Россия поделила Каспийское море с соседями после двадцати лет споров. Но страны так и не решили, кому достанутся нефть и газ

Страны «каспийской пятерки» — Россия, Иран, Азербайджан, Туркмения и Казахстан — договорились о принципах раздела Каспийского моря. Конвенцию, принятую 12 августа на встрече в верхах в казахстанском Актау, уже успели назвать «исторической». «Медуза» рассказывает о том, что лидерам стран действительно удалось решить, а что — нет.

Каспийское море до сих пор было ничьим? А почему?

Российская империя в XVIII—XIX веках фактически превратила Каспийское море в собственное внутреннее озеро, добившись от Персии (старое название Ирана) исключительного права держать там военный флот. В 1920-х годах СССР отказался от монопольных прав на Каспий и договорился с Ираном, что этой акваторией смогут пользоваться оба государства.

При этом Москва и Тегеран не стали точно устанавливать межгосударственные границы и на протяжении десятилетий активно пользовались этой неопределенностью. В частности, обе страны без всяких договоров занимались разработкой нефтяных месторождений, тогда как наличие четкой демаркации, скорее всего, потребовало бы согласовывать такие проекты.

С распадом СССР на свою долю в акватории и шельфе, помимо России и Ирана, стали претендовать три новых независимых государства: Туркменистан, Азербайджан и Казахстан. Это потребовало более четкого многостороннего соглашения. Документ начали разрабатывать еще в 1996 году.

Почему столько лет делили? В чем проблема?

По формальным географическим критериям Каспийское море представляет собой крупнейший замкнутый водоем в мире и морем не является. Это значит, что на него не распространяются установленные ООН нормы морского права, которые, во-первых, определяют хозяйственные возможности прибрежных государств, а во-вторых, позволяют другим государствам пользоваться его акваторией для некоторых видов деятельности.

Для озер таких четких правил не существует — государства всякий раз решают свои споры по-своему. Туркменистан, Азербайджан и Казахстан предлагали поделить Каспийское море на национальные сектора, размер которых зависел бы от длины береговой линии. Это не устраивало Иран, у которого каспийское побережье самое маленькое из всех. Россия была готова поделить дно, но не акваторию.

Достичь договоренности между пятью странами оказалось сложно, и это одна из причин, по которым периодически раздавались предложения объявить Каспий морем и распространить на него соответствующие нормы.

О чем удалось договориться?

Принятая в Актау конвенция во многом соответствует тому решению, которое предлагала Россия. Стороны признали, что Каспийское море принадлежит исключительно прилегающим государствам. Каждое из них получило 15-мильный участок территориальных вод и еще 10 морских миль для рыбной ловли. В своей зоне каждая страна может заниматься разработкой недр и вести научные исследования. В результате большая часть акватории остается в совместном пользовании. Кроме того, страны договорились, что в воды Каспия запрещено входить военным кораблям других государств.

Конвенция также наделила прикаспийские страны правом прокладывать магистральные трубопроводы по дну моря. Теперь для этого не требуется согласия остальных участниц «пятерки». Это может оживить проект Транскаспийского газопровода, который возник еще в середине девяностых годов для доставки туркменского газа в Европу по дну Каспийского моря, через Азербайджан и в обход России.

Россия была против прокладки газопровода, потому что опасалась, что транзитные пути через ее территорию окажутся не такими востребованными. В 2016 году, однако, «Газпром» отказался покупать туркменский газ для поставок в Европу. После этого Туркменистан переориентировался на Китай, Индию и Пакистан.

На эти рынки российский газовый монополист также претендовал, и, по мнению грузинского аналитика Шота Утиашвили, в Москве посчитали, что риски от их окончательной потери выше, чем от выхода Туркменистана в Европу через Каспий. К тому же конвенция требует соблюдения при строительстве современных норм безопасности и соответствия экологическим стандартам, так что у России остается достаточно возможностей не допустить прокладки, если Москве покажется, что этот проект задевает ее интересы.

А о чем договориться не удалось?

О самом главном — кому принадлежат недра в «общей» части Каспийского моря. По оценкам Службы энергетической информации США, Каспийский регион располагает разведанными запасами в 48 миллиардов баррелей нефти и 8,76 триллиона кубометров газа. Другими словами, эти запасы — в числе крупнейших в мире. Добыча с месторождений, уже введенных в эксплуатацию, составляет около двух миллионов баррелей в день. Для сравнения: все разведанные запасы нефти в России составляют около 100 миллиардов баррелей.

Разработку отдельных месторождений ведут международные консорциумы, а также национальные компании, но неопределенность правового статуса ограничивает их возможности. Конвенция в нынешнем виде этой проблемы не решает. Как заявил президент Ирана Хасан Роухани, ясность в этом вопросе должны внести «дополнительные соглашения». Когда эти соглашения будут приняты — неизвестно.

Дмитрий Карцев