Четвертый лишний. Самый загадочный фигурант дела о попытке присоединить Калининградскую область к Евросоюзу

В конце мая исполняется год с момента задержания первых фигурантов дела Балтийского авангарда русского сопротивления (БАРС) — калининградской организации православных монархистов, которые якобы планировали присоединение региона к Евросоюзу. «Медиазона» рассказывает об обвиняемом, который меньше всего вписывается в картину следствия — перенесшем инсульт в одиночной камере СИЗО и, по словам знакомых арестантов, никогда не состоявшем в БАРС лютеранине Николае Сенцове.

«Задержание происходило более-менее культурно. Я встала в ночной рубашке, говорю: кто там? У меня малюсенькая собачка, они мне сказали, что это МЧС. Господи, думаю, что там надо МЧС? А Коля только из Польши приехал вечером. Когда они меня увидели, ребята растерялись, они все в масках и со щитами от головы до пола, а я стою в ночной рубашке с собачкой, у меня рост — метр пятьдесят четыре. Коля спал, они его на пол положили, вроде наручники сначала надели, а потом он без наручников и побрился, помылся, в туалет сходил. Ну, меня сразу забрали в ту комнату, а он потом кричит: "Мама, мама, они мне подложили гранату, это не мое". Ну правда, гранат у него не было», — рассказывает 70-летняя жительница Балтийска Ольга Сенцова.

Она вспоминает утро 27 сентября 2017 года, когда ее сын, 45-летний моряк и активист Николай, был задержан по делу Балтийского авангарда русского сопротивления (БАРС) — маргинальной организации монархистов, которые, по версии следствия, пытались добиться присоединения Калининградской области к Евросоюзу.

«Медиазона» подробно писала об истории БАРС и уголовном деле, возбужденном в отношении его предполагаемых членов по статье 282.1 УК (организация и участие в экстремистском сообществе).

Другие фигуранты дела — бывший лидер БАРС Александр Оршулевич, сменивший его на этом посту Игорь Иванов и священник Русской православной церкви за рубежом Николай Мамаев — к моменту задержания Сенцова уже четыре месяца находились под арестом.

Но это — далеко не единственное и не главное отличие Сенцова от остальных обвиняемых. Глава информационной службы БАРС Ярослав Мирошниченко и жена Оршулевича Ванда сказали «Медиазоне», что четвертый фигурант дела никогда не имел никакого отношения к организации. В старом уставе говорится, что членом БАРС может стать только «православный христианин, достигший совершеннолетия, вне зависимости от гражданства и места проживания, принадлежащий Русской Православной Церкви Заграницей», в то время как Сенцов, по словам его матери — лютеранин.

В ходе обыска дома у него, согласно протоколу, обнаружили несколько предметов, похожих на пистолеты и автоматы, гранату Ф-1, гранатометный выстрел ВОГ-25 и патроны. Мать арестованного говорит, что дома действительно были муляжи огнестрельного оружия, которые Сенцов заказывал в интернете, но патронов и гранат она не помнит: Ольга убиралась в шкафах и не видела этих предметов.

«Сын, который меня любит, мне подкинул гранаты в шкаф, чтобы я взорвалась, и уехал в Польшу?» — недоумевает она. У семьи остались документы, свидетельствующие, что муляжи не являются огнестрельным оружием, так что их хранение Сенцову и не вменяется. Тем не менее, из-за патронов и гранаты всем четверым арестованным по делу БАРС в марте предъявили обвинение по части 3 статей 222 и 222.1 УК (незаконное хранение боеприпасов и взрывчатых веществ, совершенное организованной группой). По словам Ольги Сенцовой, экспертиза не обнаружила на боеприпасах и гранатах отпечатки пальцев или следы потожировых выделений ее сына.

Помимо этих предметов, в протоколе обыска указаны шесть листов формата A4 с надписями «Балтийский авангард русского сопротивления», «Традиционализм» и Zarenreich.com — адрес сайта БАРС. По мнению адвоката Марии Бонцлер, которая защищала Сенцова, но была отведена судом из-за того, что одновременно представляла на допросе интересы свидетелей по делу, Николая задержали, чтобы он дал показания на Оршулевича. «В холодную камеру помещали, требовали, чтобы он подписал, что они ему дадут. Он отказался», — говорит юрист.

Как полагает Бонцлер, силовики решили задержать Сенцова потому, что его видели с лидером БАРС на нескольких протестных акциях. На странице Николая во «ВКонтакте» действительно есть несколько совместных фотографий с Оршулевичем. На одном из снимков Сенцов стоит рядом с Михаилом Фельдманом, известным о делу о флаге Германии на здании ФСБ, и местным активистом Вадимом Петровым — тот утверждает, что дружит с Николаем, и повторяет, что арестованный никак не связан с БАРС. На фото мужчины держат флаг Восточной Пруссии.

Сенцов, говорит активист, с детства увлекался историей, участвовал в реконструкциях, изучал прошлое региона и ездил в Польшу, чтобы посмотреть места исторических событий и достопримечательности. По его словам, с активистами БАРС Сенцов разделял только идею переименования Калининграда в Кенигсберг.

«Николай — гражданский активист, не более того, и посещал только согласованные акции протеста. Почему он ходил на акции протеста? Он не мог найти достойную работу в нашем регионе и считал, что власти нашего региона не заинтересованы в развитии рынка труда в малых городах Калининградской области», — говорит Вадим Петров.

Мать Сенцова рассказывает, что примерно с 2011 года ее сын был гражданским служащим — начальником судовой радиостанции на буксире. Он несколько раз ходил в командировки, в том числе — на три месяца в Арктику. Однако, судя по ходатайству следствия о продлении ареста, к моменту задержания судно, на котором работал Сенцов, уже числилось за войсковой частью №45707, которая базируется в Петергофе. Эта часть относится к Главному управлению глубоководных исследований Минобороны.

По словам Ольги Сенцовой, судно отошло к Минобороны после ремонта, который занял примерно два года. Экипаж на время вынужденного простоя фактически остался без работы, сократилась и зарплата: если раньше Николай получал около 30 тысяч рублей, то теперь — всего 16 тысяч.

«Да, конечно, он немного недоволен жизнью, что-то говорит, но он правильно говорит, очень многие с этим согласны, но побаиваются говорить, а он немножко в интернете писал», — вспоминает мать арестованного. На странице Сенцова во «ВКонтакте», действительно, много репостов, свидетельствующих о его критическом взгляде на российскую политику; находясь на свободе, он регулярно напоминал и о деле БАРС.

За две недели до задержания показания на Сенцова дал засекреченный свидетель, утверждающий, что знаком с ним уже пять лет. По его словам, сам радист говорил, что вступил в БАРС в 2016 году «в целях реализации своих идей по захвату власти и отделению Калининградской области», участвовал в митингах организации и «выполнял иные указания Оршулевича».

«Для достижения своих целей Сенцов не исключал применения силовых методов, в том числе применение боевого оружия. В 2016 году Сенцов лично демонстрировал мне пистолет марки ПМ, который, со слов Сенцова, является боевым, и ему его привезли знакомые с Донбасса. Также Сенцов сообщил мне, что у него имеется еще "кое-какое" оружие, но мне он его не показал», — утверждал свидетель, обозначенный в материалах дела как «Железняков». Он также предупреждал следователя, что Николай «хранит огнестрельное оружие, в том числе, возможно, не только по месту своего жительства, но и, возможно, где-то в тайниках, и может попытаться фактически устранить меня как свидетеля».

Вероятно, именно на этих показаниях построена версия следствия, согласно которой Сенцов исполнял в БАРС роль оружейника и знал о тайниках с боеприпасами, якобы хранящимися на территории Калининградской области. Впрочем, официально предварительное расследование еще не завершено, так что у защиты нет доступа ко всем материалам дела.

После ареста, вспоминает Ольга Сенцова, сын передал ей записку с просьбой уничтожить его сим-карту и удалить страницу во «ВКонтакте» — в записке приводились возможные варианты пароля, который он точно не помнил. Пожилая женщина не знала, как удалить страницу из соцсети, так что обратилась за помощью к другу семьи Сергею Пермякову; тот пришел, но пароли не подошли. На следующий день домой к Сенцовой явились сотрудники ФСБ, которые сразу спросили у Ольги, где записка. Теперь следствие упоминает этот эпизод среди аргументов в пользу продления ареста; Пермяков сказал «Медиазоне», что он не проходит свидетелем по делу, но у него был «разговор с определенными личностями» о том, что его действия якобы могут быть квалифицированы как сокрытие улик.

По словам адвоката Бонцлер, все обвиняемые по делу БАРС содержатся в СИЗО в одиночных камерах. 12 марта Сенцову стало плохо; врачи диагностировали геморрагический инсульт и кровоизлияние в мозжечок. После этого его еще день продержали в изоляторе, и лишь после госпитализировали в областную больницу. Мать узнала об этом случайно — когда выяснилось, что сына нет в изоляторе — и поехала к нему в клинику.

«Там он 10 или 11 дней пролежал, пристегнутый наручниками к кровати, его охраняли три человека и снимала видеокамера, будто он уж не знаю какой преступник, — говорит Ольга. — А потом его выписали в тюремную больницу (ИК-8). Он не жалуется, потому что они там втроем лежали в одной палате, но он говорит, что там один СПИДом болел, а другой — гепатитом. Но ребята хорошие были, они к нему все проникновенно относились. А теперь опять в СИЗО».

Как утверждает мать арестованного, Николай постепенно восстанавливается, но после инсульта его продолжают держать в маленькой одиночной камере. «Вроде ему полупостельный режим разрешили — когда плохо, он может лежать. Но на прогулку ходить не может: у него что-то со зрением случилось, он ступеньки не видит, не понимает, куда наступать. Он пошел раз на прогулку, ему стало плохо» — говорит Ольга Сенцова.

Несмотря на инсульт, 26 марта судья Центрального районного суда Калининграда Елена Герасимова по ходатайству следствия продлила арест Сенцова на два месяца. Самого обвиняемого на заседании не было: «Усматривается, что он не может быть этапирован за пределы следственного изолятора по медицинским показаниям, по состоянию здоровья участвовать в судебных заседаниях не может до выздоровления», — сказано в постановлении судьи.

Герасимова также указала, что у Сенцова не обнаружены заболевания из утвержденного правительством перечня тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию подозреваемых или обвиняемых под стражей. Адвокат Эдуард Щербаков, представляющий теперь интересы моряка, полагает, что постановление было вынесено с нарушениями. Дело в том, говорит юрист, что следствие предоставило «только справку, очень условную, которую мы не считали документом, который может говорить о наличии или отсутствии диагноза».

При этом в постановлении правительства приводится форма медицинского заключения, которая должна предоставляться в суд для исследования вопроса, есть ли у обвиняемого заболевание из перечня. Адвокат Щербаков считает, что такое заболевание у Сенцова есть — оно относится к указанным в перечне «последствиям цереброваскулярных болезней с выраженными явлениями очагового поражения головного мозга и наличием стойких нарушений функций организма, приводящих к значительному ограничению жизнедеятельности и требующих длительного лечения в условиях специализированного медицинского стационара».

Защита уже направила администрации СИЗО и следователю заявления с просьбой провести надлежащее медицинское освидетельствование Сенцова. СИЗО в просьбе отказало, поскольку медицинская карта арестанта находится у его бывшего адвоката, следователь на запрос пока не ответил. Адвокат Щербаков говорит, никаких следственных действий с его подзащитным в настоящее время не проводят.