Наследие "восточной угрозы". В Польше сносят 75 советских военных памятников

Власти Польши до конца 2018 года снесут в общей сложности 75 памятников времен СССР, связанных с Красной армией, советскими партизанами и военнопленными. В России это решение предсказуемо вызвало бурю негодования и обвинений в адрес Варшавы.

Польский Институт национальной памяти рекомендовал властям страны снести в этом году 75 памятников, связанных с Красной армией, советскими партизанами и военнопленными, которые были построены после Второй мировой войны. Об этом сообщает "Коммерсант" со ссылкой на список памятников, предоставленный изданию польской стороной.

В документ включены памятники из 13 польских воеводств. Некоторые из них уже демонтированы. Всего четыре из них расположены в крупных городах – это памятник благодарности Красной армии, установленный в Скарышевском парке в Варшаве, два обелиска во Вроцлаве и мемориальная доска в Лодзи. Остальные находятся в провинциальных небольших городах и деревнях. Памятники, расположенные в местах захоронения советских солдат, снесены не будут – на них распространяется действие международных конвенций и договора между Россией и Польшей о захоронениях "жертв войн и репрессий". Подобных кладбищ в Польше – примерно 700.

По словам официального представителя министерства культуры и национального наследия Польши Анны Бочан, Варшава придерживается мнения, что документ касается только защиты кладбищ и мемориальных комплексов и не распространяется на символические памятники "братства по оружию" или благодарности Красной армии.

Памятник советским солдатам в польском городе Даброво-Горницка

В прошлом году президент Польши Анджей Дуда одобрил поправки в закон о запрете пропаганды коммунизма или другого тоталитарного строя в названиях зданий и объектов. Они предусматривают снос памятников советской эпохи. На территории Польши, по разным оценкам, находится 469 таких объектов, из них 250 посвящены Красной армии.

Москва решительно протестует против развернутой на государственном уровне в Польше кампании по сносу памятников советским воинам, заявила по этому поводу официальный представитель российского МИДа Мария Захарова, добавив, что такие действия уродуют "нашу совместную историю". Заместитель министра обороны России Павел Попов, 6 июля комментируя решение о сносе монументов и обелисков, заявил, что Польша в первом полугодии 2018 года стала лидером по числу актов вандализма в отношении советских памятников – как он утверждает, в стране зафиксировано 33 подобных случая. Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев высказал предположение, что "за действиями польских властей скрывается последовательная линия на переписывание истории".

Польский журналист, бывший корреспондент "Газеты выборчей" (Gazeta Wyborcza) в Москве Вацлав Радзивинович, работавший в РФ с перерывами с 1997 года, считается на родине одним из самых лучших знатоков России. В конце 2015 года был лишен аккредитации российского МИДа и выслан в Польшу после того, как некий российский чиновник сказал, что был "лично оскорблен" его выступлением на пресс-конференции, посвященной сносу советских памятников в Польше.

Демонтаж памятника генералу Черняховскому в городе Пененжно. 17 сентября 2017 год

​Радзивинович сказал тогда, что поляки относятся к фигуре генерала Ивана Черняховского (как раз его барельеф демонтировали тогда в польском городке Пененжно) не так, как россияне, и что он сам многократно видел, как в самой России подобные памятники находятся не в самом лучшем состоянии. Однако по официальной версии высылка Радзивиновича не была связана с его словами и журналистcкой деятельностью, а стала ответом Москвы на высылку из Польши российского журналиста Леонида Свиридова, которого польские спецслужбы обвинили в шпионаже.

О том, как следует воспринимать нынешнее решение польских властей продолжить снос советских памятников, и о схожести и различиях в исторических мифах России и Польши Вацлав Радзивинович рассуждает в интервью Радио Свобода:

​– В России сообщения о новых планах Варшавы вызвали бурю разных эмоций. А в самой Польше насколько эмоционально обсуждается эта тема?

– Речь идет не только о памятниках Советской армии или ее военнослужащим. Сносится все, что напоминает полякам эпоху коммунизма. Идет именно декоммунизация, и на основании закона с польских улиц, из польских городов исчезают названия, которые напоминают о коммунизме. Разные эмоции у людей здесь вызывают сами факты изменений названий улиц и площадей в городах. Например, я живу неподалеку от улицы Винцентия Пстровского. Это был такой наш "польский Стаханов". Это большая улица, на ней живет много людей. И ее название изменили, хотя местные жители очень решительно выступали против этого, потому что они просто привыкли к нему. Они не хотят ничего менять и говорят: "Это был простой рабочий, шахтер. Его замучили работой до смерти. Зачем все это делать?" Они, прежде всего, недовольны тем, что как-то усложняет людям жизнь в практическом смысле. Но в целом процесс сноса памятников коммунистических времен длится у нас уже довольно долго, он начался еще в 90-х годах. Есть люди, которые хотели бы защитить некоторые эти памятники, и их тоже можно понять. И есть поляки, которые самостоятельно пытаются ухаживать за этими монументами. Но это небольшие группки людей.

– Для России, несмотря на многие прошедшие десятилетия, тема Второй мировой, Великой Отечественной войны до сих пор крайне живая и болезненная, поскольку она постоянно используется властью и разными общественными силами в своих политических играх. В Польше до сих пор так же нервно относятся к памяти той войны, и для поляков Вторая мировая – тоже до сих пор болезненная тема, а не просто тяжелый период, ушедший в историю?

Везде есть свои мифы, которые не очень близки к истории, но очень близки к религии

– Я жил и работал во многих странах и знаю, что везде есть свои мифы, которые не очень близки к истории, но очень близки к религии. И здесь речь идет тоже не об истории, а о мифологии. У всех народов имеются свои основополагающие мифы, которые становятся базой для мышления. В России это миф Великой Отечественной войны. В Польше тоже есть свои мифы – это, прежде всего, миф об Армии Крайовой и Варшавском восстании 1944 года. И новый миф, который навязывают польскому обществу, про бойцов польского подполья, которые в конце 40-х годов сражались с новой коммунистической властью. Очень много сейчас о них говорится, власть пытается ввести эту тему в образовательную программу в школах, проходит очень много мероприятий, связанных с памятью об этих бойцах. Такого еще недавно не было. Конечно, люди помнили и знали, что шла подпольная война с коммунизмом в Польше, но не обращали на те события болезненного внимания. Сейчас эта тема становится, может быть, даже первым польским мифом.

Юные польские бойцы – участники Варшавского восстания 1944 года

​– В России критики решения продолжать сносить эти памятники говорят, что в целом нынешние польские власти целенаправленно насаждают в головах современных поляков свою последовательную мифологию, чтобы устранить из общественной памяти самые разные настоящие события Второй мировой войны, не только связанные с СССР и Красной армией – и не всегда приятные для воспоминаний. Например, связанные с Холокостом. В этой связи вспоминают недавние трения с Израилем, из-за скандального, только что отмененного закона, вводившего уголовную ответственность для тех, кто будет говорить об участии поляков в уничтожении евреев.

– Вообще власти всегда, не только в Польше, пытаются вытеснить из памяти своего общества что-то, что им сегодня неудобно и не нужно. Если мы сейчас говорим о памятниках солдатам Красной армии в Польше, надо принять, в первую очередь россиянам, то, что в Польше подход к событиям Второй мировой войны не такой простой, как бы хотели в России. Польша помнит 17 сентября 1939 года, когда Красная армия вместе с вермахтом Гитлера растерзала страну. В Польше помнят преступление в Катыни и ссылки поляков в Сибирь в 1939–1940 годах. В Польше помнят, что после войны Москва навязала нам свой строй и свою власть. И это все надо принять в совокупности, а не вытеснять из памяти народа так, как это делается в России.

Совместный парад вермахта и РККА в Бресте после победы над Польшей. 23 сентября 1939 года

Что касается самой Польши, да, вы правы, и у нас тоже пытаются вытеснить или замолчать неудобные моменты истории. В данном контексте можно вспомнить, что в 1938 году Польша тоже воспользовалась моментом и оттяпала себе кусок Чехословакии, которую тогда оккупировал Гитлер. Вспомнить, что в 1968 году польские солдаты вместе с советскими и другими тоже оккупировали все ту же Чехословакию. Но об этом, как считает наша нынешняя власть, как-то лучше не говорить.

Много было случаев, когда поляки выдавали евреев нацистам и даже сами их убивали

Конечно, есть очень много трагических моментов, которые касаются судьбы и польских евреев. Много было случаев, когда поляки выдавали их нацистам и даже сами убивали. И власти пытаются это все замолчать и говорить только о героизме тех поляков, которые спасали евреев. Да, и их было очень много. В Израиле в музее Яд-Вашем есть имена 6 с лишним тысяч польских праведников мира. Это огромное число – но это только одна сторона медали, а есть и вторая, очень грустная.

– На этой неделе была годовщина мрачнейшего события в послевоенной истории Польши – еврейского погрома в Кельце, случившегося год спустя после окончания войны, 4 июля 1946 года. Об этой и схожих (после войны этот погром был не единственным) трагедиях говорят в вашей стране, много есть публикаций, дискуссий?

– Траурное мероприятие по этому поводу проходит каждый год. Туда, на место тех событий приходят люди, возлагают цветы, возносят молитвы, вспоминают. Нельзя сказать, что это забыто. Я знаю это хорошо, потому что организацией памятных мероприятий занимается мой друг.

Части РККА входят в Краков. 20 января 1945 года

​– Насколько широко все эти темы и дискуссии затрагивают основную массу поляков? Одно дело – политики, интеллектуалы, журналисты, элита. А насколько важны отношения с окружающим миром, и с Россией конечно, для большинства рядовых людей, каковы сегодня их главные страхи и надежды, связанные с внешней политикой своей страны? Возможный развал Евросоюза, проблема нелегальных мигрантов или "растущая угроза с Востока", о которой немало пишут польские СМИ, – что в реальности вызывает больше напряженных ожиданий?

– В нашей атмосфере всегда витает "восточная угроза". Может быть, она засела даже в генах, что совсем не странно, потому что многие моменты истории о ней напоминают. Эти настроения очень усилились после аннексии Крыма, после интервенции России на востоке Украины. Но так было всегда, и при коммунизме тоже. В начале 80-х годов, когда "Солидарность" противостояла коммунистической власти, когда было введено военное положение, витал в воздухе вопрос: придут "они" или не придут? Как они будут реагировать? Когда у нас снова появятся на улицах советские танки? Но это такая судьба у нас, у нашего и вашего народа!

В нашей атмосфере всегда витает "восточная угроза"

Может быть, сейчас эта российская тема как-то чуть отошла на второй план, потому что у нас сейчас большие проблемы с Евросоюзом. А лучше сказать, у Евросоюза проблемы с Польшей! Постоянно в обществе говорится о том, что, может быть, нынешняя наша власть, настроенная весьма евроскептически, антиевропейски, будет пытаться вывести страну из Евросоюза, чего многие люди очень серьезно боятся. Потому что большинство поляков – евроэнтузиасты, они хотели бы остаться в ЕС. Эта угроза ближе сейчас и реальнее. Ведь к тому же говорится и о том, что, если мы уйдем из Евросоюза, единственный путь, который у нас останется, – броситься в объятия Москвы! Сложно себе это представить, но такие настроения среди определенной части поляков тоже есть, – говорит Вацлав Радзивинович.