«Пятерка» за мемы: как жителей Алтайского края преследуют за картинки в интернете

По данным Верховного суда, за последние пять лет количество дел по экстремистским статьям возросло в три раза. В июле 2018 года стало известно, что трое жителей Барнаула преследуются по статьям 148 и 282 УК РФ. По мнению управления СК по Алтайскому краю, они нарушали закон, размещая изображения в соцсетях.

Корреспондент Тайги.инфо отправился в Барнаул, пообщался с фигурантами дел и узнал, какие мемы оскорбляют алтайских студентов, как судебные эксперты связаны с краевой администрацией, и почему за шутки про крестный ход и разбитые дороги можно получить пять лет тюрьмы.

«Надо бороться, у меня нет пути назад»

В 2015 году 21-летняя Мария Мотузная создала фотоальбом «Вконтакте», чтобы сохранять мемы и смешные картинки. В декабре 2017 года она удалила свой профиль в соцсети и позже завела новый — вся старая коллекция изображений исчезла. Но только не на компьютерах барнаульских оперативников: в апреле 2018-го полиция посчитала «сохраненки» Марии и завела на нее дело сразу по двум уголовным статьям — оскорбление чувств верующих (ст.148 УК РФ) и возбуждение ненависти (ст. 282 УК РФ).

Оперативники досконально изучили старый аккаунт Мотузной: например, они знали, когда она меняла фамилию на страничке, какие вопросы задавала службе поддержки «Вконтакте».

Утром 8 мая в квартиру девушки постучала полиция. Мария жила вместе с мамой (во время обыска женщины не было дома) в Центральном районе Барнаула. В коридоре стояли шесть неизвестных: трое оперуполномоченных, следователь и двое понятых. Следователь Яблинская показала свое удостоверение и постановление на обыск: в документе был указан адрес старого аккаунта Мотузной «Вконтакте» и формулировка «унижение негроидной расы». Остальные участники обыска решили не представляться.

Сотрудники полиции сразу нашли компьютер Марии и изъяли его. Девушка, понимая, что ее может ожидать, хотела сделать звонок маме, но полицейские попросили перевести телефон в авиарежим.

«[В голове] всплыло, что у меня есть право на звонок. Опер грозно сказал: «Не выпендривайся, телефон ставь [в авиарежим]«», — вспоминает обвиняемая. Позже тот же самый оперуполномоченный потребует от Марии признательных показаний.

Полицейские пытались найти цифровые носители информации: случайно они перевернули капсулы для духов, приняв их за спрятанные флеш-карты. Через час Мотузная, следователь и сотрудники полиции отправились в центр «Э» на проспекте Калинина.

На демотиваторах, по мнению правоохранительных органов, были изображения, напоминающие патриарха Кирилла, Иисуса Христа и священнослужителей. Они сопровождались надписями, которые могли оскорбить верующих.

Лингвистическая, религиоведческая и психологическая экспертизы сохраненных картинок подтвердили «выражение неуважения обществу». Например, эксперты обнаружили оскорбление в изображении «крестного хода, который идет по грязной дороге с лужами, сопровождающегося текстом „Две главные беды России“». Также в тексте одной из картинок лингвистическая экспертиза усмотрела «унижение представителей негроидной расы».

В отделении Марии показали скриншоты картинок, которые она сохраняла в фотоальбом. Потом оперуполномоченный предложил девушке, по ее словам, дать признательные показания и написать явку с повинной.

Оперативники пообещали девушке, что, сознавшись во всем, она отделается исправительными работами: «Я же ничего не знала, спросила: „Это не судимость, я просто отработаю?“. Он [оперуполномоченный] говорит: „Да, судимости у тебя не будет“. То есть меня просто обманули, и я им поверила», — рассказывает обвиняемая.

Испуганная и растерянная девушка написала все, что от нее требовали. Затем, по ее словам, в кабинет зашли следователь Яблинская и адвокат Сертягина. Яблинская уточнила несколько фактов из биографии обвиняемой, Сертягина весь допрос сидела в телефоне, перешучивалась со следователем и иногда задавала Марии общие вопросы: «Зачем картинки сохраняла?».

Позже Мотузная узнала, что на допросе следователь указала, что у нее был конфликт с мамой из-за видеоклипа «Поп культура» комика Данилы Поперечного. Она признает, что несколько раз смотрела этот ролик, но маме не показывала. «У меня мама верующая, и я ее обидеть не хочу», — поясняет девушка.

141780

Мария заполнила подписку о невыезде, следователь хотела отпустить ее, но в разговор вмешался «злой» опер: «У меня к ней еще пара вопросов». Мужчина попросил всех выйти из кабинета и спросил у Мотузной, как она относится к приезжим. Мария ответила, что не испытывает никаких враждебных чувств к иностранцам, на этом разговор закончился. Девушку отпустили домой без копий протокола допроса и постановления на обыск.

Дело на Мотузную было заведено еще в апреле 2018 года. Через несколько дней после обыска жительница Барнаула узнала, что ее имя появилось в перечне террористов и экстремистов Росфинмониторинга до решения суда. По закону «О противодействии легализации доходов, полученных преступных путем и финансировании терроризма», Сбербанк заблокировал все счета девушки.

Через два дня после задержания Мотузной в центр «Э» вызвали ее маму. Женщина отказалась давать свидетельские показания, пользуясь статьей 51 Конституции. В тот же день Мотузная получила копии следственных протоколов и только тогда узнала, что ей вменяют экстремизм.

Недавно знакомые Марии стали получать звонки от полиции. Ее подруге позвонил участковый и сказал, что на нее поступило «заявление» за угрозы одной из свидетельниц. Полицейский хотел вызвать девушку в отдел без официальной повестки. По предположению Мотузной, оперативники рассчитывали, что подруга даст негативную оценку «экстремистским» мемам — эти показания могли бы «пришить» к делу. Полиция также вызывала на беседу маму обвиняемой, но сотрудники снова получили отказ.

В июне следователь сделала несколько фотографий Марии рядом с подъездом дома, где она, по версии следствия, сохраняла противозаконные мемы. Несмотря на то, что обвиняемую задержали в Центральном районе Барнаула, дело передали в Индустриальный районный суд. Такое решение объясняется тем, что, по версии следствия, Мария сохраняла «экстремистские» мемы, когда проживала на улице Взлетной вместе с молодым человеком. В июле Мотузная получила обвинительное заключение.

Знакомые обвиняемой считают, что уголовное дело заведено в связи с оппозиционной деятельностью Марии. Девушка была волонтером барнаульского штаба оппозиционера Алексея Навального, участвовала в акциях протеста.

Прочитав пост Ильи Варламова о пытках сотрудников ФСИН в ярославской колонии, 23 июля Мария рассказала в твиттере о своем уголовном деле с «резиновой» статьей.

«Я тоже имею отношение к этому „колесу“ произвола. Я рассчитывала на аудиторию из своих друзей, что [прочитав пост] они почистят контент своих социальных сетей и будут осторожней», — поясняет Мотузная.

Первая запись собрала около 5 тыс. репостов, ею заинтересовались Навальный, бывший президент Эстонии Тоомас Хендрик, немецкая газета Bild. Активисты «Открытой России» предложили Марии покрыть затраты на услуги юристов, а адвокат правозащитной организации «Агора» Алексей Бушмаков, защищавший блогера Руслана Соколовского, решил отстаивать интересы девушки бесплатно.

К суду, по рекомендации следователя, Мария нашла работу в отеле Fox, чтобы выплатить штраф. «Я не успеваю спать, есть, жить. Сейчас, пока идет суд, я уволилась. Раз уж я вступила в это, надо бороться, у меня нет пути назад», — сетует обвиняемая.

Первое заседание по делу Мотузной назначено на 6 августа. Оно будет проходить в особом порядке, но сторона защиты будет добиваться слушания в обычном режиме. По словам Марии, важно доказать отсутствие умысла в ее действиях и «рассыпать» миф, что заявившие свидетельницы верят в бога: «[Можно] задать элементарные вопросы про десять заповедей. Как у неверующего человека могут быть оскорблены религиозные чувства?».

Поседел за Джона Сноу

«Даниил, экстремист», — шутя, представляется 19-летний парень среднего роста в рваных джинсах и свитшоте с полосатыми рукавами. Он здоровается с уличным музыкантом, девушка кивает головой, мол, слышала про тебя.

На телефон студента прилетают уведомления о новых сообщениях, периодически ему кто-то звонит. У Маркина заметны серые волосы: он говорит, что поседел за время следственных действий. Его обвиняют в экстремизме (ст. 282 УК РФ) за сохраненные мемы «Вконтакте», парню грозит до пяти лет тюрьмы.

Даниил первым откликнулся на пост Марии Мотузной и, увидев общественный резонанс, поделился своей историей в комментариях. К 25 июля — годовщине обыска — он написал сценарий для видеоролика, но в итоге остановился на текстовой публикации. Маркин не сразу хотел освещать свое дело: раньше он и его адвокат считали, что шумиха может быть расценена как давление на следствие.

В тот день он был дома у бабушки, летом Даниил жил в квартире один. В 6 утра позвонили неизвестные и представились сотрудниками полиции. На обыск пришла группа из двух оперуполномоченных, двух понятых, следователя и IT-эксперта. Даниил успел надеть джинсы, когда полицейские зашли в квартиру: «У нас есть постановление на обыск, показывай, где твоя компьютерная техника».

Следующие полтора часа Маркин наблюдал, как в квартире бабушки проходит обыск. Оперуполномоченные изъяли у него технику, с помощью которой он мог выйти в интернет: стационарный компьютер, ноутбук, флешки, два Wi-Fi-роутера и мобильный телефон, предварительно вытащив из него все сим-карты. Примерно через полгода после обыска Маркину вернули только роутер, ноутбук родителей и телефон — следствие не заинтересовалось этими вещами. Про остальные вещи ему сказали: «Забудь про свою технику. Ее либо утилизируют, либо изымут в пользу государства».

В то же время, утром, шел обыск на квартире родителей Даниила, где он был прописан. Даниил описывает действия оперативников со слов отца — мама была в обмороке. В какой-то момент оперативники, проводившие обыск, начали «играться»: один из сотрудников нашел старую советскую видеокамеру и начал наводить ее на своего коллегу. В квартире родителей оперуполномоченные заинтересовались старыми принтерами: то ли в шутку, то ли всерьез они спросили, не печатал ли Даниил агитационные материалы. По словам Маркина, он не имеет никакого отношения к оппозиционным движениям. Максимум — ходил на протестные акции Алексея Навального.

Молодого человека доставили в центр «Э». Об обыске в квартире родителей Даниил узнал через несколько часов после задержания. Ему рассказали об этом оперативники во время профилактической беседы: Маркину объясняли, как правильно общаться со следователем.

Потом полицейский зашел в один из фотоальбомов Маркина «Вконтакте» и показал ему несколько картинок-мемов. Самые ранние из них датировались 2013 годом.

Оперуполномоченный начал внушать Даниилу, что он, сохраняя изображения, «яростно оскорблял верующих» — серьезный сотрудник хотел выяснить мотивацию подозреваемого. Во время демонстрации фотоальбома в кабинете сидел второй оперативник, он молчал и в беседу не вмешивался.

Состав преступления по заключению комиссии экспертов:

«Схематичное изображение человеческой фигуры с нимбом, помещенной в перечеркнутый красный круг с надписью «Бога нет»;

«Изображение Иисуса Христа, шлепающего по ягодицам полуобнаженную женщину»;

«Изображение персонажа сериала „Игра престолов“ Джона Сноу с нимбом, сопровождаемое надписью „Джон Сноу воскрес! Воистину воскрес!“».

Первый сотрудник предложил Маркину сознаться во всем, а позже предложил небольшую двустороннюю «сделку»: Даниил расскажет об известных ему экстремистских движениях в Барнауле. Студент не стал выяснять, что он получит взамен, и отказался от сотрудничества.

На следственном допросе Даниил давал показания под протокол. Следователь Бражников показался Маркину некомпетентным человеком, так как якобы не понимал устройства социальных сетей. Через час после допроса в кабинет вошел государственный защитник. Шутливо поздоровавшись со следователем, он сел рядом с Даниилом. Адвокат молчал, иногда делал пометки в своих бланках — обвиняемый не понимал, в чем заключалась его работа. «Адвокат нужен, чтобы помогать тебе, а не рядом присутствовать. Он вообще ничего не делал», — возмущается Маркин.

Когда молодой человек подтвердил, что сохранял «экстремистские» картинки к себе на страничку, допрос закончился. Его отпустили под подписку о невыезде, в коридоре следственного отдела Даниила ждали родители. Они долго не могли понять, что их сына обыскивали всего лишь за картинки «Вконтакте». В тот же вечер семья нашла «настоящего» адвоката.

Первый суд по делу Маркина прошел в июне 2018 года, с момента его задержания прошло больше года. За это время парня несколько раз вызывали для дачи дополнительных показаний по поводу техники, но он отказывался говорить, пользуясь 51 статьей Конституции РФ. Его банковские счета заблокированы после публикации имени в перечне террористов Росфинмониторинга.

Годовая задержка между обыском и первым судом произошла из-за прокурора, занимавшегося делом Маркина — она трижды отказывалась передавать дело в суд, потому что, по словам Даниила, оно было «пустое» — ни потерпевших, ни факта преступления. Когда прокурор ушла на больничный, на ее место назначили другую, и заключение перешло в суд.

После пятого заседания Даниил рассказал Тайге.инфо, что судья выслушивала свидетелей и людей, поручившихся за студента: «Это либо мои знакомые, либо люди, которых выловили оперативные сотрудники у меня [на страничке]. Картинки [проходящие по делу] на моей странице не видел никто, кроме тех девочек, которые написали заявления. То есть реальных свидетелей — ни единого». Следующее заседание назначено на 7 августа.

Даниил считает, что финальный вердикт огласят осенью. Суду еще предстоит рассмотреть результаты судебной экспертизы, допросить участкового полицейского. Ранее по просьбе следователя мужчина дал Маркину отрицательную характеристику: он написал, что, беседуя со студентом, услышал от него негативную оценку в отношении верующих. Подсудимый, ранее не имевший проблем с законом, опровергает эти доводы и замечает: «Участкового уже три раза вызывали [на суд], он не приходит».

«Попался [им] случайно. Наверно, так они борются с настроениями в обществе — бей своих, [чтобы чужие боялись], — рассуждает Даниил. — В социальной сети [Вконтакте] я периодически освещал проблемы у нас в регионе, репостил новости». Родители Маркина беспокоятся, что общественная огласка может плохо сказаться в суде. Однако, по словам студента, судья Молокоедова видела телесюжет, посвященный Даниилу, и настроена на слушания «адекватно и благосклонно».

Свидетели-соседки и эксперт от краевых властей

Дела Маркина и Мотузной объединяют две девушки-свидетельницы, давшие идентичные показания в отношении обвиняемых. Студентки алтайского филиала РАНХиГС Дарья Исаенко и Анастасия Битнер, обучающиеся по направлению «Юриспруденция» (уголовно-правовой профиль), сообщили об экстремистских материалах сотрудникам полиции.

Из свидетельских показаний девушек (орфография сохранена): «Я не поддерживаюсь взглядов экстремистской направленности, а также являюсь верующим человеком, поэтому меня оскорбили и задели тексты и изображения на странице указанного человека [Марии Мотузной], который ранее мне не знаком. <…> Изображения чернокожих детей, а именно подписи к ним меня задели, так как я почувствовала какую-то ненависть и неприязнь к ним…».

21-летняя Дарья Исаенко родилась в городе Заринске Алтайского края, девушка училась в школе №3, ходила в музыкальную школу. В 2017 году она платно поступила на заочное отделение алтайского филиала РАНХиГС. Судя по фотографиям, опубликованным на ее странице «Вконтакте» (сейчас аккаунт удален), Исаенко была хорошо знакома с Анастасией Битнер и, по информации «Дождя», жила с ней в одной комнате общежития.

Про Анастасию Битнер известно мало. Судя по архиву скриншотов ее аккаунта «Вконтакте» (сейчас страница удалена), в декабре 2017 года девушка публиковала фотографии в полицейской форме.

После того, как дела Маркина и Мотузной получили громкую огласку, свидетельниц начали травить. Мария звонила им, чтобы узнать об их состоянии, и хотела спросить, зачем девушки давали показания, но внятного ответа она так и не получила.

«Добра я им не желаю, но и каких-то бед — тоже. Если на них надавали в полиции, то я бы написала, чтобы их не трогали. Но ничего такого я от них не слышала», — говорит Мария.

За четыре дня до суда жительница Барнаула написала, что Исаенко и Битнер вновь пожаловались на нее, но в этот раз за угрозы. По словам обвиняемой, она никому не угрожала.

Студенты алтайского РАНХиГС пишут Марии, что впервые слышат о студентках-свидетельницах и ничего о них не знают. Однако эти заявления кажутся странными: согласно приказу алтайского филиала университета, Битнер и Исаенко были зачислены на первый курс заочно.

До сих пор неизвестно, почему свидетельницы решили дать показания против Мотузной и Маркина. Версия, что их вынудили заявить на жителей Барнаула под предлогом «зачета» по учебной практике, выглядит неубедительно. Несколько однокурсников Исаенко и Битнер рассказали корреспонденту Тайги.инфо, что вузовская практика начинается только после первого курса.

Дарью Исаенко и Анастасию Битнер вызывали на второе слушание по делу Даниила Маркина. По словам парня, во время суда девушки вели себя непринужденно: Дарья с дружелюбной улыбкой отвечала на уточняющие вопросы обвиняемого, а Анастасия только повторила слова, написанные в протоколе своих показаний. Судья интересовалась гражданской позицией свидетелей и спросила, в каком отделе полиции приняли их устное заявление — девушки не вспомнили этого.

Известно имя одного из специалистов, исследовавшего картинки Марии Мотузной — это секретарь комиссии правительства Алтайского края по противодействию экстремизму Марина Градусова. Как выяснила Тайга.инфо, лингвист занимается религиоведческой экспертизой в некоммерческой организации «Лингва-Эксперт» (компания проводит судебные экспертизы и исследования).

141784

Марина Градусова — частый гость форумов и круглых столов Алтайского края, посвященных экстремизму в молодежной среде. Также сотрудник регионального правительства участвует в протестантских праздниках и периодически совершает рабочие визиты в православные храмы и мечети.

После публикации треда о деле Мотузной эксперту стали поступать угрозы в фейсбуке, женщине пришлось изменить аватарку и настоящую фамилию в профиле страницы. Тайга.инфо созвонилась с Мариной Градусовой, но она отказалась от комментариев.

Градусова не первый раз участвует в громких уголовных делах, связанных с религией и экстремизмом. Год назад барнаульская неоязычница Наталья Телегина стала фигуранткой дела о возбуждении ненависти к православным (ч.1 ст.148 УК РФ). Градусова изучила картинки в интернет-публикациях обвиняемой и обнаружила нарушение норм религиозной этики.

Одна из картинок, проходящих по делу Телегиной, практически идентична той, что встречается у Марии Мотузной: демотиватор с фотографией крестного хода на размытой дождем дорогой и подписью: «В России две беды, и если первой поможет асфальтоукладчик, то как быть с дорогами, не представляю». Эксперт усмотрела в ней указание на «интеллектуальную неполноценность» православных христиан.

Судя по данным уголовного дела Андрея Шашерина, третьего барнаульца подозреваемого в экстремизме, экспертизу его картинок также проводила Марина Градусова.

Трое в масках, три в гражданском

Ранним утром 5 марта в квартиру 38-летнего Андрея Шашерина громко и настойчиво постучали.

— Кто там? — спросила разбуженная жена мужчины.

— Полиция, откройте, — ответили за дверью.

Через минуту в квартире мужчины ходил оперуполномоченный Дилмурод Абдуллоев. Он решил не называть своего звания и имени, а перейти сразу к делу:

— Андрей Александрович, одевайтесь, поедете с нами, — сказал полицейский, одетый в гражданское.

Его коллега (тоже в гражданском) прошел в квартиру и после многочисленных требований Шашерина зачитал постановление на обыск. В коридоре подъезда стояли двое женщин-понятых и неизвестная троица в масках и черной одежде, внешне похожей на форму СОБР. Жена Андрея не понимала, что происходит, и требовала объяснений.

— Разберемся на месте, — уклончиво пообещал оперуполномоченный (по словам семьи обыскиваемых).

Шашерина вывели за дверь, после чего на него надели наручники. «Выводите!». В квартире оставались жена и пятилетний сын. Оперативники попросили женщину сразу выдать технические средства, чтобы не «переворачивать» квартиру. У семьи было только два сотовых телефона, их изъяли. На улице опергруппу дожидался УАЗик — без опознавательных знаков и надписей «Полиция». Пока Шашерин сидел в автомобиле, в его квартире проходил обыск. Оставшиеся опера решили не объяснять жене подозреваемого ее права и обязанности.

Через час вышли понятые с полицейским, а после и сам Дилмурод Абдуллоев вместе с женой Еленой и сыном Шашерина. Семью Андрея посадили в другой автомобиль, а он вместе с опергруппой поехал в центр «Э» на проспекте Калинина. Дилмурод повез жену и сына в детский сад, и, по словам Шашерина, шел за ними вплоть до этажа с группой ребенка. Полицейский настойчиво требовал, чтобы Елена ехала давать показания.

Оказалось, что в здание полиции доставили и других членов семьи Шашерина — оперуполномоченные допрашивали его папу, потом переключились на жену. По словам отца, в пять утра его обыскивали по той же схеме: трое в масках, три в гражданском, ничего не разъясняя, стучали в квартиру. Опергруппа искала у мужчины оружие и экстремистскую литературу, но ничего не нашла.

Подозреваемого, по его словам, завели на второй этаж отдела полиции и поставили лицом к стене. Стоя в наручниках, Андрей пробыл в таком положении шесть часов. Потом его завели в кабинет — там уже сидел Абдуллоев. Оперуполномоченный показал распечатки «экстремистских» картинок, страницу Шашерина в «Одноклассниках» и фото мужчины для водительских прав.

Дилмурод впервые пояснил, что подозреваемый проходит по статье 282 УК РФ (экстремизм), и лучше бы ему сразу соглашаться на сотрудничество (рассказ обвиняемого). Шашерину грозили, что в детском саду сына узнают об «отце-экстремисте», а у родственников не будет возможности устроиться на госслужбу.

Перспектива тюремного заключения напугала Андрея, и он под диктовку (как он утверждает) написал признание. К четырем часам дня Абдуллоев и Шашерин были в барнаульском следственном отделе СК по Ленинскому району. Следователь предложил подписать заранее подготовленные протоколы допроса. Подозреваемый пошел и на это.

Позже стало известно, что уголовное дело Шашерина завели в конце февраля 2018 года. Судебная экспертиза по «экстремистским» картинка была проведена еще раньше. Следователь Костырко хотел поместить Андрея в СИЗО, якобы, он уклонялся от следственных действий. Выяснилось, что сотрудник приезжал с повесткой на допрос в то время, когда подозреваемого не было дома. Впрочем, в суде доводы Костырко были отклонены.

Через неделю после обыска мужчину вызвали на допрос, где он заявил, что отказывается от явки с повинной и показаний. Андрей считает, что за это его хотят поместить в психиатрический стационар. В начале июля Шашерина повезли на амбулаторную экспертизу («пятиминутка»), психолог и психиатр провели тестирование — врачи заключили, что не смогли установить вменяемость подозреваемого, потому что «недостаточно времени».

24 июля барнаульский суд решил отправить Андрея на длительное медицинское обследование, в ответ Шашерин подал апелляционную жалобу. Сейчас мужчина ждет рассмотрения заявления в краевом суде, он намерен дойти до Верховного суда. Перед судом сотрудник СК хотел вручить Шашерину повестку на прохождение медицинской экспертизы 25 июля, до вступления приговора в силу. Подозреваемый также планирует привлечь к ответственности следователя Костырко за нарушение законов УПК РФ.

«Я много раз обращался в правоохранительные органы с заявлением о преступлении (превышение должностных полномочий) и неправомерном применении спецсредств (наручники при обыске). Краевые МВД, СК, прокуратура «спускают» все на тормозах — «преступлений и нарушений не выявили», — сетует Андрей.

Мужчина отказался от услуг государственного адвоката Александровой: по словам подозреваемого, на следственных мероприятиях она молча сидела и «бездействовала». Андрею дали адвоката Федина, но и он выбрал странную стратегию защиты: на судебных заседаниях защитник ведет себя пассивно, отказывается помогать в составлении бумаг. Сейчас с подозреваемым связались правозащитники «Мемориала», решается вопрос о предоставлении юридических услуг.

Семья Шашерина не может нанять хорошего адвоката из-за уязвимого финансового положения. В марте 2017 года у них сгорел двухэтажный дом вместе с вещами и документами. С помощью материнского капитала и денег по ипотеке Андрей купил долю (13 «квадратов») в четырехкомнатной квартире в Ленинском районе. Шашерины не успели в ней прописаться из-за невыплаченной ипотеки. Доход подозреваемого не нормирован: он занимается строительством и отделочными работами по сдельной оплате. По словам мужчины, из-за уголовного преследования он потерял все заказы.

Как и в случае с Мотузной и Маркиным, у Андрея заблокированы банковские счета. В комментарии «Дождю» подозреваемый рассказал, что ему приходит много штрафов за просрочку платежей по кредитам.

Андрей не сомневается, что следователь постарается отправить его на принудительное лечение: «Кроме моей явки с повинной и показаний, подсунутых следователем, в деле ничего нет: больше я никак себя не оговаривал. Сейчас они пытаются включить свои механизмы [давления]: дело разваливается, идти в суд не с чем».

Егор Фёдоров