Original Material
Горькая «Зимняя вишня»
Известный девелопер, застройщик «Москва-Сити» Шалва Чигиринский — о том, почему трагедия в Кемерове была запрограммирована
ТРЦ «Зимняя вишня» после пожара Фото: Twitter / Mobile Independence
Бизнесмен Шалва Чигиринский, проживающий ныне в Нью-Йорке, в прошлом — один из крупнейших российских девелоперов. Среди объектов, возведенных при его участии, — башня «Россия» в «Москва-Сити», многофункциональный комплекс «Югра» в Ханты-Мансийске, гостиница «Москва», отель «Советский» и остров Новая Голландия в Санкт-Петербурге. В 2008 году американский Forbes оценивал его состояние в $2,3 млрд. Вместе с тем с именем Чигиринского связано и немало скандалов как в Москве, так и за рубежом. В марте 2016 года Чигиринский был обвинен в штате Коннектикут (CША) в «незаконном сексуальном контакте с лицом, не достигшим 16-летнего возраста», и «риске причинения телесных повреждений ребенку». Фигурантами дела были старшие дочери бизнесмена. В феврале 2017 года следствие пришло к выводу, что дети оказались вовлеченными в распри бывших супругов, спорящих по поводу опекунства и раздела имущества, и суд закрыл дело.
Однако нет сомнений, что Чигиринский с его опытом в строительном бизнесе, тем более в российском, является экспертом по вопросам безопасности строительства. Поэтому получив его письмо, мы сочли правильным познакомить читателей с его мнением о причинах и предпосылках трагедии в Кемерове.
У России один из самых высоких в мире показателей смертности из-за пожаров — за период с 2001 по 2015 год этот показатель составил 7,5 на 100 тыс. жителей по сравнению с 1,0 в США. Понятно, что ни одна страна в мире не застрахована от пожаров и обрушений, в том числе и с человеческими жертвами. Но цепочка, состоящая из проявлений безответственности и непрофессионализма, как в случае с Кемерово, — это чисто российская специфика. Я мужчина, но узнав все подробности случившегося в «Зимней вишне», я тоже плакал.
Рука руку моет
Стандарты безопасности в России регламентированы еще во времена СССР. Большой разницы в сравнении с западными тут нет. Разница в другом — в отношении к этим правилам. Иными словами, трагедия в «Зимней вишне» обнажила то, что российская власть не в состоянии обеспечить исполнение ею же принятых законов.
С точки зрения строительных стандартов ТРЦ «Зимняя вишня» — типичный провинциальный экономвариант: старое здание переделали в нечто новое — стены подкрасили, двери поменяли, лифт встроили — и вот вроде заиграло по-новому. Экономвариант имеет право на жизнь, тем более что финансовые потоки девелоперов, понятное дело, стремятся в столицу. Но здесь — другое. Здание фабрики в Кемерове надо было сначала снести, а уже потом возводить на ее месте комплекс, рассчитанный на массовое стечение народа. Это же элементарно: фабрика и торгово-развлекательный центр проектируются совершенно по-разному.
Когда я доложил Юрию Михайловичу Лужкову, тогдашнему столичному мэру, что «Москву» надо разбирать, он мне очень жестко ответил: «Еще раз скажешь — выброшу в окно!» Набрав воздуха, я все-таки продолжил – «Иначе она рухнет!»
Лично мне «Зимняя вишня» напомнила громкую историю сноса гостиницы «Москва» на Манежной площади в 2004 году. Будучи разработчиком дизайн-проекта реконструированного объекта, я заказал его частную экспертизу. И когда она была уже готова, один из экспертов привез меня на место и ткнул железной пикой в стену — пика прошила фасад насквозь. У меня от этого зрелища холодный пот по спине заструился. Оказалось, что из шлакобетона со временем испарилась вода и материал превратился в труху. Гостиница могла обрушиться в любой момент.
Отстаивать идею сноса здания было непросто — такой проект намного перекрывал изначальную смету. Когда я доложил Юрию Михайловичу Лужкову, тогдашнему столичному мэру, что «Москву» надо разбирать, он мне очень жестко ответил: «Еще раз скажешь — выброшу в окно!» Набрав воздуха, я все-таки продолжил — «Иначе она рухнет!»
Мы элементарно могли получить «Зимнюю вишню» у стен Кремля!
Версия сноса исторического объекта, прямо скажем, не была популярной. Но все участники той истории шли на открытые дебаты в прессе и на круглых столах, где высказывались разные точки зрения — в спорах рождалась истина. Помню, я даже пресс-центр возле стройплощадки разворачивал. Совсем другая атмосфера царила тогда в Москве. Когда же случилась трагедия в Кемерове, российские официальные СМИ вначале взяли долгую паузу — явно информацию хотели заканифолить, и вакуум тут же был заполнен слухами и вымыслами.
Главгосэкспертизу передали в ведение Минстроя — это ошибочное решение. Как можно было контролирующее звено передавать под начало тех, кто заинтересован поскорее протолкнуть объекты в эксплуатацию!
Когда мы начинали работать над проектом «Охотный ряд» на Манежной площади, получить добро от Главгосэкспертизы было чрезвычайно нелегко. Однако с тех пор в российской системе контроля многое изменилось. Например, Главгосэкспертизу передали в ведение Минстроя — это, на мой взгляд, ошибочное решение. Как можно было контролирующее звено передавать под начало тех, кто заинтересован поскорее протолкнуть объекты в эксплуатацию! В очередной раз получилась ситуация «рука руку моет», и это, боюсь, еще может аукнуться в будущем.
Здание на 20 тыс. м2 — это же не палатка в пустыне. И если оно вдруг, как утверждает сейчас следствие, оказывается «самостроем» — это просто вопиющее обстоятельство, которой показывает, прежде всего, насколько коррумпирована местная власть
Поверить в то, что сгоревшее здание «Зимней вишни» проходило какую-либо экспертизу, невозможно — оно не вписывается ни в какие параметры безопасности! Здание на 20 тыс. м2 — это же не палатка в пустыне. И если оно вдруг, как утверждает сейчас следствие, оказывается «самостроем» — это просто вопиющее обстоятельство, которой показывает, прежде всего, насколько коррумпирована местная власть.
Как такой объект могли принять к эксплуатации пожарная и сантехническая инспекции? Куда смотрели электрики, вентиляционщики, отопители, связисты? По логике это все разные службы. Но тут такое впечатление, что все действовали по отмашке одного и того же дирижера.
Вывод: в России в сфере строительства и эксплуатации объектов нужны параллельные структуры контроля, не подчиненные вертикали власти.
Полезная паранойя
В Америке соблюдение правил безопасности доведено, если судить по российским меркам, до паранойи. В парилке температуру не поднимешь выше 80 °С — запрещено! Открываешь дверь в общественное заведение — непременно висит табличка «Смотрите под ноги!» А если ее не будет, а вы вдруг споткнетесь и лоб расшибете, все «повесят» на менеджера ресторана. Снег вдруг сильный пошел — школы закрывают. Дети дорогу переходят — вся улица перекрывается. Так здесь относятся к главному праву человека — праву на жизнь. Они лучше перестрахуются, чем недосмотрят. Здесь никто не пойдет на нарушения, даже если сам президент позвонит и попросит «решить вопрос». Жесткие штрафы, санкции, параллельные контролирующие частные структуры — никакой «губернатор Тулеев» не нужен для надзора за строительством. Работает государство.
Еще одна мощная контролирующая империя в США — страховые компании. Если вдруг дело доходит до выплаты страхового случая, они кишки вывернут наизнанку, расследуя кто виновен. Они попытаются переложить вину на подрядчика, на управляющую компанию — на кого угодно, если удастся зацепиться за малейший просчет в их работе. Вот поэтому в Америке в сфере строительства взяток не дают и не берут.
Инвестицию в торгово-развлекательный центр Штенгелов сделал плохую. Во-первых, потому, что в стране, где царит бардак, опасно быть собственником. А во-вторых, непонятно, как он вообще мог купить такой объект, не зная всех нюансов его строительства
Однажды я спешил в Москву, летел с юга Франции на личном самолете. И вдруг пилот идет на посадку в Женеве, не спрашивая меня. Есть, говорит, техническая проблема, угрозы безопасности не представляет, но... надо связаться с управляющей компанией. Приземлились, я скриплю зубами, жду. Приходит капитан корабля, англичанин. Управляющая компания, говорит, оставила вопрос на усмотрение капитана, а «мое усмотрение» — полет отменяется, покиньте борт.
«Да борт-то мой собственный!» — кричу я на него. «А не имеет значения, — отвечает. — Мы его не забираем у вас, а просто просим покинуть».
Мне пришлось улететь рейсовым самолетом. Я был в бешенстве, а потом остыл — поразмыслил и согласился, что они действовали правильно. Вот что такое цивилизованные отношения между собственником и менеджером.
В России, как в очередной раз показала кемеровская трагедия, — все по-другому.
Кто виноват
Главным злодеем в российских СМИ и соцсетях сразу назвали миллиардера Дениса Штенгелова, владельца «Зимней вишни», он и богатый, и живет далеко, в Австралии... Я бы не стал возлагать на него моральную ответственность — это и его горе, и его трагедия. Но как бизнесмен скажу: инвестицию он сделал плохую. Во-первых, потому, что в стране, где царит бардак, опасно быть собственником. А во-вторых, непонятно, как он вообще мог купить такой объект, не оценив его детально, не зная всех нюансов его строительства. Штенгелов нанял управляющую компанию, которая по всем стандартам — и российским, и американским, и немецким — должна была нести полную ответственность за объект (управляющая сгоревшим ТРК ООО «Зимняя вишня» в Кемерове Надежда Судденок арестована. — NT). Как она ее несла — мы теперь видим...
Предположим, управляющий или представитель собственника докладывал Штенгелову об аварийном состоянии здания и просил дополнительных капиталовложений, а владелец отказал. Но ведь в этом случае управляющий должен сообщить о тревожной ситуации в надзорные органы — объект бы тут же закрыли по соображениям безопасности. Но этого сделано не было.
Многие сейчас задаются вопросом: кто же все-таки виноват в гибели 64 человек, из которых две трети — дети. Для меня очевидно, что основная непосредственная вина за трагедию лежит на управляющих, представителях собственника, а также на районных и городских регуляторах.
А что же Путин? Виноват ли он? Конечно, с одной стороны, областной развлекательный центр — это не его уровень компетенции. С другой, кто еще как не Путин несет полную ответственность за работу системы властной вертикали. Это он ее создал, и это она в очередной раз показала свою полную недееспособность.
* Мнение автора может не совпадать с мнением редакции