В горе, в радости, в стриптизе

Стриптизёрш нередко приравнивают к секс-работникам и осуждают. Поэтому часть из них умалчивают о своих занятиях перед родственниками, друзьями и даже партнёрами. Большинство девушек меняют профессию, когда выходят замуж: на этом часто настаивают их мужчины. Можно ли остаться на этой работе и построить здоровые отношения? В прошлом году фотограф Анастасия Евсинекина нашла семью стриптизёров в Смоленске, идеально совмещающих брак и специфическую, по меркам окружающих, работу. Спустя год с ними встретилась корреспондент самиздата Нина Абросимова, чтобы узнать, как они живут сейчас, и обнаружила, что это самая крепкая пара из всех, кого она знает. Рассказываем историю настоящей любви.

Баннер с полуобнажёнными супругами Силаевыми шесть лет висел на одной из центральных улиц Смоленска. Это была реклама кафе «Катрин», где они танцевали стриптиз. Руслан и Лена снимались для всех баннеров этого места. «Мы не для них это делали, а для себя: нас узнавали — нас заказывали. Сейчас меня и Лену знают все, кто хоть раз посещал какое-нибудь заведение. Стриптизёров в городе мало, можно по пальцам пересчитать. Особенно мало тех, кто выглядит достойно», — объясняет Руслан.

Елена и Руслан женаты десять лет. За эти годы порознь они провели ровно три ночи. Всё остальное время — вместе. Отдыхать ездят только вдвоём. Друг от друга не устают, говорят: «Такой проблемы нет». У них одна на двоих страничка «ВКонтакте», и я не сразу понимаю, с кем из них переписываюсь (впрочем, их друзья тоже не всегда понимают). Когда во время интервью Елене нужно ненадолго уйти, она замечает: «Вы можете про меня спрашивать у него, он всё знает».

На момент их знакомства Елена уже два года как работала стриптизёршей, а Руслан только пытался устроиться. Ему было девятнадцать, он заканчивал техникум, учился в университете и искал ночную работу, потому что дневная у него уже была. В стриптиз его не взяли, но предложили присоединиться к гоу-гоу по четвергам. Обещали 250 рублей за выход, то есть что-то около тысячи за ночь. Он согласился. Через две недели напарник Елены, с которым она танцевала, внезапно покинул коллектив, и Руслана попросили выступить вместо него.

Администраторша заведения тогда посоветовала Елене, оставшейся без партнёра, договориться с новеньким. Девушка одолжила у него телефон якобы позвонить, записала туда свой номер и сообщила ему об этом. «Много было мыслей, что́ мне хочет предложить крутая стриптизёрша», — посмеивается Руслан. При встрече Елена объяснила, что может его поднатаскать, так как ей на будущее нужен напарник. Руслану идея понравилась, и они начали тренироваться в кафе днём. «Первым делом я его отучила скакать, как он привык на бальных танцах. А то идёт-идёт — хоба! — запрыгал. Потом показала, как залазить на пилон. Ну и всё, что сама умела», — говорит Елена.

Её тогдашний молодой человек приревновал к Руслану и начал «капать на мозг». Изначально девушка планов на Руслана не имела, но после регулярных обвинений, что тот — её «запасной вариант», стала к нему присматриваться. «Мой молодой человек был не целеустремленным и не хотел работать. Я ему уже до того говорила, что когда найду кого-нибудь достойного и надёжного, то мы расстанемся», — поясняет Елена. Она бросила своего парня, и уже на следующий день ребята съехались. «Через две недели я признался, что люблю её, и надеялся, что она скажет то же самое, но услышал другое: „Я хочу за тебя замуж“», — вспоминает Руслан. «Он очень расстроился, но предложение сделал», — улыбается Елена.

На свадьбу супруги копили два года: она обошлась им в 175 тысяч рублей. Все деньги заработали сами. Елена вспоминает: «Собирали по частям: то торт закажем, то за костюмами сходим. С кольцами долго подгадывали, взяли их за полгода до: дождались акции, и ещё дополнительную скидку продавец сделал».

Девушки-стриптизёрши обычно уходят с работы, когда вступают в серьёзные отношения. Чаще всего на этом настаивают их партнёры. Но Руслан и не думал просить жену заняться чем-нибудь другим. «Если бы я захотел так сказать, то должен был быть готов её обеспечить», — добавляет он.

Работой супруги не брезговали: «Это деньги, мы от них никогда не отказывались. Нам было неважно, куда ехать. Мы танцевали в саунах, в загородных домах. Танцевали даже на даче без дачи, где просто был участок земли и машина на нём стояла». В 2010 году их стал «прикармливать» — вызывать раз в неделю в свою сауну — владелец кафе «Катрин». Он мечтал, чтобы в заведении было эротическое шоу. Мужчина спросил Силаевых, не могут ли они его организовать, и предложил зарплату. Супруги согласились и скооперировались с местным балетным хореографом — тот привёл ещё одного парня и двух девушек. «Желающих было много, но какой с ними стриптиз? Мальчика нужно найти фактурного, чтобы он не смотрелся убого и смешно. Всем хочется смотреть на подкачанных мужчин, которые танцуют сексуально, а не как геи. А девочку найти сложно, потому что город маленький и все стесняются», — объясняет Руслан.

Между прочим, мать Елены до сих пор не знает о том, что её дочь танцует стриптиз. «Все родственники в курсе, но её не посвящают: понимают, что она человек пожилой и немножко других взглядов. Я не думаю, что на данный момент, учитывая, что мы уже столько лет женаты, что мы крепкая семья, — она начнёт нас осуждать, но тем не менее ей будет неприятно», — говорит Силаев. «Ну поругала бы она нас, и что дальше? — вставляет Елена. — Мы тогда учились зарабатывать сами».

Бывает, что ты танцуешь и клиент всё-таки успел цапнуть. Ну, как собака, грубо говоря

В лучшие месяцы семья получала 120 тысяч — очень приличные для Смоленска деньги. Эта сумма складывалась из официальной зарплаты (по 37 тысяч на каждого), чаевых и подработок. Силаевы считают, что 120 тысяч — это « копейки» по сравнению с аналогичными московскими заработками.

Однако о переезде в Москву супруги никогда не думали. Во-первых, они не видят смысла зарабатывать больше: «Зачем? Чтобы больше тратить?» Во-вторых, в Смоленске у них четырёхкомнатная квартира с отличным ремонтом, в которой они живут втроём — с мамой Елены, а в другом городе, соответственно, придётся платить за жильё. В-третьих, в Москве нельзя работать вместе: там нет смешанных клубов. А в провинции почти все клубы — смешанные, то есть и с мужским, и с женским стриптизом. Потому что иначе большую публику не собрать. Руслан поясняет: «Врозь мы работать не будем. Это такая специфичная работа, всегда сопряжённая с ревностью. А так я у неё под боком, она у меня под боком».

Силаевы объясняют, что приватный танец исполняют в закрытой комнате, и в теории стриптизёры могут заняться с клиентом сексом — им не помешают. «Клиент всегда готов. Неважно, девушка это или мужчина. Мне кажется, девушки иногда даже больше готовы. Бывало такое, что они заходили, снимали трусы и показывали: мол, мы там голые», — говорит Руслан.

Елена замечает, что они ревновали (да и до сих пор ревнуют) друг друга, если кто-то задерживается в такой комнате. Руслан, например, иногда может аккуратно заглянуть под дверь: «У нас одна и та же мысль: вдруг они понравились друг другу? И начинаешь нервничать, бубнить. Но всё в меру. Истерик, скандалов, разводов не было». Он рассказывает, что Лена только однажды — на 8 Марта, когда он был нарасхват и уже слишком долго отсутствовал, — успела напиться и упала с барного стула. А в другой раз — когда его расцарапала какая-то посетительница — в отместку стащила дорогой ремень с её спутника и забрала себе.

Я спрашиваю, свободные ли у них отношения, и они смеются: «Нет, самые традиционные». Силаевы не санкционируют измены. Объясняют, что дело отчасти в прагматике и что от связи на стороне вряд ли получат что-то такое, чего нельзя получить дома.

С клиентами — даже с теми, кто призывно стягивает трусы, — Руслан и Елена ведут себя безукоризненно вежливо. Они разъясняют, что бросаться на защиту своей половинки в клубе — глупо. «Есть ты фыркнешь, то ничего не получишь, а чаевые — это львиная доля заработка», — говорит Елена. Она не позволяет себя трогать, но если понимает, что клиент «совсем не отстанет, то до колена — ради бога». «Вообще трогать нельзя, — размышляет она. — Но потрогать можно по-разному. Можно погладить по бедру, а можно грубо схватить за попу. Бывает, что ты танцуешь и клиент всё-таки успел цапнуть. Ну, как собака, грубо говоря. Если я знаю, что он может это сделать, то стараюсь увернуться, немножечко отойти во время танца».

Руслан и Лена, в свою очередь, тоже рискуют нарушить чужие личные границы. Поэтому некоторые гости просят их вести себя поскромнее. Например, подруги, которые заказывают танцы для невесты на девичнике. «Мы же можем и жёстко станцевать. Если девочка податливая — раздеть её, положить во все позы, сымитировать секс. Это будет при всём зале, а у человека скоро свадьба, — поясняет Руслан. — Многие спокойно идут на поводу. Я хорошо чувствую человека: потянул за футболку — не против? — снял футболку. Мы вообще не раз догола раздевали. Понимаете, есть такие женщины — им хочется побыть голыми на сцене, но сами они себе позволить такого не могут, а тут вроде она и ни при чём».

«Саша, хватит греть уши, иди», — бросает Руслан мужчине, который тихонько пристроился со своей сумкой Reebok за соседним столиком и очевидно подслушивает. Мы сидим в зоне отдыха в фитнес-клубе. Елена и Руслан в спортивных костюмах — они периодически прерывают интервью и ходят к тренажёрам проверить своих подопечных.

Они уволились из кафе «Катрин» в конце 2017 года. «Последние два года я на работу из-под палки ходил. Мне она никогда сильно не нравилась, это всегда был источник заработка, — отмечает Руслан. — Мы собирались отработать ещё один год и уходить, нам уже было неинтересно». Силаевы объясняют, что от работы отказываться было страшно, хотя она была не единственной: они оба подрабатывали в фитнес-клубе, а Елена ещё и в салоне красоты. Кроме того, был «фриланс»: их выезд в частном порядке стоит три тысячи рублей - это один танец. Каждый следующий - плюс полторы тысячи. Супруги в принципе понимали, что и без стриптиза смогут зарабатывать нужные 100 тысяч.

Мы можем раздеть её, положить во все позы, сымитировать секс, а у человека скоро свадьба

Они не хотят распространяться о причинах ухода — он был вынужденным. Из рассказа следует, что у них случился конфликт с директором и было два варианта: «прогнуться и остаться жевать говно или уйти». Они замечают, что Руслану тогда попытались урезать зарплату, а Елене не подняли, хотя планировали.Кроме того, Силаевой обещали увеличить грудь за счёт компании, но в итоге это сделали «другой девочке». Руслан думает, что тут был тонкий расчёт: руководство хотело удержать сотрудницу. И уверен, что теперь она чувствует себя обязанной и проработает ещё лет пять. «Мне до неё обещали. Но потом шеф посмотрел: если у меня маленькая, но красивой формы, то у той только зарождающаяся, намёки такие, ей правда нужно было», — рассказывает Елена. По итогу Силаевы «сделали всё сами»: за 140 тысяч Елена обрела желанный размер — 2,5.

Супруги довольны всеми переменами. Они говорят, что теперь зарабатывают сильно больше, а кроме того, «узнали, что такое выходные». За этот год они уже успели съездить в Доминикану, на Кипр и в Марокко — по горящим путёвкам. Теперь даже думают немного пожить за городом. «Были времена, когда я сидела дома и рыдала, потому что у меня было три работы и мне реально на всех трёх надо было побывать за один день», — говорит Елена. Руслан продолжает её мысль: «Нас осуждали из зависти. Думали: они три-четыре раза в год ездят отдыхать? Так они наебались там! За деньги начпокались! Те же, кто с нами знаком, были в курсе, сколько мы работали».