришло наблюдать, помимо приезжих экспертов, более сотни дагестанцев. Хочется верить, что со временем Северный Кавказ ждет то же, что и центр России, и движение наблюдателей станет массовым. Тогда фантастически высокая явка уйдет в прошлое, а выборы превратятся из череды фальсификаций в реальное волеизъявление граждан.

Новостное приложение Кавказ.Реалии.
Скачать