Тихие скромные ребята. Убили 17 человек

Даниил Туровский рассказывает полную историю «банды ГТА» — исламистов, которых государство считает просто грабителями

9 августа Московский областной суд вынес приговор членам так называемой банды ГТА, которые в начале 2010-х нападали на автомобили и убивали водителей в Москве и Подмосковье. «Банда ГТА» стала одним из самых громких криминальных сюжетов текущего десятилетия: за расследованием дела следили федеральные каналы; искать преступников пытались народные патрули. В итоге тюремные сроки получили только несколько участников группировки — еще четверых застрелили год назад в здании суда, когда они, по версии следствия, попытались бежать. Спецкор «Медузы» Даниил Туровский ознакомился с материалами дела и воспоминаниями следователей, поговорил с родственниками участников банды — и восстановил историю группировки, которой руководили два человека, заявлявшие о том, что прошли подготовку в пакистанском лагере для будущих террористов.

Глава 1

Драка в лесу

Вечером 26 ноября 2013 года трое приятелей из Рязани, Павел, Евгений, Роман, поехали в Москву забрать закладку — 100 грамм спайса, купленные с зарплаты.

Дорога заняла около четырех часов. Отыскав закладку, около полуночи они отправились обратно в Рязань. Они приняли дозу; через некоторое время Евгению стало плохо — неподалеку от Коломны молодые люди остановили машину, чтобы передохнуть и подышать.

Место было безлюдное: пустая ночная дорога, вокруг поля и лес. Друзья сидели в машине с включенным светом. Минут через двадцать Роман вдруг увидел припаркованный на другой стороне дороги автомобиль, из которого вышли люди в черной одежде с капюшонами, — и почти сразу услышал хлопки: неизвестные начали стрелять из пистолетов. Роман нырнул под сидение; Евгений заорал: «Поехали!»

Роман был засыпан стеклом — от выстрелов в машине разбились окна. Из головы у него текла кровь, рука обмякла. Евгений понимал: надо уезжать, но Павел, сидевший за рулем, потерял сознание. Через минуту выстрелы прекратились — выглянув на улицу, Роман увидел, что нападавшие сели в свой автомобиль и уехали, не проверив, что стало с их жертвами.

Роман отодвинул друга с водительского кресла и сел за руль сам. Через некоторое время он доехал до района Дягилево на окраине Рязани. Его друзья все еще были без сознания. Молодой человек позвонил родственникам, объяснил им, где стоит автомобиль, — и ушел в больницу, где из его плеча вынули пулю.

Павлу и Евгению повезло меньше: скорая ехала к ним несколько часов; все это время машина с окровавленными мужчинами стояла у автобусной остановки «Школа», привлекая внимание прохожих.

Когда врачи все-таки приехали, Павел кое-как пришел в себя. Он плохо понимал, что происходит, и сообщил, что на заднем сиденье — труп Евгения. Через несколько часов сам Павел умер в больнице.

Через три месяца, вечером 25 февраля 2014 года, банкир Владимир Кириллюк, в прошлом возглавлявший «Идеалбанк», вернулся домой — в элитный коттеджный поселок под Истрой. Созвонившись с женой и переодевшись, он сел на велосипед, позвал за собой собаку и поехал кататься по округе.

Выезжая из леса, он увидел четырех мужчин, которые собирались перегородить дорогу поваленным деревом, — позже выяснится, что участники банды проводили тренировку, а Кириллюк им помешал.

Когда жена приехала домой, банкир все еще не вернулся. Через несколько часов, не сумев дозвониться до мужа, она поехала к КПП в поселок. Охранник рассказал, что какое-то время назад в ворота забежала их собака, а еще проезжавший мимо водитель сообщил ему о драке, которую тот увидел в полукилометре от поселка: три человека били мужчину, лежавшего на земле. Жена Кириллюка вместе с охранником, вооружившись фонарями, отправились к предполагаемому месту драки — и нашли там тело банкира. Около 20 раз его ударили ножом; дважды выстрелили в голову. У Кириллюка ничего не украли.

Еще через три с небольшим месяца, вечером 3 июня 2014 года, полицейский Олег Толмачев пришел домой в свою квартиру в Солнцево, переоделся из формы в шорты и футболку и уехал погулять. Тогда его жена позвонила любовнику — и они вдвоем решили покататься на машине.

Вернулись они около полуночи. Когда их машина уже стояла у дома, вернулся Толмачев — и жена решила подождать, пока он зайдет в подъезд. Когда мужчина вышел из своего автомобиля, на него напали трое неизвестных — повалили на землю и несколько раз выстрелили из пистолетов. Жена хотела броситься к нему, но любовник остановил ее, сказав, что свидетелей в таких случаях убивают. Тогда они позвонили соседке — та тоже работала в полиции. Она сказала мужчине и женщине оставаться в машине, пока она вызовет наряд и врачей.

Тело Толмачева нашли в кустах рядом с парковкой — преступники закидали его мусором. Убийцы забрали у полицейского два мобильных телефона, одеколон и солнцезащитные очки.

Молодые люди, банкир и полицейский были не первыми и не последними жертвами людей в черном. Похожие убийства — когда случайных людей расстреливали на дорогах или парковках на окраинах Москвы или в Подмосковье — происходили с 2012 года; как правило, между полуночью и четырьмя часами утра. У многих жертв нападавшие ничего не забирали — ни деньги, ни машины, ни другие ценности.

Глава 2

Человек, который поймал банду

В августе 2014 года 37-летний старший следователь по особо важным делам Главного следственного управления Следственного комитета Алексей Стадников возвращался на машине из отпуска, который провел на Урале. Ближе к ночи он остановился на обочине трассы М-5, чтобы немного отдохнуть. Через несколько дней ему предстояло вернуться к работе — и приступить к новому расследованию: до того Стадников занимался, например, серийным убийцей Сергеем Мартыновым и бандой, которая организовала взрыв в доме шейха Саида-Эфенди Чиркейского в Дагестане в 2012 году.

В ту же ночь по той же трассе ехал 31-летний танцор Альберт Юсупов. В какой-то момент у него взорвалось колесо — но домкрата у мужчины с собой не было, и он позвонил другу, чтобы тот приехал и помог. Коротая время, Юсупов сидел в машине с открытой дверью, играя на мобильном телефоне. Когда в него начали стрелять, он еще попытался убежать — тело мужчины нашли посреди дороги. Грабить его нападавшие не стали — их спугнул свет фар вдалеке.

Сопоставив обстоятельства преступления с несколькими предыдущими убийствами на дорогах, сотрудники Следственного комитета решили, что за преступлениями стоят одни и те же люди. В сентябре 2014 года несколько уголовных дел объединили в одно — и расследование возглавил Алексей Стадников. Когда он оказался на месте убийства Юсупова, он вспомнил, что той же ночью ночевал в машине на той же дороге.

К тому времени о придорожных убийствах уже много писали в СМИ. На федеральных каналах выходили сюжеты о «трассе смерти» (на деле убийства происходили в разных частях Подмосковья, и не только на больших дорогах): в них говорили, что бандиты — то ли украинские диверсанты, то ли сектанты. Вспоминали и про «банду амазонок» — бандитскую группировку, участники которой — среди них было несколько женщин, в том числе мать с 13-летней дочкой, — с 2003 по 2013 год убивали в Ростовской области полицейских и автомобилистов. Самая же заметная версия гласила, что преступники — компьютерные геймеры, которые перешли от убийств в игре Grand Theft Auto к реальным преступлениям. Так появилось название «банда ГТА».

В сентябре 2014 года около 150 стритрейсеров — поклонники блогера Эрика «Давидыча» Китуашвили и участники автомобильного сообщества Smotra.ru — начали патрулировать подмосковные дороги, леса и поля. «Мы ищем по лесам с помощью тепловизора, заезжаем на все заправки, всех проверяем, машины обыскиваем. Люди относятся с пониманием, когда объясняем, кого мы ищем, — рассказывал Давидыч. — Мы вооружены, и поймать трех идиотов с пистолетами не составит труда». Активисты передвигались с оружием и в бронежилетах, нарушали правила дорожного движения, нередко насильно обыскивали и избивали людей — а также блокировали подозрительных, по их мнению, водителей в автомобилях до приезда полиции. Про свои рейды они сняли фильм «Если не мы? То кто?» (так в названии — прим. «Медузы»), где рассказывали, что использовали для поисков в том числе самолет.

В 2016 году, когда против Давидыча завели уголовное дело о мошенничестве, в суде он заявлял, что именно он был «человеком, который поймал „банду ГТА“», а полицейские подключились потом. «Мы, 250 человек, несколько месяцев жили в лесах и искали этих людей, — утверждал блогер. — У меня есть благодарственная бумага, подтверждающая это. После того как я вышел на улицу, больше никого не убили».

В том же сентябре 2014 года у следственной группы появилась первая серьезная зацепка (материалы уголовного дела к тому моменту насчитывали уже более 30 томов). Ночью 3 сентября водитель по фамилии Борисов — его имени в материалах дела нет — остановился заправиться на МКАД в Ясенево. Когда он вышел на улицу, расплатившись, на него напали трое мужчин — выстрелили по ногам и ударили битой, а потом схватили что-то в автомобиле и убежали.

На шум вышел сотрудник АЗС, который вызвал полицию и скорую. В это время на заправку заехала еще одна машина — ее водитель узнал у мужчин, что случилось, заправился и уехал, но через несколько минут вернулся. Он рассказал, что увидел трех нападавших на обочине МКАД неподалеку, — и предложил их догнать. Борисов запрыгнул в его машину — и вскоре они уже преследовали автомобиль банды. В районе Профсоюзной улицы им удалось прижать нападавших к обочине — и тут Борисов увидел направленный на него пистолет. Погоня на этом закончилась — но водитель снял семисекундное видео, на которое попал и номер машины. Его вместе с маркой автомобиля Борисов и сообщил полиции.

Вскоре следователи установили маршрут нападавших в ту ночь — и узнали владельца машины: им оказался Фазлиддин Хасанов, приехавший в Россию из Узбекистана. Когда за ним начали следить, выяснилось, что он постоянно общается с двумя другими мигрантами — Хазратхоном Додохоновым и Ибайдулло Субхановым (он тогда называл себя Рустамом Усмановым). Отпечаток Додохонова (он хранился в ФМС) нашли в одной из машин, на которые нападала банда; генетический материал Хасанова — на перчатке, найденной на одном из мест преступления.

Наблюдение установили за всеми тремя подозреваемыми. Субханов в тот момент работал охранником частного дома в Удельной — идиллическом поселке рядом с Москвой, где на улицах, названных фамилиями российских писателей, стоят дорогие двух-трехэтажные особняки. Владельцы отзывались о Субханове как о человеке «предельно вежливом, услужливом и скромном». Он много общался со знакомыми из Таджикистана и Узбекистана, — как выяснили оперативники, они выезжали к большим трассам и бродили по близлежащим полям, а также проводили в лесу тренировки по стрельбе и рукопашному бою. После тренировок они читали Коран. Как выяснится позже, Субханов говорил участникам группировки, что «без [изучения ислама] нельзя сражаться за свою хорошую жизнь», а убивать нужно, чтобы «отбирать имущество у тех, кто нажил его неправедным путем».

Следователь Алексей Стадников тоже подозревал, что банда убивает не ради денег: их нападавшие забирали у жертв далеко не всегда — и редко больше нескольких тысяч рублей. Не во всех случаях бандиты забирали телефоны и другие вещи — хотя как-то раз один забрал себе одеколон, другой — черные очки. Однажды преступники обнаружили в багажнике машины, на которую напали, женскую одежду — один из них подарил своей жене шорты, но те ей не понравились.

Как рассказывал со слов следователя бывший пресс-секретарь СК Владимир Маркин в книге «Убийства, теракты, катастрофы», Стадников думал, что преступления — это что-то вроде тренировки, которая к тому же направлена на то, чтобы «повязать этих молодых бандитов кровью, полностью подчинить себе».

Когда он взялся за дело «банды ГТА», Стадникову казалось, что нужно спешить: он чувствовал, будто берет время «в долг у бандитов», а промедление может привести к новым жертвам. Как следователь вспоминал позже, он два месяца почти не виделся с семьей, спал по четыре часа, часто в рабочем кабинете. Стадников и его группа исследовали сотни вещественных доказательств: пули, гильзы, шипы, расстрелянные автомобили; пакетики с частицами биологических материалов — потом, слюной, кровью. Они следили за участниками группировки по всей Москве и Подмосковью; проникали в их дома и квартиры, когда те уезжали. В одном из сараев они увидели манекены для тренировок по стрельбе. В другом — детали для самодельных пистолетов.

Через два месяца круг подозреваемых сузился до 10 человек. Ночью 5 ноября 2014 года спецназ окружил пристройку на участке в Удельной, где жил Субханов. Один из оперативников спрятался за деревом и потребовал в мегафон, чтобы подозреваемый вышел из дома. Субханов успел позвонить двоим участникам группировки, за которыми следствие не следило (они попытались уехать в Татарстан, но их вычислили по данным звонка и задержали), но выходить отказался — вместо этого он бросил в спецназовцев гранату. Его убили ответным огнем.

Девять других участников группировки задержали в следующие дни в разных частях Подмосковья. Их обвинили в убийстве 17 человек.

Глава 3

Коробка с надписью «Шмель»

Пристройка, которую брали штурмом, стояла на участке Алексея Староверова — руководителя управления делами Генпрокуратуры РФ, который за год до этого оказался самым состоятельным сотрудником своего ведомства: на двоих с женой они заработали почти 50 миллионов рублей (супруга Староверова, в частности, владела компанией вместе с Натальей Цеповяз, женой лидера Кущевской ОПГ Вячеслава Цеповяза по прозвищу Злодей). Домой Староверов приезжал с охраной и мигалкой, а Субханов прожил у него три года — как впоследствии говорили следователи, «никому не пришло бы в голову искать следы кровавых убийств за охраняемым забором, фактически — в семье ответственного работника юстиции».

Сразу же после задержания участников группировки против Староверова возбудили уголовное дело за хранение оружия, но на следующий день его коллега, заместитель генерального прокурора, отменил постановление. Чиновника допросили как свидетеля — а в декабре 2014 года он уволился с госслужбы и стал бизнесменом. Следствие заявило, что претензий к Староверову не имеет.

Из членов банды жил и работал за городом не только Субханов. Фазлиддин Хасанов — он был «оружейником» группировки — обосновался в пристройке в поселке Поздняково под Красногорском, на садовом участке, принадлежавшем чиновнику Минздрава. Владельцы дома, где Хасанов жил и был сторожем и разнорабочим, вспоминали его как «воспитанного мужчину, исповедующего ислам».

Когда в пристройку пришли следователи, они обнаружили там не только ножи для подрезки растений, токарный станок, сварочный аппарат и два надувных матраса. Помещение напоминало хижину Унабомбера, где американский террорист-любитель хранил ингредиенты для изготовления бомб. Там обнаружили десятки деталей для пистолетов, рецепт взрывчатки, порох в упаковке от жевательной резинки, около 500 патронов, оптические прицелы, ершики для очистки стволов, коробку с надписью «Шмель» с химическими составляющими взрывчатки, шнуры, самодельные детонаторы. Еще в комнате обнаружилась 34-страничная тетрадь в клетку, которая была полностью заполнена инструкциями о методах убийств, ведения войны и конспирации на узбекском языке — подобные находили и у других участников группировки.

Хасанов переделывал пневматические пистолеты в огнестрельные и делал шипы, которые летом 2014 года начали бросать под автомобили (именно поэтому многие убийства начинались с того, что у машин лопались колеса). Была у него и отдельная лаборатория — в садовом товариществе «Отдых» под Коломной: там нашли десятки колб, трубок, сыпучие и жидкие вещества для синтеза взрывчатки — а также книгу «Крепость мусульманина», которая признана в России экстремистской и которую часто находят у активистов организации «Хизб-ут-Тахрир».

На том же участке под Коломной, где была лаборатория, сапер нашел тайник с патронами, заготовками для оружия, паспортами убитых и автомобильными номерами. «Такие тихие скромные ребята, — сказали следствию владельцы участка. — Днем всегда нам помогали. По вечерам только пропадали или закрывались в своем флигельке и что-то химичили. Мы думали — на продажу что-нибудь мастерят…»

При обысках у членов группировки находили не только оружие и книги. Из автомастерской, где работали некоторые участники банды, изъяли деревянные манекены, обтянутые тканью и скотчем, — их использовали для тренировок при стрельбе. В уличном туалете одного из домов нашли труп таксиста — «бомбилы», которого застрелили еще в 2012 году, чтобы ездить на его машине. Субханов объяснял преступление еще и тем, что водитель «не соблюдал Коран». Именно это убийство стало для «банды ГТА» первым.

Глава 4

Равшан из Пакистана

Днем участники банды работали на стройках и в автомастерских. Ночью переодевались в темную одежду и шли убивать.

Ибайдулло Субханов — выходец из киргизского города Ош — основал группировку вместе с братом Холиком. На одном из допросов тот говорил, что Субхановы провели некоторое время в Пакистане — в тренировочном лагере радикальных исламистов они обучались стрельбе, партизанской войне, минированию и конспирации. «В 2010 году нами руководил Равшан, он проповедовал джихад, — вспоминал Холик Субханов. — Мы входили в джамаат — боевую группировку в „Союзе исламского джихада“, мы были воинами Аллаха, рядовыми членами. В случае нашей смерти мы стали бы шахидами».

«Союз исламского джихада» — боевая исламистская организация, которая состоит преимущественно из выходцев из Средней Азии и провозглашает своей целью создание исламского государства на территории Узбекистана и Таджикистана. Тренировочные лагеря «Союза» расположены в Пакистане. У группировки есть связи с «Талибаном» и «Исламским движением Узбекистана» (ИДУ) — террористической организацией, которую считали представительством «Аль-Каеды» в Средней Азии. Боевики ИДУ в конце 1990-х вторгались в южные районы Киргизии, потом устраивали теракты в Бишкеке и Оше, а в 2015-м объявили, что присоединяются к «Исламскому государству». Радикальные исламисты из постсоветских стран нередко оказывались в лагерях ИДУ — одним из них был Равиль Мингазов, россиянин, которого только в январе 2017 года отпустили из американской тюрьмы в Гуантанамо («Медуза» подробно рассказывала о его судьбе).

Из Пакистана братья Субхановы нелегально переехали в Иран — а весной 2011 года встретились в России и поселились в подмосковной деревне, где местный житель предложил им последить за домом. «Мухаммед (так представился Холик — прим. „Медузы“), с которым я в основном и общался, был такой вежливый, обходительный. И явно находился под влиянием своего старшего брата Махмуда (Ибайдулло), — говорил потом следователям владелец участка. — Тот был очень религиозен, а еще и характером сильнее брата. Бывало, наорешь на них матом, если ничего не сделано, так Мухаммед бежит меня успокаивать, обещает все исправить. А Махмуд видно, что злился, убить был готов».

В 2012 году Равшан — руководитель братьев в лагере в Пакистане, с которым они продолжали созваниваться в Skype, — передал Субхановым указание перечислять ему деньги на военные нужды. После этого они начали сбивать «боевую группу» в Москве.

Группа собиралась из трудовых мигрантов, приехавших в Россию на заработки, — в основном из Согдийского района Таджикистана. «Медуза» подробно рассказывала о том, как мигрантов радикализуют и вербуют в экстремистские организации. Например, в 2014 году в бытовки к мужчинам, работавшим на стройках в Москве, по вечерам приходили чеченцы, которые агитировали их поехать в «Исламское государство», где они смогут получать нормальную зарплату и не «жить как рабы». Автор гимна Таджикистана Гулзанар Келди говорил на заседании местного парламента, что одной из главных причин того, что таджикская молодежь присоединяется к экстремистским группам, является бедность: «Наша молодежь, которая большую часть времени занята поиском денег на жизнь, образование и создание семьи, услышав обещания [лучшей участи], поддается соблазну».

К осени 2013 года в группировке Субханова набрался костяк из 10–12 человек. Один из них — Абдумуким Мамадчонов, который с 2003 года работал в России на стройках, — вспоминал, что Ибайдулло Субханов часто разговаривал с ними про «религию другого направления», а через год после знакомства «предложил поехать в Пакистан для джихада». Другой — Анвар Улугмурадов — говорил, что группировка собиралась устроить военный переворот в Узбекистане, где власти «довели народ до нищеты», а в качестве мишеней на тренировках они иногда использовали фотографии президента Узбекистана Ислама Каримова. Хазратхон Додохонов рассказывал следователям, что часть денег, полученных во время убийств, Субханов переводил в Пакистан на «помощь мусульманам».

Еще один участник банды, Умар Хасанов, в 2013 году переехал в Москву из Новосибирска, где ремонтировал квартиры. В столице он хотел открыть кафе — земляк Ибайдулло Субханов обещал помочь и в свою очередь попросил познакомить его с человеком, перепродающим машины, которого знал Хасанов. Когда Субханов заплатил продавцу за автомобиль 5,5 тысячи долларов, но не получил машину, он решил, что Хасанов его обманул. На следующий день его похитили, привезли в незнакомую квартиру в подмосковном поселке Радумля, избили, отобрали документы и заявили, что он должен будет отработать деньги «в автосервисе». В преступлениях, как заявлял Хасанов, он начал участвовать, чтобы выплатить долг.

Субханов помогал участникам группировки с жильем — некоторые жили в квартирах в том же поселке Радумля и работали там в автосервисе; там же тренировались и читали Коран. Все вместе иногда встречались дома у Холика Субханова — тот работал на садовом участке. Его владелец позже вспоминал, что «они вели себя как герои фильма „Берегись автомобиля“: то один родственник приедет, то другой».

Когда участников «банды ГТА» задержали, президент России Владимир Путин отдельно поблагодарил за это министра внутренних дел Владимира Колокольцева, добавив, что «по сути это преступление террористической направленности». О том же писали и официальные СМИ — так, «Российская газета» сообщала, что «бандиты уничтожали совершенно незнакомых людей по идейным соображениям, как неверных».

Несмотря на это, впоследствии ни полиция, ни следователи не говорили о «банде ГТА» как террористах или исламистах. В суде по делу группировки эта тема тоже не звучала.

Глава 5

Гуль и Совершенный

Когда преступников арестовали, они подробно рассказали следствию, как убивали. Состав нападавших часто отличался — у всех были свои функции: например, Зафар Гулямов следил за тем, чтобы их не заметили. Как он сам рассказывал, в банде он оказался случайно: потерял работу, по приглашению двоюродного брата пришел в автосервис, куда потом приехал Ибайдулло Субханов и предложил «поехать в одно место». Тогда преступники убили двоих на трассе М4; Гулямов, по его словам, только наблюдал за дорогой и перетаскивал вещи убитых.

Как рассказывали участники «банды ГТА» на допросах и в суде, на каждую операцию они брали телефоны с новыми сим-картами — Субханов покупал их на Савеловском рынке, где их продают без предъявления паспорта. Ездила банда чаще всего на машинах с латвийскими или белорусскими номерами. Идя на дело, преступники обменивались зашифрованными сообщениями. У всех были клички, большинство — на арабском. Фазлиддина Хасанова называли Акмаль («Совершенный»), Анвара Улугмурадова — Киргиз, Умара Хасанова — Абид Муслим («Поклоняющийся раб»), у Абдумукима Мамадчонова — Сторож. У Ибайдулло Субханова была кличка Гуль: в арабской мифологии это оборотень, который живет вдоль дорог и охотится, убивая путников.

В ноябре 2013 года Мамачдонов, Додохонов, Субханов выехали из Радумли в Дедовск, чтобы забрать там у родственников «гостинцы из Таджикистана — сухофрукты». Возвращались ночью; на обратном пути на дороге они увидели автомобиль с проколотым колесом — Эдуард Микиртумов ехал на утреннюю рыбалку на Рыбинское водохранилище и в тот момент возился с домкратом. Остановившись неподалеку, мужчины спустились в овраг, надели медицинские маски и перчатки, достали пистолеты и пошли обратно. Убив Микиртумова, они оттащили его тело подальше от дороги, забрали из автомобиля 20 тысяч рублей, ноутбук и телефон — и поехали по домам. Друзья-рыбаки нашли тело Микиртумова через несколько часов.

Через несколько недель четыре человека под руководством Субханова встретились около ВДНХ и поехали в район железнодорожной платформы Лось. Там они забрались на гаражи и проверили, нет ли на крышах камер наблюдения. После этого они пошли к бытовкам рабочих — Субханов поднялся в одну из них, зашел внутрь и сразу начал стрелять. Добивали другие; погибли четыре рабочих, вся комната — холодильник, стол, стены — была в крови. Грабители забрали с собой сумку, в которой были старые спортивные брюки и футболки.

Днем 2 мая 2014 года супруги Лебедевы поехали на дачу, чтобы забрать оттуда сумку-холодильник — они хотели взять ее с собой в отпуск в Краснодарский край. После этого Лебедевы выехали на трассу М4, соединяющую Москву с югом страны. В это же время Субханов, Гулямов и еще два члена банды остановились в лесу у трассы, надели одноразовые перчатки и маски, взяли пистолеты и достали крестовидные шипы, чтобы разбросать их на дороге. Они уже делали так за пару дней до того, но в ту ночь никто на шипы так и не наехал.

Примерно через полчаса преступники услышали громкий хлопок. Выпрыгнув из укрытия, они побежали в сторону остановившегося неподалеку автомобиля, рядом с которым, рассматривая пробитое колесо, сидел 64-летний Анатолий Лебедев. Они убили его несколькими выстрелами в голову, а потом застрелили жену, сидевшую на пассажирском сиденье. Из багажника Субхонов с подельниками забрали сумку (там нашлись 5 тысяч рублей, конфеты и одежда), с женщины сорвали сережки. Детям Лебедевых на следующий день сообщили о случившемся полицейские.

Некоторым жертвам удавалось сбежать от банды. В июле 2014 года Ирина ехала из Москвы по той же трассе М4 — и обнаружила, что у нее сдулось колесо. Когда она остановилась, женщина увидела, что в ее сторону с ножами и пистолетами бегут несколько мужчин. Ирина нажала на «газ» и позвонила в полицию, передав им GPS-координаты места происшествия, — но когда полицейские приехали, там уже никого не было.

К концу лета 2014 года — незадолго до того, как их поймали, — участники «банды ГТА» уже были вооружены автоматами Калашникова и вместо черной одежды начали носить камуфляж. В «лаборатории» они готовили взрывчатку.

Глава 6

Нечего терять

Суд над «бандой ГТА» длился полтора года. Гособвинение представляла прокурор Светлана Артемьева — до этого она работала по делу БОРН.

1 августа 2017 года в Московском областном суде прошло очередное заседание. На нем объявили, что участникам банды грозит пожизненное заключение. Около двух часов дня судья отпустила участников процесса; подсудимых начали спускать на первый этаж, чтобы развезти по СИЗО.

Пятерых обвиняемых — это были Холик Субханов, Мирзомавлон Мирзошарипов, Абдумуким Мамадчонов, Фазлиддин Хасанов и Хазратхон Додохонов — сопровождали только двое конвоиров, мужчина и женщина (по инструкции каждого из преступников должны были охранять двое). В лифте участники банды начали что-то обсуждать на таджикском. «Нам нечего терять, всех перестреляем, — произнес один из них. — Аллах Акбар!»

Участники группировки начали прыгать, после чего лифт застрял между вторым и третьем этажами здания Мособлсуда. Они избили конвоиров, отобрали у них оружие. Сотрудник суда побежал к шестерым сотрудникам Росгвардии, которые в тот момент охраняли других подсудимых в зале заседаний на третьем этаже. Те разделились на две группы: одна устроила засаду на третьем этаже, другая — на втором.

Прорываться бандиты решили на третьем. «Мы заранее выключили свет, как нас учили сделать оборону. Преступники шли напролом, — вспоминал сотрудник Росгвардии. — Открываются двери [лифта], звучат первые выстрелы, сразу же первыми выстрелами моего товарища ранили, мой второй товарищ из глубины комнаты открыл огонь».

На одном из видео перестрелки видно, как преступники забегают в один из залов суда заседания, после чего один за одним падают. Один из них пытается встать. Находящийся в комнате полицейский берет стул, чтобы защищаться. В «клетке» судебного зала все это время находится подсудимый.

Четверо из пяти преступников погибли.

На следующий день источник «МК» в спецслужбах предположил, что участников банды спровоцировали на побег, чтобы «ликвидировать». В августе 2018 года родственники участников группировки рассказали «Медузе», что не верят в то, что погибшие пытались бежать. Они считают, что мужчин убили, чтобы они «не говорили лишнего на суде».

Другие участники событий и специалисты отрицали подобные версии. Глава Росгвардии Виктор Золотов сказал, что без «летального исхода» было «не обойтись». Адвокат Умара Хасанова назвал «версию об инсценировке» «полной хренью». «Если бы нашим доблестным органам это пришло в голову, они сделали бы это в следственном изоляторе. Лучше, чем там, это нигде не сделаешь, — объяснил юрист. — Там зэков попроси подконтрольных — и все. В обычной камере вообще никогда не находят, кто убил. Так что вряд ли их решили ликвидировать».

«Очень много бытует слухов, но если задуматься, для внесудебной расправы можно было бы найти более простой, а не столь изощренный способ», — резюмировал замглавы Росгвардии Сергей Меликов.

Единственный оставшийся в живых участник перестрелки — Хазратхон Додохонов — попал в больницу с огнестрельным ранением головы. Сильно позже его все-таки допустили до суда, где он больше не сказал ни слова — и ни на что не реагировал. На одной из психиатрических экспертиз он заявил, что, когда очнулся от наркоза, «ощущал чудовище у себя за спиной, испытывал внутри себя джинна, который разговаривал с ним».

Родители Додохонова рассказали «Медузе», что за четыре года после задержания им ни разу не удалось переговорить с сыном. «Думаю, все это произошло из-за того, что не было рядом нас, родителей», — сказал его отец.

В начале августа суд приговорил четверых участников банды к пожизненным срокам; Гулямов, который следил за дорогой, получил 20 лет тюрьмы. Еще трое человек, связанных с бандой, объявили в международный розыск.

Двум членам банды удалось уехать из России — но не от суда. Муроджон Каримов получил в Таджикистане 19 лет за экстремизм по делу, не связанному с делом «банды ГТА». 38-летнего Фаррухджона Аъзамджонова задержали в Таджикистане в 2015 году. МВД республики тогда сообщило, что помимо участия в «банде ГТА» он вербовал граждан Таджикистана и Узбекистана в ряды «Исламского государства».

Даниил Туровский