«Почти не программирую. Приходится быть т. н. „менеджером“»

Пять лет назад умер один из основателей «Яндекса» Илья Сегалович

Пять лет назад, 27 июля 2013 года, умер Илья Сегалович, основавший вместе с Аркадием Воложем «Яндекс», придумавший само это слово — Yandex, и до последних дней занимавший пост директора по технологиям компании. У Сегаловича был рак желудка, а за несколько дней до смерти у него диагностировали опухоль мозга. Ему было 48 лет. Редактор «Медузы» Султан Сулейманов вспоминает Сегаловича — и рассказывает о его жизненных принципах, которые вдохновляют многих из нас по сей день.

На мемориальной странице, созданной «Яндексом» на следующий день после смерти Ильи Сегаловича, его описывают в том числе так: «Эрудит и гражданин с активной жизненной позицией». В отличие от многих соотечественников, добившихся значимых успехов в IT-сфере, Сегалович оставался едва ли не единственным, кто помимо своего дела интересовался еще и тем, как и чем живет страна.

Илья Сегалович — один из важнейших героев современной истории России. Без него, скорее всего, не было бы никакого «Яндекса» — именно он сделал первую версию поисковика, а в дальнейшем участвовал в создании и развитии примерно всех ключевых сервисов компании. Его друг и напарник Аркадий Волож, прощаясь с Сегаловичем, вспоминал его «энциклопедичность в технологиях и чистое видение продукта» — а бывшие коллеги рассказывали, что он прислушивался к мнению каждого и встречи технические любил гораздо больше, чем бизнесовые. В 2001 году он, кажется, вовсе без радости, описывал свою работу так: «Последний год-полтора почти совсем не программирую. Приходится быть т. н. „менеджером“».

Было у Сегаловича качество, которому особенно легко позавидовать: в отличие от других «менеджеров», он точно знал, как жить правильно — и не отступал от своих принципов. А иногда еще и рассказывал о них. В декабре 2011 года в коротком интервью «Коммерсанту» о благотворительности (Сегалович участвовал в жизни студии «Дети Марии», основанной его женой Марией Елисеевой и помогающей московским сиротам) он сказал: «Правильно поступать не так уж трудно — надо просто поставить себя на место другого человека, почувствовать то, что он чувствует. Почувствуешь — и поступишь правильно».

В августе 1991 года Сегалович посчитал правильным выйти на Манежную площадь и защищать Белый дом. В мае 2012-го — не ходить на Болотную, чтобы не навредить «Яндексу». Цитата из «Яндекс.Книги»: «Теперь у нас публичная компания, и моя персона с ней сильно ассоциируется. Если бы я был хотя бы на одну ступеньку ниже, пошел бы». Но ровно в том же мае онзаписался наблюдателем на выборы президента России — и одновременно поучаствовал в разработке приложения для наблюдателей и технологии, которая помогла бы сделать выборы прозрачными и анонимными (власти ее так и не опробовали).

В декабре 2012 года депутаты Госдумы приняли документ, который они сами называли «законом Димы Яковлева» — а оппозиция «законом подлецов». Он предусматривал, в частности, запрет на усыновление российских сирот американцами. Сегалович был резко против — и решил, что молчать нельзя. На своей странице во «ВКонтакте» он писал: «Они в бешенстве решили искалечить чужих детей, с которыми жизнь и так обошлась очень жестоко». В интервью на «Дожде» Сегалович объяснял, что не считает американские семьи лучше российских. Он в принципе полагал, что любая семья лучше любого детского дома, и мечтал, что когда-нибудь детских домов не останется. «Хотелось бы какого-то чуда, волшебной палочки, чтобы раз — и система выборов заработала, два — и всех сирот из детских домов забрали бы в семьи. Вот за это изобретение я бы заплатил любые деньги», — рассказывал он «Снобу», когда его спросили, что бы он хотел изобрести. (А еще — маховик времени, как у Гермионы Грейнджер.)

Уже после смерти Сегаловича, осенью 2016 года, его жена Мария Елисеева рассказывала, как «закон Димы Яковлева» отразился на ее студии: из-за него закрылись программы, в рамках которых воспитанники российских интернатов могли несколько недель жить в европейских семьях. «Если бы у нас здесь было полно семей, которые брали детей из психоневрологического интерната хотя бы на неделю, если не на 24 дня, как шведы, было бы тоже здорово. Но их очень мало», — говорила Елисеева.

Илья Сегалович умер пять лет назад, и всем, кто хоть немного его знал, его по-прежнему сильно не хватает. Не потому, что без него «Яндекс» стал каким-то другим. А потому, что он каждый день вдохновлял и помогал не сбиться с пути: прогресс все равно нельзя остановить, даже если поначалу кажется, что ничего не будет работать.

Султан Сулейманов