Original Material
Альпинист Александр Гуков cпасен после недели на горе в Пакистане без еды и горючего. Его маршрутом еще никому не удавалось пройти
Российские альпинисты попали в беду на подходе к вершине Латок-I — высота 7145 метров — в Пакистане. Сергей Глазунов сорвался и погиб, а его напарник Александр Гуков без газа для горелки и без еды оставался на высоте 6100 метров. Шансов спуститься самостоятельно у него не было, вертолеты спасателей добрались до него только через неделю. Год назад экспедиция Гукова потерпела неудачу на том же маршруте.
Обновление. Утром 31 июля стало известно, что Александр Гуков спасен.
«Берем еды на пять дней и уходим в отрыв»
Альпинисты Александр Гуков из Санкт-Петербурга и Сергей Глазунов из Иркутска начали восхождение на гору Латок-I (главная вершина массива Латок в пакистанском Каракоруме) 10 июля. По словам Анны Пиуновой, главного редактора портала об альпинизме Mountain.ru и подруги Гукова, изначально в состав экспедиции входил брат Глазунова Евгений, но, когда уже были куплены билеты и получены визы, он отказался ехать из-за семейных обстоятельств. «Конечно, Женин отказ осложнил ситуацию. Втроем идти проще, чем вдвоем, потому что так проще нести груз и вообще передвигаться», — рассказала «Медузе» Пиунова.
15 июля 40-летний Гуков и 25-летний (по другим данным, ему 26) Глазунов прислали сообщение о том, что они оставили тяжелые вещи в базовом лагере на высоте 5,5 тысячи метров и на следующий день планируют начать штурм вершины. Пиунова рассказывает, что Гуков написал сообщение: «Берем еды на пять дней и уходим в отрыв». Они договорились, что, если что-то пойдет не так, Гуков пришлет Пиуновой со спутникового телефона сигнал SOS и укажет высоту, на которой они находятся. По словам главреда Mountain.ru, когда альпинисты «уходили в отрыв», на телефоне Гукова оставалось 11% заряда аккумулятора.
Пиунова рассказывает, что 22 июля альпинисты из лагеря на высоте 6,5 тысячи метров сообщили, что планируют добраться до вершины на следующий день. Однако через день Гуков и Глазунов смогли пройти только «две веревки» (длина каждой — 50 метров) и прислали сообщение «Не смогли, завтра попробуем еще». «Мы прикинули, что еще двух дней им должно точно хватить, чтобы подняться на вершину. Но они [долго] не выходили на связь», — говорит Пиунова.
25 июля вертолет со спасателями сделал облет горы и выяснил, что альпинисты живы. «Через час после облета нам пришел сигнал SOS от Саши — и [тогда] стало ясно, что Сережа Глазунов разбился. Пришло еще три сообщения: „Серега улетел“, „Я вишу на стене“, „Мне нужна помощь. Мне нужна эвакуация“», — рассказывает Пиунова. У Гукова не было веревок для спуска: они остались в рюкзаке у Глазунова, пропала также большая часть запаса газа для горелки — зато сохранилась палатка.
Гуков повернул на безопасный гребень, где не могло быть лавин и камнепада, и остался там, говорит Пиунова. По ее словам, 25 июля была подходящая для спасательной операции погода, но вертолеты, которые должны были забрать альпиниста, «вылетели поздно, они пропустили два часа хорошей погоды».
«Саша был на связи со мной, начал сердиться, говорил: „А почему они раньше не вылетели? А что они понизу летают? Я же нахожусь на высоте 6300“. С той поры погода испортилась. Мы настраивали Сашу на скорое решение проблем. Мы сказали ему, что спасение займет максимум шесть дней, но сами были уверены, что спасем его гораздо раньше. Сегодня шестой день», — рассказывает Пиунова.
С тех пор и до вечера 30 июля метеоусловия не изменились — вертолеты по-прежнему не могут подобраться к Гукову.
Северный маршрут на Латок-I штурмуют с 1970-х годов. Безуспешно
Впервые Латок-I покорился японской экспедиции в 1979 году, которая взошла на вершину с южной стороны. А вот покорить гору по северному маршруту никто так и не сумел; ближе всех к цели подобрались американцы в 1978-м: они поднялись на высоту семь тысяч метров.
По словам Анны Пиуновой, именно она несколько лет назад вдохновила Гукова на покорение горы Латок-I. «Саша тогда выиграл награду „Золотой ледоруб“ и думал о том, какие бы цели себе поставить, — говорит Пиунова. — Я ему и рассказала, что есть такая гора, такой маршрут — и вот уже 40 лет никто не может ее покорить. Он очень загорелся этой идеей».
В первый раз Гуков пытался покорить Латок-I в 2017 году. Тогда он вместе с Валерием Шамало и Антоном Кашевником (оба из Петербурга) поднялся на высоту 6,8 тысячи метров.
55-летний Шамало рассказал «Медузе», что эта гора — самая интересная из нерешенных задач для альпинистов. Больше 50 раз альпинисты пытались дойти до ее вершины по северному маршруту. «У нее есть некоторые особенности, которые на первый взгляд не видны, — говорит Шамало. — В этом районе очень тяжело акклиматизироваться. Чтобы нормально акклиматизироваться, нужно совершить больше шести выходов на высоту шесть тысяч метров». По словам Шамало, многие этим пренебрегают: «Сходят раз до 5,6 тысячи метров, и все»; этого оказывается недостаточно, чтобы долго работать в тяжелых условиях на большой высоте.
Шамало рассказывает, что на горе Латок-I — очень неустойчивая погода и сложный микроклимат. Даже в хорошую погоду откуда ни возьмись прилетают облака и скапливаются под вершиной; прояснения случаются редко; из-за плохой видимости очень сложно работать. Часто приходится пережидать непогоду, из-за чего альпинисты теряют время; в итоге, когда альпинист оказывается около вершины, ему не хватает продуктов и газа, говорит Шамало.
При потеплении тут начинаются мощные камнепады. В верхней части горы, которая снизу кажется простым снежным склоном, — сложный рельеф. Когда туда попадаешь, рассказывает Шамало, выясняется, что это крутая стена. Снег оседает на ней, из-за чего тяжело идти дальше: чтобы найти устойчивую поверхность, нужно долго прощупывать стену.
«В чем ошибся Саша Гуков, я не знаю. Возможно, он чрезмерно понадеялся на Сергея — Сергей очень быстро ходит. А может быть, он все отлично просчитал, но подвела погода или что угодно — это же горы. Отсюда невозможно представить, что именно у них пошло не так», — рассуждает Шамало. По его словам, Глазунов был «отличным, сильным спортсменом».
Шамало хорошо помнит высоту, на которой находится Гуков (6100): «Я думаю, что он на [снежной] полочке [в палатке], а вокруг крутые скальные сбросы. Слева снежное ребро неприятное, по нему еще сложнее двигаться, чем по стене, страховаться сложнее. Поэтому мы уходили оттуда правее».
В 2017 году Гуков, Шамало и Кашевник не дошли до вершины горы из-за того, что резко ухудшилась погода, а Шамало заболел пневмонией. Кроме того, у альпинистов кончился газ и начались обморожения — после спуска у Шамало удалили несколько фаланг пальцев на руках и ногах.
Шамало рассказывал, что тяжелее всего было, когда они спускались вниз из базового лагеря. Сам он уже почти не мог идти, и гид привел ему коня. «Конь оказался равнинным, к горам не привык, на крутых участках не хотел идти совсем. В одном месте мы вместе с ним улетели метра на четыре. В полете я успел вынуть ноги из стремян и спрыгнуть. Даже не сломал ничего», — говорил альпинист в интервью сайту Russianclimb.com. Финальный отрезок пути Шамало проделал самостоятельно, а Гуков делал ему инъекции гормонального противовоспалительного средства дексаметазона, чтобы он «не загнулся от отека».
После неудачи в 2017 году Гуков надеялся покорить Латок-I «в следующий раз»
В 2017 году Гуков писал в блоге на сайте Mountain.ru: «Мы бы сделали это, я это знаю, но погода внесла свои коррективы». По его словам, во время их восхождения на гору «за исключением двух первых дней восхождения, каждый день с неба что-то сыпало»: «Прогноз-то был хороший на целых 10 дней, но он абсолютно не соответствовал реальности».
После экспедиции Гуков заключил: «Одно теперь я знаю точно: Латок-I по северному гребню реален. Сложный и изнурительный, но реальный». Он пообещал все-таки покорить гору: «На этот раз не взошли, но думаю, что у нас есть все шансы сделать это в следующий раз».
Ирина Кравцова