Фальсификаторы на президентских выборах не боятся врать даже на камеры. Волонтеры посчитали избирателей буквально по головам и доказали завышение явки на проблемных участках в два, три и даже в пять раз

На прошедших в марте выборах президента России была только одна интрига — какой будет явка? Администрация президента и власти на местах делали все, чтобы завлечь избирателей на участки. В итоге по отчетам ЦИК явка составила 67,4% и превысила аналогичные показатели 2012 года. И Владимир Путин, и глава ЦИК Элла Памфилова назвали прошедшие выборы «самыми чистыми в истории».

Но в распоряжении «Новой газеты» оказались неопровержимые доказательства масштабных фальсификаций итогов голосования. Эти данные мы получили от активистов и наблюдателей, которые уже два месяца ведут незаметную, кропотливую и беспрецедентную по своим масштабам работу — просматривают записи с тысяч камер, установленных на участках в день голосования. Они считают количество людей, опустивших бюллетени в урны, а затем сравнивают эти результаты с данными ЦИК.

Видео: Глеб Лиманский, Ирина Долинина, Алеся Мароховская / «Новая газета»

За это время участники проекта исследовали регионы с наиболее высокими показателями явки.

Результаты исследования оказались шокирующими: на большинстве участков реальная явка была в два-три, а то и в пять раз ниже официальной.

Сегодня «Новая газета» представляет первые результаты этой масштабной проверки итогов выборов президента России.

Мы считали явку на 10 случайных участках в пяти регионах России:

• Чечне,

• Дагестане,

• Татарстане,

• Карачаево-Черкесии,

• Кабардино-Балкарии.

В общей сложности на 50 УИК приписали более 31 тысячи человек.

«Тут такой блокбастер — мужик, не смущаясь, прямо под камерой, у всех на глазах опустил четыре бюллетеня подряд!!! Все отчетливо видно!» — написал мне в мессенджере молодой наблюдатель Михаил Савков.

Он отсматривает запись, сделанную в день выборов президента России 18 марта на избирательном участке № 23 города Черкесска в Карачаево-Черкесии. Через минуту Михаил присылает несколько скриншотов: мужчина стоит у урны с бюллетенем в правой руке, еще несколько он держит в левой, вот он опускает второй бюллетень, потом третий и четвертый. На скриншоте четко видны выходные данные видеозаписи: 18.03.2018, 10:24:28 MSK, а также номера региона, участка и камеры: Р09 К0023 Н01. Вскоре Михаил сообщает о вбросе, сделанном женщиной в черной накидке, чуть позже — еще об одном вбросе.

«Добыча» Михаила вызывает у меня легкую «зависть». Я отсматриваю видеозапись с участка № 21 в том же Черкесске: вбросов нет, явка довольно высокая. В 21.29 комиссия огласит, что в помещении участка избирателям было выдано 1125 бюллетеней. Цифра вызовет возмущение у наблюдателя, насчитавшего на 100 человек меньше. По моим подсчетам, бюллетени в урну опустили 997 избирателей. По данным ГАС «Выборы», в ящике для голосования было 1152 бюллетеня, то есть 155 дополнительных голосов!

По сравнению с официальными итогами почти на 100 штук уменьшилось число погашенных бюллетеней, но при этом вырос результат кандидата Путина: на участке насчитали 1058 голосов, а в ГАС «Выборы» — уже 1112.

Отчеты с результатами просмотра мы с Михаилом отправляем координатору проекта Азату Габдульвалееву из Ассоциации наблюдателей Татарстана. «Циничный беспредел», — резюмирую я итоги. Тогда я еще не знала, что уже скоро приписка 155 голосов покажется невинной шалостью по сравнению с находками коллег, изучающими записи веб-камер с участков в Дагестане, Кабардино-Балкарии, Чечне и Татарстане.

Вот уже два месяца десятки волонтеров из организаций, которые Совет Федерации в своем докладе о вмешательстве в выборы президента России обвинил на днях в подрыве доверия к российской электоральной системе, просматривают записи с камер наблюдения, чтобы выяснить, какой на самом деле была явка на выборах 18 марта.

В распоряжении «Голоса», Ассоциации наблюдателей Татарстана, «Наблюдателей Петербурга» оказались качественные и обширные видеоматериалы с более 8 тысяч избирательных участков из разных регионов России.

Один участок — это записи с двух веб-камер, каждая объемом 2,3 Гб и продолжительностью 14–17 часов. По своему масштабу это — беспрецедентный проект, требующий огромных временных и человеческих ресурсов. Поэтому для начала мы решили исследовать 50 избирательных участков из пяти «электоральных султанатов» — регионов, традиционно отличающихся аномально высокими результатами явки: Кабардино-Балкарии (явка — 91,8%), Чечни (91,54%), Дагестана (87,48%), Карачаево-Черкесии (87,41%) и Татарстана (77,42%). По 10 случайных УИК от каждого региона.

Результаты просмотра записей ошеломляют: реальная явка оказалась в разы ниже официальной. Кто и как на самом деле подрывает доверие к российской избирательной системе?

Требуется память для страны

— Мы хотели записать всю страну, но денег не хватило — нужно было около 2 миллионов рублей,— говорит Азат Габдульвалеев. Он — один из авторов идеи по записыванию и сохранению трансляций в день голосования для последующего изучения на предмет подлогов и фальсификаций.

Опыт похожего исследования в масштабах его родного Татарстана у Габдульвалеева уже был. В 2012–2013 годах он с группой волонтеров из казанской коалиции «За честные выборы» проанализировал записи голосования на выборах президента 4 марта 2012 года. Видеоданные по 100 участкам столицы Татарстана они тогда получили через портал «Госуслуги». Изучив записи с 97 участков, видеонаблюдатели обнаружили значительный «дефект явки» — расхождение между реальным количеством избирателей, опустивших бюллетени в урны, и числом, зафиксированным в 8-й строке итоговых протоколов ГАС «Выборы». Наряду с этим они выявили фальсификации при подсчете, вбросы и нарушения иных процедур.

Получать видео становилось все сложнее, поэтому в сентябре 2016 года на выборах в Госдуму активисты попробовали скачать онлайн-трансляцию с 453 участков Казани. Из-за сбоев им удалось получить видеоданные лишь с 415 УИК. Просмотр позволил выявить приписки свыше 31 тысячи голосов (23,17% от реальной явки), а также фальсификацию итогов голосования на 142 УИК.

Результаты «улова» Габдульвалеев представил в прошлом году на форуме общественных наблюдателей. Он рассказал о своей мечте — достать видеозаписи со всех участков в стране, где есть веб-камеры. От масштаба идеи захватывало дух, но перспективы ее реализации вызывали сомнение. Шутка ли, сейчас в стране камерами оборудованы более 46 тысяч участков!

Однако сама жизнь заставила наблюдателей активизироваться. В декабре 2017 года ЦИК выпустил постановление № 116/943-7 о порядке применения средств видеонаблюдения и трансляции изображения на выборах президента 18 марта 2018 года. Документ усложнял доступ граждан к видеозаписям: теперь избиратель мог получить их лишь со своего участка и только указав на допущенное нарушение и отрезок времени, когда оно произошло. По сути, постановление ставило крест на работе по отслеживанию фальсификаций. Поэтому Азат с единомышленниками начали искать решение этой технически сложной задачи.

— Мы не знали, какими будут параметры трансляции, какой потребуется объем памяти для сохранения данных, — признается Азат. — Единственной нашей форой была протяженность страны — если бы что-то пошло не так при скачивании на Камчатке, у нас было время настроить программу. Денег не хватало, поэтому наблюдатели ограничились наиболее интересными для изучения регионами.

Проект стартовал в субботу 17 марта в 22.30 по Москве, когда началось голосование в Камчатском крае и пошла трансляция с участков. Потоки данных записывали с помощью дистанционно арендованных компьютеров; по мере накопления видеоматериалы оперативно направлялись на удаленные хранилища. Закончилось все в три ночи 19 марта, когда проголосовала Калининградская область. За 28 с половиной часов работы активисты скачали видеозаписи общим объемом свыше 50 террабайт.

Сам Азат Габдульвалеев весь день 18 марта работал на избирательном участке № 142 в Казани. Как член УИК с решающим голосом выдавал бюллетени, участвовал в подсчете. Но уже на следующий день он стал искать волонтеров и раздавать им видеозаписи с типовой инструкцией по просмотру. Работа предстояла поистине колоссальная: пересчитать всех избирателей, опустивших бюллетени в урны на 8 тысячах участков, а потом сравнить их число с официальными данными итоговых протоколов. Сложно было даже представить, где найти столько волонтеров.

Страховка от однополых групп

«Сегодня ночью проведу предварительный мониторинг участков по Карачаево-Черкесии и выдам для начала десятка два для раздачи», — написал мне в начале апреля Габдульвалеев. И на следующий день прислал восемь страниц ссылок на видеофайлы с записью голосования на ста с лишним УИК Черкесска, а также номера отобранных участков. По его словам, отбирает он их по двум критериям: хороший обзор и высокая явка — чтобы волонтеру было интересно. Скачиваю из облака архивированные видеофайлы, с обеих веб-камер, распаковываю и начинаю смотреть. Камера Н1 обращена на урну для голосования, но обзор закрывает воздушный шарик, впрочем, его вскоре уберут. В камеру Н2 хорошо видны ряды стульев для наблюдателей, а вот урна просматривается смутно. Позже от Григория Мельконянца из «Голоса» узнаю, что неудовлетворительную установку веб-камер, особенно той, что направлена на ящик для голосования, отмечали многие наблюдатели и что ситуация с их размещением была гораздо хуже, чем на выборах президента в 2012 году. По его словам, это помешало запустить «компьютерное зрение» — программу, которая автоматически считает явку, фиксируя момент, когда бюллетень опускают в урну.

Перед просмотром звоню за консультацией Виктору Кабанову, который и привлек меня к участию в проекте. Виктор, секретарь столичной УИК № 3091 и опытный видеонаблюдатель, просмотрел десятки участков в Казани, Мытищах, Махачкале и других горячих электоральных точках.

— Обращай внимание на однополые группы — если на участок вдруг приходит много мальчиков или девочек, то это «карусельщики», — советует он, ссылаясь на традиции южных республик, не одобряющие совместные прогулки людей разного пола. По мнению Виктора, просмотр одного-двух участков позволяет выявить сценарий и технологии, с помощью которых территориальный избирком обеспечивает явку и победу кандидата номер один. Скоро мне предстоит убедиться в этом на практике.

Считать явку не очень сложно. Запись состоит из 15-минутных фрагментов, и в зависимости от наплыва избирателей просматриваю их с различной скоростью. И сразу вношу в таблицу число избирателей, опустивших бюллетени в урну за этот отрезок времени. После заполнения последней ячейки форма на основе Exсel выдает итог. Я сравниваю с данными ГАС «Выборы» и получаю «дефект явки» — 155 голосов.

Отчет я высылаю Азату Габдульвалееву, и тот передает его в «группу контроля»: кто-то из опытных волонтеров-счетчиков вторично просматривает ту же запись. После этого «мой» участок № 21 из Черкесска занимает место в Таблице фальсификаций, информация о нарушениях поступает в открытый доступ. А вот участок № 23, который просматривал Михаил Савков, туда не попадает. По договоренности участки с расхождением по явке менее 50 голосов снимают с дальнейшего изучения. На фоне многосотенных приписок разница в 32 голоса на участке Михаила воспринимается как статистическая погрешность.

По схожей схеме просматривают записи и волонтеры «Голоса», который для этих целей запустил проект «УИКДОКФЕСТ-2018». Записавшись через форму на сайте, наблюдатель получает на электронную почту инструкцию, ссылку на видеофайл с одного УИК и анкету для фиксации наблюдений. После просмотра информацию отправляют в систему, где она сравнивается с данными ГАС «Выборы». Если есть расхождения, то методом случайного выбора она отправляется на контрольный просмотр.

Карачаево-Черкесия, Черкесск

Строгая классика фальсификаций

— Наблюдающие, встаньте с одной стороны! Или сядьте вот там! — командует полная женщина в очках, жестом отгоняя наблюдателей от стола. Двое мужчин — членов УИК № 32 Черкесска тащат к нему урну для голосования, чтобы вывалить бюллетени. Полная дама что-то шепчет на ухо стройной девушке, та выходит в соседнюю комнату. Пока наблюдатели доказывают, что по закону имеют право стоять с любой стороны, за спиной у полной дамы появляется девушка с пачкой листов в руке, по виду сильно смахивающих на бюллетени. И в момент, когда мужчины втаскивают урну на стол и та с грохотом рушится, девушка из-за спины коллеги ловко впихивает пачку под вываливающиеся груды бюллетеней. Полная женщина тут же закапывает в них пачку.

— Классический вброс с отвлечением наблюдателей при вскрытии ящиков, надо бы сделать учебное видео, — комментирует Виктор Кабанов. Он показывает ролик, сделанный им на основе видеозаписи.

В конце видео Виктор опубликовал фамилии членов скомпрометированной комиссии. Как следует из отчета Виктора, помимо вброса он заметил признаки «карусели», нарушение всех процедур подсчета и приличный «дефект явки»: по его подсчетам, получили бюллетени и опустили их в ящики для голосования 775 избирателей, а по данным ГАС «Выборы», проголосовали 1114 человек. Разница в 339 голосов гарантирует УИК № 32 во главе с Руфиной Айбазовой место в таблице фальсификаций.

О классическом вбросе вспоминаю буквально через пару дней в разговоре с первым секретарем мытищинского горкома КПРФ Светланой Зининой, про­сматривавшей запись на участке № 34. Он находится в нескольких кварталах от «кабановского» участка № 32. Наблюдатель с 25-летним стажем Зинина насчитала 737 проголосовавших, комиссия — 911 человек. «Дефект явки» составил 174 голоса. По ее словам, неиспользованные бюллетени комиссия не считала, число их не объявляла.

— Скорее всего, они их вбрасывали, — рассуждает она. — Но когда — я не заметила.

— А при подсчете урна случайно не рушилась? С шумом и грохотом, чтобы отвлечь внимание, — уточняю у нее.

Оказывается, рушилась. Как раз с шумом и грохотом. Вечером кидаю ей ссылку на ролик Виктора с образцово-показательным вбросом.

А утром получаю ответ от Азата Габдульвалеева по поводу наших отчетов. «Масштаб фальсификаций явки в Черкесске сильно уступает Махачкале и Нальчику», — написал он. И как будто сглазил.

На той же неделе Виктор находит нарушения на УИК № 11. По его подсчетам, проголосовали 884 человека, по данным комиссии — 1473. Приписали 589 голосов.

Затем видеонаблюдатель Татьяна из Краснодара обнаруживает, что на участке № 8 приписали 523 голоса: она насчитала 1222 голосующих, а в ГАС «Выборы» их оказалось 1745. Цифру просто нарисовали, так как подсчета голосов как такового не было. Никто не гасил неиспользованные бюллетени, не оглашал их число, не заполнял увеличенную форму протокола и не выдавал копии наблюдателям. Члены комиссии вывалили бюллетени из урн, разложили их по стопкам и затем, не считая, упаковали в мешки.

Прочитав отчет Татьяны, прошу ее прислать мне фрагмент с записью подсчета. Финальная сцена заслуживает того, чтобы ее привести полностью.

00.27. Наблюдатель: «Почему вы пакуете бюллетени, если вы их еще не подсчитали?»

Председатель УИК: «Всё мы подсчитали!»

Наблюдатель: «Ничего вы не подсчитали! Вы не сказали, какая у вас явка. Сколько голосов за президента…»

В 00.35 все уже упаковано. В последнюю минуту председатель быстрым движением сует в мешок взятый со стола секретаря бумажный рулон, напоминающий свернутые бюллетени.

В 00.42 документы выносят с участка, копии протокола наблюдателю не дают.

00.43. Наблюдатель: «Это нарушение избирательного процесса. Так нельзя делать!»

Все смеются.

И в качестве вишенки на торте: председатель УИК № 8 Светлана Ивановна Романенко представляет партию «Яблоко».

«Подсчет явки на основании видеозаписи процесса опускания избирательных бюллетеней в стационарные ящики для голосования не основан на законе», — говорилось в ответе ЦИК на обращение наблюдателей Татарстана, когда те, изу­чив видеоматериалы с участков, пожаловались на масштабные приписки по явке после выборов 2016 года. Им объяснили, как правильно ее считать: сложить число недействительных бюллетеней и число действительных, из этой суммы вычесть число бюллетеней из переносных ящиков и т.д. Однако такой порядок подсчета можно применить только там, где бюллетени худо-бедно считают. Едва ли даже ЦИК по силам установить хотя бы одно значение на УИК № 8 Черкесска. Разве что по «нарисованному» протоколу.

По подсчетам наблюдателей, на 10 участках Черкесска расхождение по явке составило 3154 голоса — немногим больше, чем только на одном участке № 1058 в Махачкале. Чистых участков не обнаружено.

Дагестан, Махачкала

И муфтий не помеха

— Это что, так мало народу пришло?! — удивленно спрашивает мужчина, получая бюллетень за 15 минут до закрытия махачкалинского участка № 1060.

— Народа достаточно пришло, — отрезает член комиссии. И действительно, при подсчете ситуация с явкой резко улучшается. В 20.41 комиссия начинает считать толстую пачку за кандидата Путина, добавляя к ней бюллетени из коробки, появившейся к тому времени на столе секретаря. В результате «за Путина» насчитывают 1833 голоса — в два с лишним раза больше всей реальной явки.

Однако при вбросе они, видимо, допускают ошибку, баланс по бюллетеням не сходится, и приходится пересчитывать на калькуляторе. Возникает заминка. Женщина — член комиссии спрашивает простодушно у коллег: «А сколько надо, чтоб было?» Те смеются.

— К сожалению, я не смогла отследить, когда и откуда появились бюллетени в той коробке — обзор загораживали члены УИК, — комментирует запись видеонаблюдатель Мария Вьюшкова. Она занимается наукой и уже много лет живет в Америке; просмотр позволяет ей «что-то понять про страну в целом», например, как люди голосуют на самом деле и каким образом подделываются результаты. На участке № 1060 реально проголосовали 679 человек, а в ГАС «Выборы» внесли 2029. Приписали 1350 голосов и нарушили все процедуры подсчета.

Однако рекорд по «рисованию» явки принадлежит участку № 1058: по подсчетам волонтера из Татарстана Александры Полупудновой, проголосовали 548 махачкалинцев, а по данным ГАС «Выборы», их было в пять раз больше — 2710. «Откровенных вбросов не было замечено, явку просто рисовали», — уверена Александра, студентка второго курса.

Соседний участок № 1059 оснащен КОИБ, поэтому комиссия работает по другой схеме. Трансляция идет с перебоями — по две–пять и даже 10 минут. Когда запись возобновляется, можно увидеть, как две девушки — операторы КОИБ соревнуются в скоростном вводе бюллетеней. Иногда своей широкой спиной их прикрывает от камеры высокий мужчина: в составе комиссии есть только один представитель сильного пола — Джамаладин Рашидов.

По подсчетам видеонаблюдателя из Казани, подполковника запаса Дмитрия Первухина, проголосовали на участке 878 человек, по данным «ГАС «Выборы» — 1359. Благодаря КОИБ, дефект явки куда скромнее — «всего» 481 голос.

— Не понимаю, зачем они организуют вбросы, ведь все равно в итоговых протоколах «рисуют» что хотят, — недоумевает Татьяна из Краснодара. Она просит не называть ее фамилии. «Муж работает в такой организации, что его немедленно уволят, если что», — объясняет она. Сама она из-за болезни дочери ушла с госслужбы, поэтому семья может остаться без средств к существованию.

Тот же вопрос «зачем им вбросы» мы обсуждаем с Виктором Кабановым после изучения его отчета по махачкалинскому УИК № 1009. Несколько «каруселей», вбросы и нарушение всех процедур подсчета.

Реально проголосовали 822 избирателя, по данным ГАС «Выборы» — 1709, разницу в 887 голосов просто «нарисовали».

— Фальсификации — их самая обычная жизнь, они не умеют по-другому, только нарушать, — отвечает Виктор. Он много общался с председателями УИК в его родном Хорошево-Мневниках.

Участок за участком отсматриваю видеофрагменты, изучаю отчеты волонтеров и даже не знаю, что больше поражает: масштаб фальсификаций, число вовлеченных в это людей или обыденность, с которой они нарушают Уголовный кодекс. Но даже на этом фоне комиссия № 1002 производит впечатление своим цинизмом. Я смотрю ролик о ее «работе», сделанный наблюдателем Дмитрием Ушаковым из Краснодара.

В 9 утра участок заполняют телевизионщики с камерами, вскоре входит сухощавый мужчина в папахе в сопровождении супруги и нескольких секьюрити. Комиссия встает, выказывая ему всяческое уважение. Вдруг вырубается электричество. Несмотря на это, мужчина говорит под камеры о том, какой сильной стала наша Россия, и призывает дагестанцев прийти на выборы. Поскольку голосовать впотьмах уважаемому человеку не пристало, урну вытаскивают из помещения на свет, где он и голосует. Урну возвращают обратно. В 09.33 председатель дает команду секретарю, та уходит в соседнюю комнату, возвращается, достает из-под шали стопку бюллетеней и пропихивает их в урну. Через 15 минут приходит мужчина начальственного вида, и председатель с секретарем повторяют вброс. Обе вбросчицы — сотрудницы филиала № 6 библиотеки им. А.С. Пушкина.

Реально проголосовали 682 человека, по официальным данным — 1646. Приписали 964 голоса.

«С вас фамилия мужчины. Кажется, он какой-то артист», — пишет мне Дмитрий. Быстро устанавливаю личность — муфтий Дагестана Ахмадхаджи Абдулаев. Сообщаю об этом Дмитрию. «Интересно, он теперь проклянет их за вбросы?» — любопытствует тот.

По подсчетам видеонаблюдателей, на 10 участках Махачкалы расхождение по явке составило 10 935 голосов. Чистых участков не обнаружено.

Кабардино-Балкария, Нальчик

Очень высокую активность умножаем на три

В полдень на участке № 99 в Нальчике играет громкая музыка, две женщины — члены УИК танцуют лезгинку. Танцуют очень хорошо — их коллеги и избиратели хлопают в ладоши. До этого на участке прошел детский концерт. Возможно, он и доставил неудобство избирателям, но зато создал праздничное настроение. Чтобы его не портить, члены УИК раза четыре закрывают глаза на случаи повторного голосования. Видимо, скучные формальности их интересуют мало, поэтому избирателям иногда разрешают заполнять бюллетень сразу при его получении, не тратя время на поход в кабинку. За счет «оптимизации» процедур подсчет бюллетеней занимает не более часа. Видимо, из-за спешки результаты немного искажают: по подсчетам Оксаны Низамутдиновой, аспиранта-арабиста из Казани, в помещении проголосовали 367 человек, а по официальным данным — 1035. Разница приличная — 668 голосов.

«Явка избирателей на выборах 18 марта в республике составила 91,7%», — читаю в «Кабардино-Балкарской правде» за 20 марта. По словам председателя избиркома КБР Вячеслава Гешева, жители всех районов республики продемонстрировали высокую активность. Отчеты наблюдателей о реальной явке свидетельствуют об обратном, а вот членам избиркомов действительно пришлось активизироваться.

— Судя по видео, на участке № 178 явка составила 29%, людей было мало, поэтому я просмотрел запись очень быстро, — рассказывает Дмитрий Ушаков. Особенное впечатление на него произвела скорость подсчета бюллетеней — на все про все у комиссии ушло 30 минут. Он сжал этот этап до трех минут и сделал ролик. Смотрю и не верю своим глазам. Еще нет 20.00, а члены комиссии уже сдвигают столы для подсчета. В 20.02 вываливают бюллетени на стол, сортируют и считают «в пять рук». Неиспользованные бюллетени не считают и не гасят. Данные в Увеличенную форму протокола не заносят. В 20.30 все подсчитали, в 20.36 — пакуют документы. По подсчетам Дмитрия, проголосовали 639 человек, комиссия насчитала 2089, то есть выше 90%. Трехкратное завышение явки.

Та же самая история на УИК № 193: 474 проголосовали, 1059 человек внесены в итоговой протокол, разница — 585 дополнительных голосов.

На УИК № 138 — то же самое и концерт с лезгинкой. При просмотре видеозаписи Мария Вьюшкова насчитала 623 человека, а комиссия — 1580 бюллетеней. Приписали 957 голосов, то есть больше половины официальной явки.

— Постарайтесь смотреть в лицо, когда вы разговариваете с председателем, — выговаривает высокий мужчина худенькой девушке-наблюдателю на участке № 167. Та пытается подать жалобу, и комиссия ее прессует. К моему удивлению, другие наблюдатели по отношению к ней тоже ведут себя агрессивно. Председателю даже приходится их урезонивать. Я смотрю ролик о ходе голосования и подсчете на участке № 167, сделанный волонтером Иваном Дерновым, врачом-офтальмологом из Калуги. На этом участке, по подсчетам Ивана, приписали 1499 голосов — почти в три раза больше, чем реальная явка. Она составила чуть более 30%, или 425 человек. На участке № 199, который также отсмотрел Иван, приписка составила 741 голос. Он насчитал 372 проголосовавших, а комиссия — 1113.

Трехкратное завышение явки — вот главный лейтмотив почти всех отчетов наблюдателей. Однако самое сильное впечатление производят вовсе не приписки.

Читаю отчет Татьяны из Краснодара о ходе голосования на участке № 102, расположенном в школе № 16 в селе Хасанья под Нальчиком.

• 08.04 — мужчина в трикотажной шапке берет бюллетень первый раз;

• 08.08 — он же второй раз;

• 08.19 — выдают бюллетень без паспорта и подписи;

• 09.41 — член комиссии, женщина в белом жакете, берет бюллетени первый раз.

• 09.41 — с камеры номер 1 видно, что в кабинке у нее несколько бюллетеней…

И так с восьми утра и до восьми вечера.

Сами члены комиссии и их знакомые получают по несколько бюллетеней за раз или по одному, но несколько раз. И вбрасывают, вбрасывают, вбрасывают. Даже наблюдатели!

Просмотр видео еще больше обескураживает: вот из-за неплотно задвинутой шторки видно, как «избиратель» в кабинке достает бюллетени и аккуратно их складывает, чтобы не было заметно. А вот женщина в пестром платке этого не сделала, пытается опустить бюллетени в урну, а они не пролезают. Председатель подходит, подсказывает, как правильно пропихнуть. И так много раз за день. Если у кого-то не получается, она встает так, чтобы прикрыть его от камеры.

Между вбросами члены комиссии шутят, обнимаются, целуются со знакомыми, ведут девчачьи разговоры… Как нормальные люди.

— Это не учителя, а организованная преступная группа, — пишу я Татьяне из Краснодара.

— А я и хотела назвать ролик «ОПГ УИК № 102», — отвечает она.

Саму ее увиденное так потрясло, что она освоила видеоредактор и впервые в жизни сделала ролик. Татьяна разместила его в YouTube, а ссылку разослала по околошкольным форумам. И вскоре получила «реакцию». «Зачем же вам, наблюдателю, если вы увидели нарушения на избирательном участке, надо было ждать столько времени, чтобы смонтировать видео? — писал ей аноним. — Складывается ощущение, что школа № 16 с. Хасанья просто попала «под раздачу» и кому-то нужно было именно на нашей школе отыграться».

По подсчетам видеонаблюдателей, на 10 участках Нальчика расхождение по явке составило 9848 голосов. Чистых участков не обнаружено.

Татарстан, Казань

Все равно приписывают

— Первый у нас Бабурин, — председатель УИК № 3 Ирина Врублевская раскладывает бумажки с номерами напротив стопок с бюллетенями за каждого кандидата в президенты. В узком коридоре казанской школы № 77 члены комиссии «в семь рук» сортируют бюллетени. Нарушение процедуры оставляет безучастным сидящего чуть поодаль от наблюдателя. Сначала комиссия считает самые тощие стопки, потом потолще: Явлинский — 30, Бабурин — 4, Собчак — 35, Жириновский — 89, Грудинин — 265. Число голосов, поданных за кандидата Путина, не оглашают.

Через час все бюллетени упакованы; председатель, заместитель и секретарь, сидя за компьютером, заносят в итоговый протокол результаты. Цифры звучат уже другие.

Как потом окажется, они совпадают с данными ГАС «Выборы», но отличаются от тех, что оглашали при подсчете. Явлинский — 22, Бабурин — 2, Грудинин — 165, Жириновский — 75, Собчак — 24. Кандидат Путин получает 1281 голос. По оценке наблюдавшего за голосованием на УИК № 3 Виктора Кабанова, помимо 140 пропавших голосов Путину дописали еще около 70, в общей сумме — 210 голосов. Комиссия под руководством специалиста по маркетингу и продажам Ирины Врублевской «подправила» результаты голосования непосредственно на участке. Явку она тоже скорректировала, приписав 64 человека.

«Явка на выборах президента России в Республике Татарстан составила 77,42%», — подсчитал республиканский Центризбирком при подведении итогов голосования. И действительно, явка высокая. При просмотре записи на участке № 2114 видно, что избиратели идут и идут, а в первой половине дня даже возникают очереди. Тем не менее явку зачем-то все равно завысили. Дмитрий Ушаков насчитал 793 проголосовавших, а комиссии привиделось 883 избирателя. Разница — 90 голосов. На участке № 2177 явка тоже была приличная, и вбросов не было, но, видимо, привычка оказалась сильнее. По подсчетам Ушакова, проголосовали 1358 человек, а по данным ГАС «Выборы» — 1559. Откуда взялся 201 дополнительный голос — непонятно.

— Когда я сказал Азату про явку за 60% и снижение объемов «рисования», он удивился, — рассказывает Дмитрий. Мы сходимся во мнении, что уменьшение приписок стало следствием работы казанских наблюдателей и их фирменных Таблиц фальсификаций.

— По всей видимости, в Казани отказались от такого приема, как массовое завышение явки, — допускает Габдульвалеев. Мы смотрим с ним последние данные в сводной таблице, и у Татарстана в ней самый низкий уровень приписок. Азат приводит данные с 17 участков, оснащенных КОИБами. Средняя явка на них оказалось даже чуть выше, чем в целом по городу: 62,22% против 61,34% на участках без КОИБов. По его мнению, фальсификации в Казани остались, но связаны они не с приписками явки, а с перераспределением голосов.

Именно такой участок обнаруживает Виктор Кабанов. Сначала УИК № 399 привлекает его 100-процентной явкой. При внимательном рассмотрении это оказывается не столько заслугой избирателей, сколько председателя, которая перепутала значения и в строку с числом зарегистрированных избирателей внесла общее количество выданных бюллетеней — 1476. Явка автоматически стала 100-процентной. Подсчет реальной явки выявил расхождение с ГАС всего в три голоса — одного–трех избирателей Виктор мог и пропустить. Однако не заметить фальсификацию итогов голосования он не мог. При подведении результатов комиссия в 21.58 огласила, что кандидат Грудинин получил 102 голоса, кандидат Жириновский — 73, а кандидат Путин — 1172. В ГАС «Выборы» попали другие данные: Грудинин — 82, Жириновский — 53, Путин — 1212.

По подсчетам видеонаблюдателей, на 10 участках Казани расхождение по явке составило 2074 голоса — наименьший результат среди пяти исследованных регионов.

Чечня, Грозный

Рисуют много, но довольно безграмотно

Избирательный участок № 381 в Грозном украшают портреты руководителей респуб­лики. Одна большая фотография — слева, под ней у стены стоит ящик для голосования. Другая — справа, на ней изображен Рамзан Кадыров, у стены под его фотопортретом тоже установлена урна. Почему-то именно она притягивает к себе вбросчиков. Сначала в 14.12 в нее опускает сразу несколько бюллетеней мужчина в полосатой фуфайке, затем в 14.43 — седой мужчина в костюме, в 18.38 — женщина в зеленом платке, в 18.39 — женщина в зелено-белом платке, а в 18.54 — друг за другом две женщины в темных платках. Они вбрасывают по 3–4 бюллетеня и, будто стыдясь, не поднимают глаз на портрет главы республики. По подсчетам видеонаблюдателя, реально проголосовали 595 человек, по официальным данным, в урнах обнаружили 1203 бюллетеня. Приписка составила 608 голосов. Вряд ли столько накидали эти вбросчики. Скорее, явку просто «дорисовали» при составлении итогового протокола.

На YouTube ролик с участка № 381 выложил его автор — Азат Габдульвалеев. Как оказалось, в Грозном с его 80 избирательными участками веб-камерами оснащены только 12 УИК. Все записи с них просмотрел сам Азат.

• УИК № 176: по подсчетам наблюдателя, явка составила 780 человек, по данным ГАС «Выборы» — 1450, 670 голосов «нарисовали».

• УИК № 377: реально проголосовали 1120 человек, по официальным данным — 1872. «Дефект явки» — 752 голоса.

• УИК № 378: проголосовали 904 человека, в итоговом протоколе значатся 1077, расхождение — 173 голоса.

• УИК № 385: по результатам просмотра — 964 человека, по официальным данным — 1140, разница — 176 голосов.

• УИК № 401: просмотр выявил 1149 голосовавших, в протоколе значатся 1639 человек. Расхождение — 490 голосов.

• УИК № 403: реально проголосовали 692 человека, по официальным данным, в урне было 1019 бюллетеней. «Дефект явки» — 327 голосов.

• УИК № 415: по данным просмотра — 1199 человек, по данным ГАС «Выборы» — 2155. Разница — 956 голосов.

• УИК № 417: реально проголосовали 776 человек, в протоколе стоит 1589 человек, расхождение — 813 голосов.

• УИК № 426: наблюдатель насчитал 1634 человека, комиссия — 2000 человек. Разница — 366 голосов.

— Что меня больше всего поразило, так это повальная безграмотность председателей комиссий, полное пренебрежение установленным порядком подсчета голосов и повсеместное упрощение процедур, — говорит Габдульвалеев. Соотношение визуальной (зеленые точки) и официальной явки (красные точки) он изобразил в виде диаграммы, соединив для наглядности показатели.

— По официальным данным, явка на 12 исследованных участках составила 84,95%, подсчет по видеозаписи дал результат всего лишь 60,23%, — комментирует он диаграмму. По его мнению, результаты этого исследования дают однозначный ответ на вопрос о наличии фальсификаций в Чеченской Республике.

И все же один из проверенных участков из Грозного не вошел в таблицу фальсификаций — тот, где работали приехавшие из Москвы девушки-наблюдатели. Чтобы я смогла оценить обстановку, Азат кидает ссылку на запись с участка № 376. Скачиваю ее и смотрю. На девушек постоянно оказывают давление, причем чаще всего на повышенных тонах: «Пусть они оттуда наблюдают, но к столу чтобы никто не подходил», «Никто не имеет права знакомиться с документами». «Эти люди нам сегодня срывают выборы! Мы будем жаловаться!» — кричит ближе к концу голосования женщина в платке. Видимо, наблюдатели действительно помешали УИК выйти на запланированные показатели, расхождение по явке составляет лишь 20 человек. Выдержка и мужество наблюдателей производят на меня впечатление.

По результатам видеоматериалов, на 10 участках Грозного расхождение по явке составило 5331 голос.

---

Расхождение результатов визуального подсчета явки с официальными данными на 50 избирательных участках составляет 31 342 голоса. Как правило, реальная явка в два, в три, а иногда и в пять раз ниже, чем в ГАС «Выборы». Но даже те участки, где выявлены сравнительно небольшие приписки, чистыми не назовешь: вбросы, подлоги и фальсификация результатов носят повсеместный характер, как и нарушение процедур подсчета. Ни одного чистого участка из 50 проверенных УИК мы не нашли.

Возможно, из-за небольшого объема исследование это чем-то напоминает биопсию, выявившую множественные метастазы в избирательном организме. Ведь 31 тысячу дополнительных голосов «рисовал» не один человек, ответственность за это несут тысячи людей, которые участвуют в преступлениях, заказывают их, организовывают, непосредственно исполняют, прикрывают, покрывают, равнодушно принимают. И пока им сходит это с рук, болезнь будет только прогрессировать.

Татьяна Юрасова —специально для «Новой»

В подготовке статьи участвовали
Роман Анин,
Ирина Долинина,
Алеся Мароховская,
«Новая»

Мы продолжим исследовать явку и выявлять тех, кто подрывает доверие к выборам. Работа такая уже идет, и «Новая газета» обязательно расскажет о ее итогах.